Портальных Дел Мастер. Книга Третья (СИ)

— Знаки отличия, — спустя несколько секунд шепнул мне Лёха. — Заметил?
— Не-а.
Тогда Лёха похлопал себя по плечу. На его погонах был нарисован один сиротливый кружочек, хотя места там хватало минимум на десять. Увы и ах, мои знаки отличия от Лёхиных ничем не отличались. Экскузьмуа за тавтологию.
— У тех ребят было по два кружочка, — сказал брат.
— Чем больше, тем лучше, получается? Ну то есть… старше по званию?
— Наверное, — Лёха тяжко вздохнул. — По всей видимости, мы совсем лохи…
Брат так расстроился, как будто бы и впрямь рассматривал для себя военную карьеру во Все-Вселенской Империи. Порасстраивался-порасстраивался, а затем вдруг предложил странное:
— А давай мы твои сорвём? Типа, героически потерял в бою?
«План — говно», — хотел было сказать я, но Лёха уже схватился за мои погоны и рванул вниз. И по какому-то удивительному стечению обстоятельств, треск ткани потонул в протяжном вое сирен. Тут-то я и заметил матюгальники, которые были развешаны в самых тёмных углах.
— Незаконное проникновение! — проорал казённый голос. — Приказ всему рядовому составу заняться поисками нарушителя!
И вновь сирена.
Так…
Вот нас и заметили. А я блин, без погон. Не растрачиваясь на слова, мы с Лёхой просто ускорили шаг и как можно быстрее пошли по стрелочкам в сторону арсенала. Спокойствие, только спокойствие. Нервничать и уж тем более чего-то бояться — вообще ни к чему.
Мы в любой момент можем свалить с тем, чтобы потом вернуться. При этом вернуться в ту же самую точку! Как в игре; эдакое сохранение. Чутка продвинулись, ушли, вернулись на базу, продвинулись ещё подальше. И так до тех пор, пока не доберёмся до артефакта.
Главное, чтобы с матерью за это время не случилось чего-нибудь плохого…
— О! — воскликнул один из солдат, вывернув из-за угла и заприметив нас; мы сейчас как раз вышли на некое подобие мясного перекрёстка. — Рядовые!
Три пары чёрных сапог спешно затопали в нашем направлении.
— А ну-ка стоять!
Пошёл ты в задницу, — первым же делом подумалось мне. Опций — великое множество. И просто убить этих ребят, пожалуй, самая простая из них. Можно ведь подойти к делу с выдумкой. Например, выкинуть их на солнечный пляж Кубы, и пускай местные власти разбираются что это за клоуны и откуда они взялись.
Или же… в Запретный Город. У китайцев разговор короче, зато резонанс в мире возникнет. Может прислушаются наконец-то к тому, о чём говорит наш Величество.
— Стоять, кому говорю!
А вот тут я не совсем понял…
Вроде бы я уже исполнил приказ, остановился и сохранял ледяное спокойствие. И каково же было моё удивление, когда краем глаза я спалил, как Лёха внезапно втопил куда-то за угол. Втопил и тем самым подтвердил мысли солдат о нашем незаконном нахождении на дирижабле… вполне возможно, что до этого таких мыслей у них не было, но теперь-то уж точно появились.
Беда…
— Стоя-я-я-ять!
* * *
Сейчас в спальне Ольги Апраксиной собралась такая толпа народа, что во избежание духоты пришлось открыть настежь все окна и двери.
— Оля-Оля-Оля! — на репите повторял Роман Романович, но так и не решался взять жену за руку, которая множилась на десятки беспокойных фантомов. — Оля, очнись!
Дочери провидицы, — Лиза и Соня, — стояли чуть в стороне. София Романовна беззвучно плакала, а вот в глазах у младшей сейчас полыхал пожар. Лиза злилась на саму себя за то, что никак не может помочь матери.
Невестки Ольги колдовали изо всех сил, но на сей раз приступ и впрямь был сильнее. В разы сильнее. Если в прошлый раз её удалось угомонить и даже усыпить, то сейчас призраки, на которые распадалась Апраксина, даже не замечали какого-то внешнего воздействия.
Сотни рук.
Сотни ног.
Сотни полупрозрачных голов.
Но вот что любопытно: во время первого приступа каждая призрачная Ольга несла свою собственную пророческую околесицу, а вот сегодня гомон сотен голосов иногда сливался в хор. Ненадолго, но с изрядной периодичностью. Все Ольги Апраксины вдруг разом говорили одну, будто бы заученную фразу, а затем снова начинали голосить кто во что горазд.
