Наташа, не реви! Мы всё починим (СИ)

- Наташ, привет...
- Привет, - делаю на автомате глоток из бутылочки приторной мятной жидкости.
- Как ты?
- Ближе к делу, будь любезен.
- Тут такая история, Наташ... Нам в однокомнатной втроём будет тесновато и... Я знаю, что ты сейчас живёшь в доме отца. Но мы с Анаит решили, что неплохо бы там сделать ремонт, чтобы мы смогли туда переехать.
Делаю, морщась, ещё глоток. Руки трясутся... Как тяжело говорить с ним! Как тяжело это слушать!
  
- Мм... Ты решил отдать мне квартиру. Благородно.
Слава с Анаит отобрали у меня не только дом, но и работу, мою среду. Потому что все теперь там в курсе ситуации. И мне омерзительно общаться с коллегами, зная, что все это обсуждают за спиной.
- Не совсем. Квартира совместно нажитая... Анаит меня не поймёт, - виновато. - У нас сейчас большие расходы, сама понимаешь... Да мы тут уже и для ребенка всё подготовили. Но потом, если ты готова выкупить мою долю, то... А в дом мы наняли бригаду для ремонта. Потерпишь их присутствие, ладно?
- Иди в задницу, Вячеслав Иванович, - допиваю бутылочку до конца как стакан крепкого спиртного.
- В смысле?
- В смысле - нет. Не потерплю.
Скидываю вызов.
Не получилось по-взрослому. И культурно не получилось тоже.
Запиваю водой.
Кручу в руках бутылочку.
- Черт...
Зачем я выпила столько?!
Вяло гуглю что бывает при передозировках. Вроде бы ничего слишком критичного - сонливость, потеря ориентации...
Зябко кутаюсь в плед.
Ладно. Зато посплю.
Делаю температуру на тэне, стоящем у окна, побольше и открываю форточку для Севы.
Ложусь спать...
 Александр 
Пока я открываю двери, Ромка уже перемахивает через забор.
Дверь и одна стена с окном объяты огнем. Полыхает пока не глобально, но если не потушить, через полчаса останется пепелище.
Перед дверью на мгновение замирает, оценивая масштаб трагедии.
- Стой! - дёргаю его за куртку, не позволяя ломануться к двери. - Пожарных вызывай. Я сам тут...
Сдергиваю с веревки сохнущее кухонное полотенце и обмотав руку, жму на ручку двери.
Дверь железная, от нее пышет жаром. Прикрываю рукавом лицо.
Ну Слава тебе Господи, хоть не заперлась!
В прихожей дымно, воняет горелым пластиком и лаком для дерева.
- Наталья, твою мать! - рявкаю я.
Забегаю в следующее помещение, там полыхает деревянный стол, окно и вагонка на стене. Все в дыму. Он поднимается вверх. Пригибаюсь, чтобы дышать.
Благо - ни штор, ни навесного потолка, иначе, был бы уже пиздец.
Наташа - на диване... Угорела?!
- Наташа! - трясу ее за плечи.
Ромка, не дождавшись, залетает следом.
Кашляем, задыхаясь от дыма.
Аккуратно выводим ее под руки.
Дверь раскалена. И пока я сдергиваю ее пальто, чтобы укрыть и провести через неё, Ромка подхватывает хрупкую Наташу на руки. Набрасываю сверху пальто.
Выносит за ворота. Ставит ее на ноги. Она, не моргая, в шоке смотрит мимо нас на огонь.
- Есть в доме ещё кто-то?! - ловлю ее лицо в ладони, разворачивая к себе.
- Сева... - шевелит губами.
Закашливается от судорожного вздоха. Дёргается к дому.
- Стоять! Сева - не дурак, первый спетлял.
Накидываю ей на плечи упавшее пальто.
- Ромка, к тем соседям метнись, с их стороны горит, пусть стену свою водой зальют, а то перекинется. И машину отгони, чтобы проезду не мешала.
Кот, мелькая в темноте, с разбега запрыгивает Наташе на руки. И как ребенок лапами обнимает за шею, уткнувшись в челюсть мордой и замерев так.
Надо же… Какие нежности!
Мы смотрим на горящий дом. Огонь уже перекинулся на вторую сторону, сжирая фасад. На улицу выглядывают соседи. Вдали орет пожарная сирена.
- Это же сон, правда? - хрипит она, переводя на меня расфокусированный жалобный взгляд и прижимая кота.
- Ты как? Скорая нужна?
Заторможенно отрицательно качает головой. Качнувшись, закрывает глаза. Придерживаю.
