Забытые на обочине
Алла отложила письма, прошла на кухню, сварила чашку кофе и вернулась в комнату. Через минуту размышлений стало ясно, что, во-первых, Гриша Нестеров никуда не пропадал бесследно. Во-вторых, он находился под каким-то ещё непонятным контролем Виктора. В третьих.... Она не могла найти определения этому "третьему", но сразу поняла, что всем событиям сопутствует что-то страшное. То страшное, что изредка словно тень, мелькало в жизни брата.
Алла взялась за чтение писем всерьез, начала с первого. Вообще-то она была в свое время обучена скоростной методике чтения, которое позволяло точно ухватывать смысл каждой фразы, но нюансы и чувства автора при этом не улавливалось. На этот раз Алла отказалась от этого метода и, чтоб не соскальзывать на него, заставила себя читать вслух.
Начиная с третьего письма, стало совершенно очевидным, что получать такие послания мечтает не только сопливая девчонка пятнадцати лет, но и достаточно зрелая женщина, которую на мякине уже не проведет никакой штатный дон Жуан. Наибольшей эмоциональной силы письма достигали тогда, когда стиль их срывался на корявость, нелогичность, что и есть искренность...
Закончив чтение последней страницы, Алла услышала собственный потерянный голос..
- Вот тебе и "я помню чудное мгновенье..."
И тут же её словно ударило неожиданное сображение - Гриша явно отвечал на её, АЛЛЫ, письма, которых она никогда не писала! Он не существовал только в своих пустых мечтах, не произносил монолог в своих посланиях, а явно вел диалог с женщиной, которая в ответ на его нарастающие чувства, тоже разыгрывала любовь! Это было совершенно очевидным - в нескольких местах он даже ссылалася на её, якобы Аллы, слова в ответном письме!
Она попыталась успокоиться. Ясно, что велась какая-то достаточно подлая игра. Ясно, что этой игрой руководил родной брат Виктор. Это так. Но пусть само по себе безобразно, но главное-то - с какой, черт побери, целью?!
Эта сторона подлой ситуации была необьяснима.
В попытках найти ответ на возникшие вопросы Алла схватилась за синию сумку Гриши, вывернула её наизнанку, больше никаких писем не нашла и тогда развязала тесемочки красной папки и наткнулась на пачку машинописных листов.
Хронику "Синий Свет" она принялась читать бегло, в системе скорочтения, стремительно пролистывая страницу за страницей.
Минут через сорок, закрыв красную папку, Алла уже не могла определить - какое из оглушительных и неожиданных открытий её более поразило. Письма ли Гриши, события, описанные в его хронике, или те стороны натуры родного брата, о которых она никогда не подозревала.
Алла не успела ни в чем разобраться - в дверях послышлась веселая трель звонка. Она прошла в прихожую и распахнула двери. Наташа, юная и вся из себя весенняя, влетела в квартиру, заранее смеясь неведому чему.
- А мы в аварию попали! Всю машину расколотили в пух и прах!
Снова новости - Аллу покачнуло.
- Виктор... Жив? В больнице?!
- Алла! Да первое апреля сегодня! Ты что в самом деле?! Он в гараж пошел, что-то для своего катера там взять надо! У него правда есть катер?!
- Есть, у него все есть. - пробормотала Алла, приходя в себя.
Она шагнула к столу, взяла письма Гриши и вывернула их перед Наташей, словно веер колоды карт.
- Наталья, тебе это знакомо?
Наташа лишь бросила на них взгляд и веселости её ничуть не убивалось.
- А как же! Конечно знакомо! Что тут такого?
- Ты их читала?
- Да конечено, Аллочка! Это же какой-то идиот тебе писал! Из сумасшедшего дома! И чтоб тебя не тревожить, я сама отвечала на эти письма!
- Ты отвечала по указке Виктора?
- Ну да! Это даже весело было! Виктор сказал, что этот тип тебя совсем и не видел никогда, а только с его слов о тебе знает! А влюблен в тебя, как мартовский кот!
- И ты писала ему в ответ....
- Так он же в сумасшедшем доме сидит, Алла! В психушке Ярославской! Сидит и будет там сидеть всю жизнь.
- Да. - потеряно ответила Алла. - Наверное... Но на конвертах нет обратного Ярославского адреса!
