Рассвет Оникса (ЛП)

И тут мой мозг перестал работать.
— Больше? — спросила я, едва сдерживая ужас.
Он помрачнел.
— Мы провели некоторое время вместе. В интимной обстановке. Много лет назад.
Я задохнулась, словно попала в плохую театральную постановку, а Кейн рассмеялся еще сильнее. Я попыталась рассмеяться вместе с ним, но от их совместного образа мне захотелось поджечь себя. Ее длинные белые волосы, переплетенные с его сильными руками. Его ворчание от удовольствия, когда он зарывался между ее…
  
— Арвен… — милосердно прервал он мои отвратительные мысли. — Это ничего не значило. У меня не было к ней никаких чувств.
— О, так ты использовал ее?
Он откинул голову назад, ударившись о бочки с вином позади нас, и поморщился.
— Всегда было так сложно. Это было взаимно. Соглашение между старыми друзьями. Это было… до.
— До чего? — спросила я, с осторожной надеждой произнося слова.
Его глаза сузились на моих губах, но он не ответил.
На мгновение я услышала лишь ровный звук пролитого вина, падающего на каменный пол.
— В любом случае, у тебя нет особого права ревновать, — наконец сказал он, прикончив следующую бутылку. — Раз уж ты до сих пор зациклена на этой человеческой грязи в камерах под нами.
Мысль о Халдене почти сразу же убила мое радостное возбуждение.
Я опустила взгляд на свои руки.
— Не думаю, что он уже под нами.
— Значит, не землетрясение?
Я покачала головой.
— И ты знала?
Мне было невыносимо смотреть вверх и видеть его ярость из-за моего предательства. Я промолчала.
— Надеюсь, ради твоего блага он сбежал. Если мои люди поймают его, он не доживет до рассвета.
Я отвернула лицо от Кейна, чтобы он не видел моего выражения. Это выдало бы ту боль, которую я испытывала при мысли о смерти Халдена.
— Что им было нужно? В цитадели? — спросила я.
— То, чего там давно не было.
Кейн встал и начал расхаживать по небольшому помещению. Он напоминал зверя в клетке, с поднятыми загривками и исходящей от него силой. Затхлый подвал с низким потолком был слишком мал, чтобы вместить его всего.
Он выругался под нос и повернулся ко мне.
— Мне нужно уехать завтра. Я вернусь так быстро, как только смогу. Но Арвен, не иди за ним, пока меня не будет. — Он опустился на колени. — За этими стенами таится зло, которое только и ждет, чтобы ты сделала хоть один неверный шаг.
Я прокрутила в голове его мольбу. Я уже слышала подобные предупреждения, но голос Халдена звучал в моих ушах. Лес не так опасен, как, я уверен, тебя убедили.
Он мог сказать, что я ему не верю. Я видела это по его глазам. Он выглядел так, словно находился на пороге невероятно сложного решения.
— Я должен тебе кое-что объяснить.
Я хотела призвать его продолжать — я бы убила за ответы, — но чувствовала, что в любой момент он может передумать.
— Арвен, — он сделал паузу, в отчаянии проведя руками по волосам. — Он убийца.
Глава 19
По позвоночнику пробежала тошнотворная дрожь.
О чем он говорил? Я покачала головой.
— Нет, ты — убийца.
Кейн в раздражении огляделся по сторонам.
— Может, и так, но у меня нет привычки хладнокровно убивать невинных.
Мое тело напряглось.
— И у Халдена тоже.
— Он был убийцей Янтарного Короля. Он…
— Я уверена, что у тебя есть ассасины. — Я слышала, как повысился мой голос.
Лицо Кейна ожесточилось.
Я вспомнила, какой силой он обладает, и почувствовала, как отшатнулась назад.
— Что за навязчивая идея сравнивать нас? Я не претендую на роль того, кем не являюсь. — Когда я ничего не ответила, он смягчился, но в его тоне по-прежнему звучала горечь. — Твой драгоценный Король Гарет послал отряд Халдена в Оникс, чтобы убить Фейри.
Все мое тело сжалось. Я не могла пошевелиться, не могла дышать. Я уперлась руками в прохладный каменный пол, чтобы не упасть.
— Я не сказал тебе, потому что мне тяжело понимать, что на самом деле поставлено на карту. Я не хотел причинять тебе боль. Но смотреть, как ты тоскуешь по этому бесхребетному болвану, заставляет меня… раздражаться.
