Портальных Дел Мастер. Книга Третья (СИ)

— В почёте, — закивал Боба. — Портальщики тоже весьма уважаемы. Особенно старые. Те, кто мир нейтралов в числе первых штурмовал. Как наш генерал Баккер, например…
Я аж чуть не подпрыгнул на месте.
Есть поклёвка!
Портальщик, который штурмовал мир нейтралов в числе первых, может меня в этот самый мир перенести. Зачем? Да хрен его знает зачем, потом решу! Найти какую-нибудь зацепку на предмет того, где искать остальных или… или ещё что-то. Об этом мы чуть позже поговорим с братом Сыком. Но как бы там ни было, узнать координаты лишним не будет.
Дают — бери. Бьют — всё равно бери, и только уж потом беги.
— Что значит «ваш генерал»?
— То и значит, — не совсем понял Боба. — Генерал, ответственный за штурм Сладостана.
— Ага… То есть он сейчас здесь? Ну то есть там. То есть он на дирижабле, я правильно понимаю?
— Правильно.
Ну вот и хорошо! Своровать портальщика — всё равно что воду в решете перенести, но если для начала добыть артефакт, который стирает руны… ну вот и план поспел.
— Ты очень полезный, — похвалил я Бобу. — Ты настоящий молодец. От имени дворянства Российской Империи выношу тебе благодарность.
— Чего?
— «Спасибо» говорю.
— А… Да… Не за что, — замялся Боба. — Теперь вы сохраните нам жизнь, господин?
Ну хотя бы за то, что ты сказал «нам», а не «мне», — тут же подумал я.
— Само собой. Я же обещал.
— А вы нас отпустите?
— Нет, — я аж потерялся от такой наглости. — Ты теперь для меня основной источник информации. А дружище твой за компанию посидит. Вот когда победим, тогда и подумаем, что с вами делать. Трибунал соберём…
От слова «трибунал» Боба вздрогнул. Видать, не всё так гладко в армии Все-Вселенской Империи.
— Но ты не ссы, — сказал я. — Тебе уже запись в личное дело сделана за то, что ты сотрудничал и особо не бузил. И кстати… как тебя зовут-то хоть?
— Боб.
— Я почему-то так и подумал, — кивнул я и с тем удалился.
Напоследок наказал Левитану сотоварищи организовать ребятам какой-нибудь изолятор. Всё-таки, не всегда же им теперь к дереву привязанными сидеть. На сырой земле-то отстудят себе чего-нибудь.
— Кормить вменяемо, но без переборов, — сказал я. — И займите чем-нибудь полезным. Пусть из дерева выпиливают или ручки мастерят.
— Не переживай, Вашбродие, это мы придумаем. Лагерты говорили, что скоро сезон ягод начнётся. Вот пускай и пособирают на варенье или ещё куда.
— О как, — я аж удивился. — А вы что же, с лагертами общий язык нашли?
— Ну конечно, Вашбродие. Давно уже.
— А-а-а-а, — протянул я. — А как?
— Язык искусства, Вашбродие, он ведь универсальный, — загадочно ответил Левитан и разулыбался что есть мочи.
Ну а я решил, что не хочу знать подробностей.
— И ещё раздень мне их, ладно? — попросил я, кивнув на солдат ВСЁ. — Форма нужна.
— Сделаем.
— Только одень потом обратно во что-нибудь, ладно? Унижать не надо.
— Понял, Вашбродие. Не унижать.
Ну а пока художники взялись за добычу агентурной одежды, я махнул Лёхе с Ирой и свалил с их участка.
— … метеорит! — проорала нам вслед колонка. — Над зоною летит! И видит ночь! Его полёт прощальный!
— Ну что⁉ — Лёха чуть не припрыгивал от возбуждения. — Ну что⁉ Когда идём⁉
В общем и целом, брат вёл себя сейчас именно так, как и полагается вести себя золотистым ретриверам перед прогулкой. А вот я немножечко подостыл к идее сверхсрочной вылазки. Надо бы подготовиться как следует, продумать и проговорить всё вслух. Спешка ведь нужна лишь в двух случаях: при ловле блох и поносе, — не помню, кто сказал.
Возможно, что батя.
А вот и он, к слову.
— Яр! — родитель выскочил из двери и чуть не навернулся, сбегая по крыльцу босиком. — Яр!
Следом в точно таком же настроении выскочила Шиза.
— Яр! — крикнула она. — Мама!
Признаться, я и без этих криков уже прекрасно понял, что случилось. Приступ. Второй.
— Ингрид уже там! — ещё издалека начала пояснять ситуацию Шиза. — Но ей всё равно плохо! Гораздо хуже, чем в прошлый раз! Что делать, Яр⁉
— Не знаю, — честно ответил я. — Но мы сделаем всё, что от нас зависит. Лёх?
  