- Да откуда я знаю про этот обратный алрес?! И что ты устраиваешь катастрофу по разным пустякам?
Алла поняла, что говорить с этой девушкой о чем-то серьзном, смысла не было. И вопрос не в её черствости или махровом эгоизме - девчонка была попросту обманута и предлагаемую схему лжи рассматривала как веселую игру.
- Хорошо. - сдержанно сказала Алла. - Пожалуйста, спустись вниз и позови Виктора. Подожди нас там, мы быстро придем.
Наташа глянула на неё тревожно.
- Послушай... Мне это что-то не нравится. Здесь что-нибудь с этими письмами крутое?
- Нет. Ничего.
Наташа пожала плечами и вышла из квартиры. Алла быстро натянула джинсы и свитер, успела снова заварить кофе, когда грохнули двери и Заваров твердым шагом прошел на кухню.
- Ну, что тут у тебя?
- Ничего. - Алла молча указала на красную папку и письма, которые она аккуратно разложила на столе.
Заварову хватило одного взгляда, чтобы оценить обстановку.
- А-а, вот в чем дело. - он присел на табуретку. - Ну и что?
- Это я тебя хочу спросить - "ну и что"?
- Лучше всего, женщина, не лезь в дела, где ничего не понимаешь и понять никогда не сможешь.
Она взглянула ему в лицо, словно пытаясь найти в нем признаки того брата, которого знала - незатейливого, расхристанного обормота, весело шагавшего по жизни и никому не делавшего большого зла.
- Витька... Ведь это ты там, в Балтийске убил того матроса!
Внешне брат никак не отреагировал. Сконил голову на плечо, словно задумался.
- М-м, Алла... Видишь ли, есть такое понятие - "жизнь мужчины". Или "путь воина". Они отличаются от женской жизни. И уж прости, мужчина по природе своей так же предрасположен к убийству, как женщина к тому, чтоб рожать детей. Случились такие обстоятельства и...
- Подожди, подожди, - заторопилась Алла. - Это я кое-как понимаю. Воинская обязанность, долг, древние охотничье и боевые инстинкты. Но человек вместо тебя отсидел десять лет! Это же совершенно очевидно!
- Не совсем так. - спокойно ответил Заваров. - То есть, частично это правда. По моей вине он не просидел бы и трех-четырех лет. Остальное время его там удерживал собственный родной братец.
- Ты что-то врешь... - заколебалась Алла. - Теперь я тебе не верю... Хотя, ты же знаком с его братом! Вы были на презентации! Геннадий в холуях у Шаратарова!
- Правильно. - удовлетворенный сообращительностью сестры кивнул Заваров. - Сводный братец Гришки - Геннадий Викторович Нестеров получил после смерти родителей наследство. Большое наследство, генеральское. Папочка перед смертью изрядно наворовал, когда выводил свои полки и дивизии из рухнувшей Германской Демократической Республики. Хорошо они там погрели руки! Папа умер, через год умерла с горя мама и Гена не пожелал с братом Гришей делится. Для чего в свое время лет пять назад организовал в палате психушки города Ярославля убийство некоего старикашки. Это убийство умело свалили на Григория, за что он прокуковал в палатах ещё пять лет. Но, как ни странно - вышел на свободу... Чем очень усложнил жизнь Геннадия.
- И что? Что дальше? - подтолкнула Алла, заметив, что брат примолк. Говори правду, ты же понимаешь, что если начнешь лгать, мы навсегда потеряем друг друга, как брат и сестра!
- Ой, ой, ой! Не надо трагедии. Не потеряем, переживем. Но правду я тебе скажу. Когда дело пошло к тому, чтобы Григория снова выпустить из психушки, Геннадий опять подставил Гришку под убийство... Месяц назад. Заплатил нужному человек, тот все организовал. Но дело на сей раз сорвалось, как я понимаю.
- Виктор... Значит так и есть - Геннадий Нестеров, с которым ты меня познакомил на презентации проституцкого романа, сводный брат Гриши?
- Я тебе уже сказал.
- И у тебя дела с этим холуем бандита Шараторова?! Общие дела, общие планы?! Ты от него зависишь?!
- Он тоже от меня зависит, такая будет поправка. Какие ещё есть вопросы?