Комната закрутилась. Сердце заколотилось в груди.
— Значит, они… — Я сглотнул комок в горле. — Они настоящие?
— Как много ты знаешь о них… о Фейри?
— Не так уж много, — призналась я, все еще не приходя в себя. — Древние, жестокие существа. Очень страшные, очень старые, очень мертвые.
— Много веков назад их было целое царство. И смертные тоже. Но Фейри были вымирающим народом, и в конце концов их король стал последним живым истинным Фейри.
Я застыла на месте. Мои глаза были распахнуты, как море, и я старалась контролировать дыхание и свои мысли, которые, казалось, вот-вот уплывут. Вино не помогало.
— Что это значит? ‘Истинный Фейри’?
— Он был чистокровным. Никакого смертного наследия. Но он был последним. Даже его дети не были чистокровными, поскольку бабушка его королевы была ведьмой. Земля, которую они населяли, Царство Фейри, становилась все более скудной на ресурсы. Дети Фейри были редкостью, но смертные были плодовиты, и чем больше смертных детей рождалось в королевстве, тем больше было ртов, которые нужно было кормить, домов, которые нужно было строить, и войн, которые нужно было вести.
— Королевство функционировало за счет уникальной силы Фейри, называемой лайт, с которой рождался каждый Фейри. Ее можно было разливать по бутылкам и продавать, использовать для подпитки чего угодно. Она могла исцелять, строить, разрушать. Но она приходила к ним из глубин земли Фейри, и была не бесконечной. Вот почему Фейри не рождаются здесь, в Эвенделле.
— С уменьшением числа Фейри лайт становился все более редким и ценным. Вскоре королевство не смогло выдержать наплыва людей, превратив некогда волшебный мир в бесплодную пустошь. С неба посыпался пепел, пышные зеленые луга превратились в сухую потрескавшуюся землю. Землетрясения, огненные дожди и рождение демонов, процветающих в таких условиях, не давали покоя королевству. Народ голодал и страдал. Они умоляли Короля Фейри, Лазаря, быть добрее к королевству, сократить лайт, найти другие ресурсы, но он отказался.
— Как я могла ничего не слышать об этом? — Эта история была похожа на старую поучительную сказку. Я задумалась над своим вопросом. — Или как ученые и книжные черви вроде Мари ничего не слышали об этом?
— Только высокопоставленные дворяне и королевские особы из Оникса знают правду. И ты. — На его лице промелькнуло тепло. Мое сердце дрогнуло.
— Почему только Оникс? — спросила я.
— Когда беженцы из королевства начали перебираться в Эвенделл, Оникс был ближайшим королевством. Некоторые путешествовали мгновенно с помощью лайта или колдовской магии. Другие готовились к долгому и коварному путешествию через запретные земли и моря. Выжили немногие. Когда Лазарь понял, что его подданные уходят, он построил стену, чтобы удержать своих людей. Он убедил их, что так они будут защищены от тех, кто хочет украсть их лайт.
— Однажды ночью провидица, вид Фейри, чья сила притягивает видения из будущего, проснулась, чтобы произнести пророчество.
Провидица была Фейри… и пророчество, о котором говорил Кейн все эти месяцы назад, касалось Короля Фейри. Но какое отношение это имеет к нему? Или к Халдену?
— Небольшая, но влиятельная группа воспользовалась ее предвидением, чтобы возглавить восстание и спасти королевство, но оно провалилось. — Он сжал челюсти. — Тысячи смертей. При отступлении всего сотня Фейри выбралась и пришла сюда, в Оникс, чтобы начать все с чистого листа. Вот почему в королевстве и по сей день живут Фейри и халфлинги.
  
Ужас от его слов заставил мое сердце гулко забиться в груди.
— Как они выбрались? — спросила я.
Его глаза стали печальными.
— Каждый заплатил огромную цену.
Мои мысли были в смятении. Все это время Фейри были реальны. И некоторые из них даже жили здесь, сегодня, в Ониксе.