- Ты пьяная что ли? - хмурюсь я.
Опять отрицательно качает головой.
- У-успокоительное...
- Ну хоть одному человеку на нашей улице спокойно.
Оттаскиваю ее с дороги, чтобы проехала пожарка.
Из ворот вылетает перепуганная Лиза.
- Пап!
- Все нормально, потушат сейчас.
Наташа опустошенно смотрит на происходящее, словно ещё спит, просто с открытыми глазами.
- Наталья Антоновна! - подбегает к ней дочь.
- Лиза?...
- Вы знакомы? - удивлённо поднимаю брови.
- Пойдёмте скорее! Вы же без обуви.
Бросаю взгляд вниз. На ногах у нее толстые носочки с новогодним принтом, типа онучей.
- Пап, ну ты чего? - выразительно прищуривает глаза Лиза. - В дом завел хотя бы человека.
- Он, вообще-то, горит, - скептически дёргаю бровями. - Я ее оттуда только вывел.
- Па-а-ап! - осуждающе.
Лиза уводит ее к нам.
В смысле - в мой дом?! Вместе с плоскомордым?? Да они же оба вредители!
Я бы их, конечно, лучше в скорую сдал. Так надёжнее.
Мы дожидаемся со Шмелем, пока потушат.
- Лиза ее знает, оказывается.
- Это Наталья Антоновна. Я и не знал, что она тут живет. Она у нас в прошлом семестре вела социологию.
- Того немного, да? - понимающе скашиваю на него взгляд, крутя пальцами у головы.
- Да нет, нормальная, - подозрительно косится на меня Шмель.
Всё, потушили...
Вокруг лужи, грязь, растаявший снег. Дом смотрится как гнилой сломанный с одной стороны зуб. Ворота разворотила и погнула пожарная машина.
- Мда...
Мы заходим после того, как они уезжают. Заглядываем в окно, там выбиты стекла. Кухня почти полностью выгорела.
Я смотрю на диван, где лежала Наташа. Он тоже сгорел.
От этого сжимается где-то внизу живота болезненный ком. И хочется дать ей по заднице. Страшная херня… Курила она тут что ли? Или гирлянда та злополучная?
- "Праздник к нам приходит..." - напевает Ромка.
- Ладно, пойдем. Всыпем вашей Наталье Антоновне. И пристроим ее куда-нибудь. Не дай Бог таких соседей...
Разуваясь в пороге, слышу, как щебечет Лиза.
- Не переживайте! Мой папа, - гордо, - он решит всё. Он у меня знаете какой? Настоящий мужчина. Надёжный как швейцарский сейф. Просто немного суровый. Ну помните Вы нам про типажи рассказывали, так вот, он типичный "Инспектор".
- Это что у нас тут за презентации? - заглядываю в гостиную.
У окна сверкает украшенная ёлка, на столе пирог, на моем диване перед включенным камином - Наташа. На руках у неё плоскомордый.
- Ром, мы опаздываем уже, поехали, - поднимается Лиза.
Тащит меня за рукав в прихожую. Одевается.
- Ты чего, обалдела? - шепчу дочери. - Чего мне с ней делать?!
- Вспомни, что ты мужчина, пожалуйста, а не только ворчливый мент, - шипит на меня.
Выталкивает Ромку за дверь.
- Пока, папочка! - демонстративно громко.
Чмокает в щеку. Дверь перед моим лицом закрывается.
Ладно...
Бросив куртку, захожу в гостиную.
Наташа встаёт. Я замечаю, что она в плюшевой нежно-розовой пижаме. Очень женственной, обтягивающей во всех стратегических местах. Наметанный взгляд выхватывает манящую грудь явно без бюстгальтера, округлые бедра и тонкую талию. И хрен ему объяснишь, что неуместно сейчас на формы барышни пялиться!
- Вы не волнуйтесь. Мы сейчас домой пойдём... - ведёт пятерней по волосам, расчесывая их.
- А что есть ещё какой-то дом?
- Нет... Но там же всё потушили, да? - с надеждой смотрит на меня. - У меня там паспорт... документы... И телефон... Карточка... Деньги... Ноутбук... Там всё... Мне нужно...
А дамочка-то в шоке, - вдруг доходит до меня. И не понимает до конца, что произошло.
У меня Лизка так иногда выдавала...
- Наташ... А давай я тебе чаю сделаю? Садись.
Она так сжимает кота, что его огромные круглые шары сейчас выскочат из глазниц. Но он терпеливо молчит.
  
- Да отпусти ты его, - разжимаю ее тонкие пальцы.