Измена. Вернись, я всё прощу! (СИ)
Он поклонился мне и вышел. Мне стало неловко, что я заставляю его ждать, и тут же направилась в душевую, чтобы смыть дорожную грязь. После душа я наскоро сделала неброский макияж, переоделась в тяжёлое бархатное платье своих фамильных цветов, скромное, с высоким воротником-стойкой, скрывающее всё, что оно должно скрывать по дворцовому этикету, оставляющее открытым лишь шею спереди. Заколола волосы гребнем и надела свою диадему с миниатюрными бриллиантами, похожими на звёздочки. По бокам оставила два кудрявых локона. Затем надела жемчужное ожерелье, которое подарил Мэорих. Вздохнула и оценила внешний вид. Я сильно отощала, и платье немного не по размеру. Попробовала надуть щёки. Выгляжу глупо. Ладно, время вышло, пора идти.
Герольд проводил меня к белым дверям, покрытым позолотой, и возвестил о моём появлении:
– Леди Рея Рэйден!
Я вошла в тронный зал и сразу же низко присела в реверансе, не поднимая голову до тех пор, пока королева не позволила мне посмотреть на неё.
– Проходи, Рея. Не задерживай меня, – властным низким голосом сказала королева Пригона. – Садись напротив меня.
Вопреки моим ожиданиям, она восседала вовсе не на троне, а на самом обычном позолоченном кресле за столом переговоров. Я, как и было приказано, села в точно такое же кресло, и расправила платье. Ждала, пока королева заговорит первой.
– Так вот ты какая, Рея Рэйден.
– Какая? – невольно спросила я.
– Дерзкая, смелая. Изящная. Наша кровь в тебе сильна. Ты очень похожа на прабабушку. Она была великой правительницей и первой красавицей королевства. Впрочем, не время ударяться в воспоминания о прошлом. Меня более всего волнует будущее.
Дитя моё, как ты знаешь, моя дочь Лилу пропала. А три дня назад исчезла леди Лайфа Эйзо. Ты понимаешь, что это означает?
Она не дождалась моего ответа и продолжила говорить. Голос её звучал очень холодно.
– Сегодня мы получили подтверждение своих опасений. Моя дочь мертва.
Как? Как Мать может быть мертва? И что теперь будет со всеми нами? Неужели Инквизитор не смог спасти её?
Несмотря на то, что я не знала принцессу, на мои глаза навернулись слёзы.
– Я соболезную вашей потере. Это огромная утрата для всех нас. Невосполнимая утрата, – поправилась я.
Королева кивнула. Меня поразило её спокойствие. Она же только что потеряла единственного ребёнка!
– Я принимаю твои соболезнования. Но это не всё, что я хотела сказать тебе. Ты догадываешься, зачем я позвала тебя? – королева пристально смотрела на меня. Её взгляд пугал.
Я начала понимать, к чему она клонит, но, вопреки этикету, ничего не ответила. Мне заранее не нравилось то, что она скажет.
– Я уже стара. Мой царственный муж скончался. У меня не может быть детей. Теперь ты – моя единственная наследница. Ты должна принять на себя бремя управления государством.
Не хочу! – хотелось закричать мне, и я еле сдержала себя. На моём лице, видимо, отразилась борьба чувств, потому что Пригона сказала:
– У тебя нет выбора, дитя моё. Это твой долг.
– Но как же Лайфа? – попробовала возразить я. – Я могу отречься в её пользу.
Королева покачала головой.
– Сегодня я получила интересную посылку в деревянном ящике. Как ты думаешь, что в ней было? – королева сделала паузу. – Голова моей дочери. Я боюсь, что вскоре получу ещё одну посылку с похожим содержанием.
И тогда я вспомнила о просьбе лорда Эйзо.
– Отправьте отряд Скорпион на поиски Лайфы. Я прошу вас, нет, я умоляю вас.
Королева впервые за всю беседу с интересом посмотрела на меня.
– Ты же понимаешь, что я попрошу об ответной услуге? Говори, что тебе обещал этот старый интриган Эйзо.
По наитию, я поняла, что не стоит передавать Пригоне наш разговор, поэтому просто сказала:
– Он попросил об этом потому, что он в отчаянии, и потому что мы родственники.
– То есть ты согласилась просто так? Ты продешевила, деточка моя. Что ж, я научу тебя всему, что знаю сама. Хочешь ли ты того или нет, но ты будешь править королевством. У тебя просто нет выбора, и вскоре ты поймёшь, почему.
