Курск 1943: Величайшая битва Второй мировой войны

Но тем временем изменилась оперативная обстановка. Как писал Манштейн в своем докладе Цейтцлеру о положении дел 29 марта, Красная Армия передислоцировала крупные силы в район к югу от Курска. Поэтому, отмечал фельдмаршал в своем докладе далее, «представляется необходимым в качестве первого удара определить наступление совместно с группой армий “Центр“ в направлении Курска и восточнее» — то есть проведение операции «Цитадель» [59]. 2 апреля 1943 года Главное командование Сухопутных войск приказало подготовиться ко всем трем операциям: в случае если операция «Ястреб» в силу погодных условий не сможет быть проведена в установленные сроки, должна быть подготовлена операция «Пантера». В дальнейшем группа армий («Юг») должна быть в состоянии при изменившейся диспозиции противника быть готовой к проведению операции «Цитадель» [60].
  
«Цитадель» всегда была тем планом, который командующий группой армий «Юг» однозначно предпочитал гитлеровским планам наступления «Ястреб» и «Пантера». Это сообщил 4 апреля начальник штаба 1-й танковой армии генерал-майор Вальтер Венк начальнику оперативного отдела штаба группы армий «Юг» полковнику Георгу Шульце-Бюттгеру. В этот же день генерал-полковник Модель посетил расположение 4 танковой армии. Модель в это время возглавлял группу армий «Юг» в качестве заместителя Манштейна, поскольку последний из-за необходимости проведения хирургической операции по удалению миндалин взял отпуск. От командующего 4-й танковой армии генерал-полковника Германа Гота Модель узнал, что при имеющихся силах и средствах цели операции «Пантера» не могут быть достигнуты. Кроме того, продолжал Гот, не будет достигнут результат, который необходим для успешного выполнения операции — уничтожение вражеских атакующих сил, поскольку эти силы находятся вне района проведения операции [61]. Гот также поддерживал операцию «Цитадель», как наиболее соответствующую наступательным планам.
Ограниченная по масштабам операция «Ястреб», которая должна была предшествовать операции «Цитадель», с течением времени стала бесполезной: 5 апреля группа армий «Юг» выслала в адрес Главного штаба Сухопутных войск заключение своей инженерной службы, из которого следовало, что даже при благоприятных погодных условиях строительство мостов через Донец не может быть начато ранее первой половины мая. Тем самым начало всех трех потенциально возможных операций сдвигалось на начало мая. Об этом командование группы «Юг» еще раз доложило в верховное командование вермахта 8 апреля. При этом было подчеркнуто, что более нет условий для проведения как операции «Ястреб», так и «Пантера», поскольку «Ястреб» в качестве операции ограниченного масштаба должен был быть проведен до других операций, что стало теперь невозможным. Операция «Пантера», вследствие изменившегося положения, также не может достичь своей цели — уничтожения сил противника. В противовес этим ставшим ненужными операциям руководство группы армий «Юг» высказалось за реализацию плана «Цитадель». В своем личном военном дневнике, вспоминая март месяц 1943 года, Манштейн записал: «Мое намерение (еще до распутицы) продвигаться до Курска, чтобы отрезать дугу между нами и (группой армий) “Центр“, было отклонено, поскольку (группа армий) Центр была не в состоянии приступить к совместным действиям». Далее Манштейн отмечал, что по причинам «погодных условий и состояния собственных войск все отложено до второй половины апреля, что привело на основании предложений группы армий (“Юг“), согласованными с (группой армий) “Центр“, к решению ОКХ вначале срезать дугу вокруг Курска, для того чтобы разбить сконцентрированные там резервы противника, что будет являться предпосылкой для наступления на Донецкую дугу» [62]. И из этой записи в дневнике ясно видно, кто именно был движущей силой проведения операции «Цитадель», а именно командующие группами армий «Центр» и «Юг», но не Гитлер, как это почти всегда красочно представляется в литературе.
Гитлер наконец-то дал согласие на предложения группы армий «Юг» и в своем приказе № 6 от 15 апреля распорядился: «как только позволят погодные условия, провести наступление “Цитадель“ в качестве первого из запланированных на этот год» [63]. Несмотря на это решение, Гитлер не забыл о планах проведения операции «Пантера». В этом же приказе Гитлер оставил за собой право «при планомерном развитии операции “Цитадель“, как можно скорее перейти к операции “Пантера“ чтобы использовать замешательство противника.
