Рассвет Оникса (ЛП)

Сердце все еще колотилось от шока, и я оценила ущерб.
Винный погреб был разрушен.
Пыль и обломки загромождали полки и пол, а мы оба были вымазаны в темно-красном. Глаза Кейна загорелись ужасом, когда он осмотрел меня.
— Ты ранена?
— Нет, это просто вино, — сказала я. Но я поднесла руку ко рту и нащупала место, где я прокусила губу во время нашего столкновения.
Он сжал мою челюсть с такой нежностью, что я едва не задохнулась. Большим пальцем он осторожно оттянул мою нижнюю губу вниз, чтобы осмотреть рану. Я почувствовала, как все мое тело покраснело от его интимных прикосновений.
  
— Ой. Прости, пташка. Выпей немного, поможет. — Его большой палец отпустил мою губу, и он достал непочатую бутылку, очистил ее от грязи и протянул мне. Я сделала медленный глоток, не сводя с него взгляда.
Он выдохнул, наблюдая за тем, как я глубоко отпиваю из бутылки, и поставил ее рядом с собой.
— Что это было? — спросила я, массируя челюсть.
Но до меня дошло слишком поздно. Взрыв Халдена. Он был гораздо сильнее, чем он предполагал, что бы он ни делал.
Если кто-то пострадал из-за этого, я…
— Возможно, землетрясение. — Кейн встал и, проталкиваясь через обломки, подошел к двери. — Оставайся здесь. Я пришлю за тобой Барни.
Прежде чем я успел возразить, он толкнул дверь. Но она не сдвинулась с места. Мой желудок мгновенно опустился.
— Кейн.
Моя грудь задрожала. Он снова надавил, сильно, используя все свое тело. Мышцы на его спине были напряжены, а вены на шее отчетливо выделялись.
— Кейн.
Мои ладони вспотели. Сердце бешено колотилось. Кейн отпустил руки, откинул волосы с лица и сжал костяшки пальцев. Он снова подался вперед, но ничего не произошло.
— Кейн!
— Что? — Он повернулся. Я стояла, тяжело дыша и упираясь руками в колени. Он бросился ко мне и успокаивающе положил руку мне на спину. — Черт. С тобой все в порядке, пташка. Поверь мне. Ты не можешь умереть от одного только страха. Здесь достаточно воздуха.
Он говорил правильные вещи. Все то, что я говорила себе тысячу раз. То, что пыталась донести до меня Нора или моя мать, когда я была маленькой. Но сейчас это ничего не меняло. Мне казалось, что моя грудная клетка вот-вот рухнет. Все тело дрожало от адреналина, а мысли плыли. Я должна была выбраться отсюда.
Сейчас, сейчас, сейчас.
— Я не могу здесь оставаться, — я сделала еще один огромный глоток воздуха.
— Попробуй сесть, — сказал он. Я вскочила на ноги и прижалась к стене, зажмурив глаза.
— Хорошо. Теперь медленный вдох. Вдох через нос, выдох через рот.
В этой комнате было много воздуха. Я не собиралась застрять навсегда. Я сжала руку Кейна и боролась с желанием вдохнуть полной грудью.
— Ну и хватка. Должно быть, твои тренировки с Даганом проходят успешно.
Я кивнула, глаза по-прежнему были закрыты.
— Я такая сильная, что могу тебя задушить.
Кейн захихикал, и этот звук еще больше расслабил меня.
— Ты сильная. Ты молодец. — От слов поддержки у меня на глаза навернулись слезы. — Расскажи мне, как бы ты меня задушила.
— Что? — сказала я, переведя взгляд на него.
— Ты меня услышала. Я хочу знать — помоги мне подготовиться к нападению.
Я знала, что он делает. Но мне ужасно нужно было отвлечься.
— Я бы заставила Гриффина хохотать. Одного шока было бы достаточно, чтобы отвлечь тебя. А затем я бы лишила тебя жизни, сжав твою толстую шею.
Кейн рассмеялся — своим затягивающим, искренним смехом.
Мне хотелось жевать его. Запихнуть его в рот, чтобы никто больше не мог его получить.
— Продолжай, это мое новое любимое развлечение. Смерть от рук пташки.
Я зажмурила глаза и снова откинулась назад.
Вдох, выдох.
— Ну, тогда ты будешь мертв. Так что я захвачу Ониксовое Королевство и буду править с Барни под руку.
Я приоткрыла один глаз. В уголках его глаз собрались слезы. Мои губы тоже приподнялись. Его смех был заразителен.