Повисла долгая, мучительная пауза. Королева, казалось, полностью утратила ко мне интерес, разглядывая что-то за моей спиной. Затем она вновь заговорила.
– У тебя есть ещё просьбы? Говори все сразу, я хочу знать, чего ты желаешь на самом деле.
Я задумалась. Чего же я желаю? Чтобы Мэорих вернулся ко мне? Чтобы папа остался жив? Чтобы не было войны? Чего же я хочу?
В голову отчего-то лезла навязчивая мысль, что я очень хочу вновь увидеть Инквизитора. Но я не стала додумывать её, и, тем более, озвучивать. Так, назойливая нелепица какая-то. Ничего важного. Поэтому я отогнала мысль об Инквизиторе и ответила:
– Я хочу, чтобы вы предотвратили войну. Спасли моего жениха Мэориха. И вернули папу домой, – тут я опомнилась: – И чтобы Лайфу Эйзо тоже вернулась живой и невредимой.
– Хорошо же! – Пригона хлопнула в ладоши, и в дверь тут же вошёл придворный писец. – Заключим договор.
Она продиктовала текст писцу:
– …И вернуть Лайфу Эйзо. Взамен же Рея Рэйден согласна выполнить два условия: взойти на престол после того, как я стану слишком старой для управления государством и выйти замуж за дракона, достойного стать принцем-консортом. Сим указом я повелеваю привести всё это в исполнение, – королева подписала указ и протянула перо мне. – Твоя очередь, дитя.
Я в ужасе смотрела на бумагу, как будто та сейчас набросится на меня и задушит. Определённо, я подписываю свой приговор. Многим придётся пожертвовать. У меня больше не будет свободы. Но я подумала о папе, о том, что Мэорих больше не будет во власти ведьмы, и о невинных драконах и людях с обеих сторон, которых унесёт эта бессмысленная война. Я в отчаянии закрыла глаза, и дрожащей рукой поставила подпись.
Глава 20. Чужая истинная
«Определённо, принцесса драконов родит Дитя. Дитя – символ нашей веры в счастливое будущее человечество. Под гнётом драконов мы прозябаем, всего лишь слуги, низшие существа, недостойные своих крылатых господ. Дитя – это мессия, наш спаситель, который вернёт баланс между миром человеческим и миром драконьим. Моя самая главная задача – спасти принцессу, пока не стало слишком поздно. Для этой цели я должен найти преданного мне дракона. Все знаки указывают на одну из двух других возможных наследниц трона, на Рею Рэйден. Только она сможет мне помочь. Немедленно выезжаю в Нитуэ».
Дочитав последние слова Инквизитора, я ощутила сильное возмущение. Он просто воспользовался мной! Как в тот раз, когда я была его приманкой, чтобы получить какую-то ценную информацию. Ведьма Дэрия опоила меня зельем прямо у него на глазах. Я до сих пор не знаю, какой от него эффект, может, я скоро умру или заболею. Хотя нет, она же тоже пила его. Здесь что-то более сложное.
Я перелистнула страницу и вновь погрузилась в чтение его дневника.
«Мне удалось войти в контакт с леди Рэйден. Она… вызывает у меня противоречивые чувства. Такая же высокомерная, как и все драконы. Порой ведёт себя, как наивное дитя. Мужчины находят её привлекательной, я сам видел, как лорд Райдо на неё смотрит. Я дал обет безбрачия, как и все в Инквизиториуме. Мы служим высшей цели, и любовь – всего лишь досадная помеха на нашем пути».
Ах, вот как! Я отчего-то почувствовала обиду. Нет-нет-нет, я же не рассматриваю Инквизитора в качестве мужчины, причём весьма притягательного? Прочь эти мысли. Ещё чего не хватало.
«Второй день в пути. После похищения Реи, когда на мою голову свалился ещё один дракон, произошёл странный случай. Мы случайно встретили отряд бездарностей. Наёмники отказались делиться информацией. В схватке с ними Рея проявила находчивость. Не ожидал от неё. Я не знаю, зачем эти безрассудные драконы решили продолжить полёт прямо после битвы, но мы чуть не потеряли леди Рэйден. Драконочка упала в океан. Признаться, я был в панике. И не только из-за того, что моя миссия оказалась под угрозой, нет. Но и потому – стыдно признаться – что я волновался за неё. Для меня это не свойственно. К счастью, Рея выжила. Она смогла вовремя пробудить свой дар. Зверь Реи относится к редкой разновидности “детей океана”. За последнее тысячелетие я слышал только об одном таком даровании. Это Лилу Родали, принцесса западных драконов. Я не ошибся, когда сделал ставку на Рею».