Командующие групп армий и подразделений испытали облегчение в связи с решением Гитлера по операции «Цитадель». Как оптимистично выразился в телефонном разговоре 19 апреля с начальником оперативного отдела штаба группы армий «Юг» генерал Вернер Кемпф, командующий одноименной группой войск, успех операции «Цитадель» «не вызывает никаких сомнений. Тем более нужно и можно укреплять донецкий фронт с тем, чтобы здесь иметь возможность пресечь любую попытку перевернуть все с ног на голову» [64].
Гитлер, напротив, не был так убежден в необходимости операции «Цитадель», и прежде всего в отношении наступления сил 9-й армии в районе южнее Орла. 19 апреля он поручил офицеру, ответственному за обеспечение транспортных перевозок группы войск «Центр», полковнику Герману Теске, доложить, возможно ли за короткое время переместить ударные части 9-й армии в район Ворожбы, с тем чтобы они с запада могли по фронту атаковать Курскую дугу. Теске доложил, что задача передислоцирования 9-й армии может быть относительно легко решена с транспортной точки зрения, поскольку транспортный узел Ворожба имеет достаточные возможности для быстрого перемещения крупных групп войск. На следующий день, 20 апреля 1943 года, начальник штаба группы армий «Юг» генерал-майор Теодор Буссе в разговоре с Цейтцлером узнал, что у Гитлера появилась мысль об исключении 2-й танковой армии из наступления на районы в зоне 2-й армии группы «Центр», предусмотренного операцией «Цитадель» [65]. При этом обсуждении также присутствовали начальник оперативного управления Генштаба Сухопутных войск генерал-лейтенант Хойзингер и начальник штаба группы армий «Центр» генерал-лейтенант Ханс Кребс. Как и Буссе, Хойзингер и Кребс выступили против альтернативного плана Гитлера. Они аргументировали это слишком большими затратами времени на марш в район Ворожбы, сложной местностью в этом районе и сомнительностью успеха, поскольку противник вместо окружения будет выдавлен из района Курска. Цейтцлер согласился с этими доводами и взялся отговорить Гитлера от этой идеи, с учетом того, что и командование 2-й армии, находившейся под Ворожбой, также выступало против этой идеи. Кроме Гитлера, почти все были против наступления на Курский выступ с фронта. Этот факт должен быть особо подчеркнут, поскольку в мемуарах немецких военных и исторической литературе это до сих пор описывается как упущенная возможность, которую военные безусловно бы использовали, если бы Гитлер не был против. В действительности эта идея исходила от Гитлера, и он вновь возвратился к ней 10 июля 1943 года, в самый разгар боев операции «Цитадель». Поскольку атака 9-й армии к этому моменту захлебнулась, он предложил перебросить еще остававшиеся танковые резервы группы армий «Центр» в переднюю часть Курской дуги и оттуда атаковать фронтально. Манштейн выступил против и подчеркнул, что «котел должен быть закрыт с востока» [66].
  
Гитлер, часто изображаемый в мемуарах как своевольный человек, весной и летом 1943 года несколько раз услышал свой генералитет и позволил себя переубедить контраргументами. В результате операция «Цитадель» не только стала единственной, которую стали проводить после распутицы, но и направление атаки, вопреки собственному мнению Гитлера, было определено так, как этого желали командующие групп армий «Центр» и «Юг». Как только сроки начала операции стали неоднократно переноситься и стала ясной опасность того, что сил собственных войск может быть недостаточно для быстрого прорыва глубоко эшелонированной советской обороны с севера и юга от Курска, стали поступать альтернативные предложения. 7 мая 1943 года Гитлер прибыл из Мюнхена в Берлин, где вечером встретился с Геббельсом. Последний сообщил о разговоре следующее: «На востоке фюрер хочет провести ограниченную наступательную операцию, а именно в районе Курска. В зависимости от обстоятельств он хочет выждать, будут ли большевики атаковать нас сами. Это дало бы нам лучшие шансы, чем если бы мы сами проявили инициативу» [67]. 23 мая Геббельс вновь записал в своем дневнике, что Гитлер вначале хочет позволить Красной Армии начать атаку, чтобы затем контратаковать из эластичной обороны.