Еще один медленный вдох, и, наконец, адреналин утих. Я все еще была на взводе, но сердцебиение замедлилось, и я снова могла глотать. Я выдохнула.
— Спасибо.
Он улыбнулся своей кривой улыбкой, вытирая слезы с глаз.
— Нет, спасибо. — Большим пальцем он медленно поглаживал круги на моей ладони. Это ощущение должно было успокоить меня, но от легкого прикосновения я почувствовала лишь жар, разливающийся по венам. Я отдернула руку.
— Не волнуйся, пташка. Мы не задержимся здесь надолго. Они будут искать нас. В конце концов, кто-то должен заметить, что король пропал.
Уткнувшись лбом в подтянутые колени, я с содроганием выдохнула. Я услышала, как он встал, и, подняв голову, увидела Кейна, отпивающего из бутылки с березовым вином. Длинное горло Кейна блестело от пота в тусклом освещении подвала. Он сделал последний глоток и направил бутылку в мою сторону.
— Могу я предложить тебе выпить?
— Ты действительно не можешь открыть эту дверь?
Он сел рядом со мной, передавая вино. На его лице мелькнуло беспокойство, но тут же исчезло.
— Боюсь, что нет.
Жидкость была горькой и тяжелой на языке. Я пила и пила, надеясь, что дух хоть немного снимет напряжение, сковавшее мое тело. Вновь закралось чувство вины за то, что я развлекалась с ним. Даже если бы я пыталась подавить в себе непрекращающуюся панику.
— Хорошо, достаточно, — Кейн указал на вино. Я продолжала потягивать вино, пока оно не опустело. Мне понадобится вся помощь, которую я смогу получить, застряв здесь с ним.
— Давай попробуем другой способ отвлечься, — сказал Кейн, вырывая бутылку из моих рук.
Мое тело быстро почувствовало действие духа, расслабилось и загудело от тонкого гула. Я посмотрела на Кейна, как мне показалось, впервые с тех пор, как мы оказались здесь в ловушке. Его темные волосы были откинуты с лица, влажные от пота и, возможно, пролитого вина. Его макушка была слегка сдвинута. Не успев сообразить, что делаю, я протянула руку и осторожно поправила ее на его голове. Его удивительные зыбкие глаза изучали мое лицо. Я отдернула руку и позволила ей безжизненно упасть на колени.
— Хочешь прочитать мне лекцию о том, что я ничего не понимаю о континенте и какая я жалкая?
— Не стоит себя недооценивать, пташка. Я ни в коем случае не пытаюсь тебя оскорбить. Ты даже не представляешь, какой исключительной я тебя считаю.
Я фыркнула.
— Что за мысли. Поверь мне, во мне нет ничего особенного.
Он прочистил горло и поднял глаза к потолку, словно прося какую-то неведомую сущность даровать ему силу. Должно быть, ему тоже было не по себе от нашего затруднительного положения.
— А что ты, собственно, хотел сделать? Чтобы отвлечься? — спросила я.
— Я не уверен. Как вы с твоей симпатичной рыжей подружкой развлекаетесь?
У меня вырвался искренний смех, и я даже не была уверена, почему. Я дотянулась до второй бутылки над головой и откупорила ее.
— Что смешного? — спросил Кейн. — Кроме того, что ты пьешь самое дорогое вино в замке, как будто это вода.
Я рассмеялась еще сильнее и сделала следующий глоток.
— Не знаю, — хихикнула я. — Мне кажется забавным, что ты не умеешь веселиться.
Кейн посмотрел на меня с притворным возмущением. Это было до боли очаровательно.
— Похоже, ты используешь мое прудовое признание против меня. Раньше я веселился от души. Вообще-то, я был известен этим.
Я фыркнула.
— Да, это не то «веселье», которое было у нас с Мари.
— Ужасные новости.
По какой-то причине я не смогла сдержаться. Я согнулась пополам от смеха.
— Держи себя в штанах, Кейн. Ты не в ее вкусе.
— Я всем нравлюсь.
Я сымитировала сухое дыхание, и на этот раз смеялся Кейн. Из его груди раздался глубокий гул, а в глазах засияла улыбка.
  
— Я знаю. Это хуже всего, — сказала я.
— Ах. Моя бедная ревнивая пташка. Я же сказал, что принцесса меня больше не интересует.
Я покачала головой. Он все неправильно понял — я говорила не о ней. Я говорила о себе…