  
А фразы эти каждый раз были так или иначе связаны с…
— Р-Р-Р-Ромочка-чка-чка-чка, — постепенно синхронизировались голоса. — Иди со спокойным сердцем, я тебя отпускаю…
— Пап, о чём она говорит? — в какой-то момент не выдержала Лиза.
— Да я понятия не имею о чём!
— Точно?
— Да точно! — заорал Роман Романович. — Точно, Лиз! Ни малейшего понятия не имею!
— Пап, ты же понимаешь…
— Да понимаю я всё! — Роман Романович и без того был, мягко говоря, эмоционально нестабилен, а тут и вовсе взбесился. — Ты думаешь, что это как-то связано со мной⁉ Ты думаешь, что я могу вот так вот мучать собственную жену⁉ Такой я, думаешь, человек⁉
— Нет, я так не думаю, — спокойно ответила дочь. — Просто иногда некоторые твои необдуманные действия и всякие секретики…
— Да нет у меня никаких секретиков! И не смей валить всё это на меня! Я правда не понимаю о чём она сейчас говорит! — Роман Романович отвернулся от Лизы и шёпотом, так чтобы его никто не услышал, со злостью добавил: — Секретики… Демоница херова…
— Ты заслужил, — тем временем продолжала Ольга. — Ты хороший, Ромочка. Ты заслужил новую жизнь. Я отпускаю тебя, иди со спокойным…
— А-а-а-а-аа-ай! — не в силах смотреть на жену в таком состоянии, что есть мочи заорал Роман Романович. — Да сделайте вы уже что-нибудь! Хоть кто-нибудь! Хоть что-нибудь!
— Они стараются, — сказал брат Сык. — Правда стараются.
— … ты заслужил новую жизнь, Ромочка. Иди…
* * *
Так…
По правде говоря, я никогда не замечал за Лёхой трусости. Да, иногда его перещёлкивало и он входил в так называемый режим «Слабоумия и Отваги», да ещё чудил порой… но чтобы испугаться трёх каких-то солдафонов после всего того, что мы уже пережили?
Нет, брат явно что-то задумал. Вот только как бы его задумки сейчас не вышли нам боком.
— Солдат! — рявкнул ближайший ко мне боец ВСЁ. — Какого чёрта ты тут делаешь⁉ И где твои знаки различия⁉
Чёрт…
А знаков отличия-то у меня и правда нет. Ясен хрен, что я сейчас не с голыми плечами стою, но всё равно — для местных отсутствие погон бросается в глаза. А знаете, что ещё прекрасно бросается в глаза? Струя из Марианской впадины!
В целом, я уже готов был разрезать ребят струёй воды или просто-напросто скинуть с дирижабля, распахнув портал прямо у них под ногами, но тут…
Тут из-за угла вышел Лёха.
Он обернулся в своё звериное амплуа, вот только выглядел теперь почему-то совсем иначе. Так, что даже я его сразу не узнал. Вместо милого пушистого ретривера, — пускай и мускулисто-антропоморфного, — Лёха превратился в настоящее чудовище.
В монстра!
Кое-где его тело покрывали неприкрытые язвы; будто мясо торчит наружу. Безумные глаза разного размера и цвета, — а тот, что побольше ещё и кровью налит, — непропорционально длинный язык набок, а одна рука…
О-хо-хо.
Одна рука Лёхи почему-то вдруг стала клешнёй. Здоровенной такой клешнёй бледно-голубого цвета с острыми зазубринами.
Хотя почему «почему-то»⁉
Всё, блин, ясно! Лёха не послушался и вдобавок к своему стандартному билду проставил себе руну Хаоса. А может быть даже и не одну.
Ладно…
Тут я, наверное, сам виноват. Надо было акцентировать внимание на шальных мыслях брата и его тяге к экспериментам; чуть задержаться и чуть подробней разжевать ему то, почему затея выращивать дирижабли самостоятельно — плохая.
— Лёха-Лёха, — вырвалось у меня вслух.
Но допустим.
Допустим, что Лёха теперь оборотень-хаосит. Какой ни есть, а брат. В корне ничего особенно не поменялось, да и сочетание реально интересное. Но! Всё остальное-то зачем было? Зачем ему надо было куда-то убегать, чтобы перевоплощаться? Стесняется, что ли? Да и потом, бытует у меня мнение, что мы размотали бы солдат ВСЁ и без помощи магии. По старинке, ручками-ручками.