— Да?
— Погнали переодеваться…
  
Глава 19
 
Про ревизора
 
Поздний вечер. Крыша живого дирижабля. Внизу тёмный город, подсвеченный огнями костров КПП солдат Все-Вселенской Империи. Наверху россыпь незнакомых звёзд. И ветерок такой приятный. Хоть и холодный, — всё-таки здесь высоко, — а всё равно приятный.
Романтика, короче говоря.
Красота.
Единственное, что напрягло при высадке — так это глаза гигантского хаосита-дирижабля, которые сразу же начали нас сверлить. От греха подальше, парочку самых ближайших и любопытных я выколол. Мало ли что?
Очень маловероятно, что на дирижабле действует какая-то супер-инновационная технология и глаза хаосита транслируют картинку на камеру, но вдруг есть какая-то другая система сигнализации и оповещения? Вдруг хаосит видит нас, тревожится и начинает… ну не знаю… сжимать что-нибудь где-нибудь? Или там… не знаю… орать? Или ещё как-то по-другому бьёт тревогу?
Ладно…
Это всё пустые размышления.
Найти люк внутрь нам с Лёхой не составило никакого труда. Когда бы мы не видели, что солдаты ВСЁ выпрыгивают из них наружу, то догадаться о назначении этих панцирей было бы сложно, но так уж вышло, что на дело мы шли уже насмотренные. Разведка боем прошла успешно. А допрос пленных, так вообще подарок.
— Дичь какая, — прокомментировал Лёха, спустившись вниз по приставной лестнице, которая была буквально пришита толстой проволокой к плоти хаосита.
И признаться, я был с ним абсолютно согласен.
Действительно дичь.
Внутри дирижабль выглядел в сотню раз омерзительней, чем снаружи. Сейчас мы как будто бы находились внутри пустой вены. На полу для удобства перемещения валялись деревянные палеты, — да-да, именно так же борются с лужами коммунальные службы, — а по «потолку» протянулась густая сеть проводов. Через каждые пять-десять метров на проводах висели голые цоколи со вкрученной лампочкой, прям как в подвалах многоэтажек.
На удивление и вместе с тем на счастье, внутри не воняло. Иначе, думается мне, и без того нелёгкая служба в армии Все-Вселенской Империи стала бы совершенно невыносимой и ходили бы ребята в противогазах.
Короче говоря…
Биопанк как он есть.
Живой лабиринт непонятных ходов, абсолютно бессмысленный и рандомный. Однако таким его видели не только мы. Чтобы хоть как-то ориентироваться в этом звиздеце, — раз уж их здесь заперли, — солдаты ВСЁ любезно развесили вдоль стен указатели.
Что такое «Зона 1», «Зона 2», «Зона 38» и так далее и тому подобное — совершенно непонятно, да и хер с ним. Главное, что повсеместно висели два повторяющихся указателя: «Столовая» и «Арсенал».
От первого указателя откровенно тошнило. Причём не метафорически, а прямо вот взаправду к горлу подкатывало… не представляю себе, чтобы я смог усвоить пищу внутри этой хаоситской твари.
Зато вторая вывеска, — «Арсенал», — вселяла надежду на то, что операция пройдёт быстро и безболезненно.
Туда-то нам с Лёхой, собственно говоря, и надо.
Военная бюрократическая машина вряд ли позволит своим винтикам шататься с ценными артефактами просто так, так что лежат они сейчас под стеклом и ждут своего часа. А тут мы. Взяли, спёрли и пошли. Ну… во всяком случае, я очень на это надеюсь.
Долго ли, коротко ли, по пути к арсеналу мы нарвались на наш первый патруль. Ничего особенного, просто два долдона в такой же форме, что и на нас с братом.
— ВСЁ! — крикнул один из долдонов и прижал кулачок к сердцу.
Мы повторили.
Приветствие, скажем так, не удивило. Всё как везде, всё как у всех. Уверен, что такими основополагающими вещами, как символика, Ларс занимается лично. И вот тебе, паскуда, камень в огород: скучно! Фантазии ноль!
— ВСЁ, — повторили мы с Лёхой приветствие и двинулись дальше.