Измена. Вернись, я всё прощу! (СИ)

Значит, он вёл дневник в том числе и для себя. Пытался выплеснуть на бумагу свои чувства? Зачем он отдал тетрадь мне? Чего хотел добиться? Я не верю в его искренность, не после того, когда он без тени сомнения воспользовался мной.
Я скучаю. Эта мысль пришла ко мне внезапно. Никогда бы не подумала, что буду скучать по этому бессердечному, равнодушному, холодному и коварному интригану. Но я не могу отринуть тот факт, что я действительно часто думаю о нём. Вспоминаю проницательный взгляд его синих глаз. Внимание, которое он мне уделял. Те колкости, который отпускал в мой адрес после случая на острове. И то, как он не однажды спас мою жизнь. И, кхм, как мы стояли в том шкафу, прижатые друг к другу, и я ощущала его горячее дыхание на своих волосах.
Я должна разгадать тебя, Инквизитор. Чтобы найти, и… вот что я буду делать дальше, я ещё не придумала. Ещё и это престолонаследие некстати. И возможный брак. Я должна родить наследницу на смену себе. Мне кажется, я ещё не готова к детям. Я ведь только стала совершеннолетней и открыла свой дар. Мне хочется приключений, свободы, счастья!
Я услышала шуршание, и под дверь моей спальни что-то просунули. Я тут же выбежала, распахнула дверь, но никого не обнаружила. Подняла неизвестный предмет. Это письмо. Без подписи. Сгорая от любопытства, разорвала конверт, и достала сложенный вчетверо лист бумаги.
«Леди Рея, ты попала в гнездо скорпионов. Будь внимательна и не доверяй никому. Особенно лорду Эйзо. Он сделает всё, чтобы уничтожить тебя, когда ты перестанешь быть ему полезной. Но знай, что помощь уже близко, и надежда есть всегда. 
Таинственный незнакомец».
Почерк неизвестный. Дочитав записку, я задумалась. Откуда я могу знать, что это тоже не ловушка? Итильдину я тоже не могу доверять, по мнению автора этого письма? Голова кругом от всех этих интриг.
Закололо в висках, и я прилегла на постель. Я должна получить информацию о тайнах двухсотлетней давности, когда моя бабушка поссорилась с семьёй Эйзо. Что послужило этому причиной? Где я могу поискать… так, лучший вариант – это расспросить очевидцев. Лорд Эйзо, конечно, будет молчать. Но по его реакции я смогу понять, в каком направлении мне двигаться. Редко кто-то может скрывать ложь настолько умело, чтобы дракон, знающий, что собеседник лжёт, не догадался об этом. Потом, надо осторожно поговорить с Итильдином. Может, он что-то знает. Есть ещё слуги и их сплетни, но этим ресурсом надо пользоваться с опаской. Слуги могут доложить своим господам. И, наконец, библиотека. Придворные летописи могут упоминать об этом. Ах, да, ещё папа и королева. Но папа далеко, а письмо могут перехватить. Королева же… ей я могу доверять в последнюю очередь. Я не уверена, что она на моей стороне.
Сама не заметив, я погрузилась в беспокойный сон.
Я шла по лесной поляне, собирая цветы, которые кровоточили в моих руках. Кровь стекала по моим запястьям и собиралась в лужицы. В отдалении стоял мужчина в чёрном балахоне и широкополой шляпе. На спине его я увидела вышивку – череп. Он обернулся ко мне. Инквизитор. Я подошла ближе, и в этот момент он бросился на меня. Я упала на землю, цветы рассыпались, пятная траву алым, а Инквизитор упал сверху и придавил моё тело. Из его спины торчал арбалетный болт. Ардес, весь бледный, с искажённым от боли лицом, выдавил всего одно слово: «Беги».
Я проснулась в холодном поту. Уже ночь. Я так долго спала. Пропустила всё на свете и нарушила дворцовый этикет. Ну и пусть. Я не узница, и пока ещё вольна делать то, что захочу. Я обнажилась, перевязала грудь бинтами, переоделась в заранее заготовленный мундир и брюки. Распустила волосы и повесила на перевязь меч. Говорят, мы с Итильдином очень похожи, значит, со спины и издалека меня никто не отличит от него. Взяла канделябр и вышла наружу, заперев дверь на ключ. Тетрадь Инквизитора на всякий случай взяла с собой. Ничего более ценного, чем она, у меня нет.
Ночь благоволит смелым, а мне нужно найти кое-какую информацию в королевском архиве. Но так, чтобы никто об этом не узнал.
 
По дороге мне никто не попался. Свеча отбрасывала причудливые метущиеся тени, и я осторожно ступала по мозаичному полу, чтобы не создавать лишний шум. Ещё днём, до того, как мне принесли письмо, я узнала у горничной путь к архиву. Сказала, что пишу научную работу для Академии Бури о событиях Войны Трёх Народов.
Оставалось пройти совсем немного, как из-за угла я услышала чьи-то голоса. Тут же юркнула за портьеру и погасила свечу.
– Да, лорд Эйзо, безусловно, я был бы счастлив заключить этот брак.
Итильдин? Что он делает здесь так поздно ночью?
– И вас не смущает, лорд Райдо, что она не ваша истинная?
– Я знаю, что вы уже применяли этот метод.
– Я понятия не имею, о чём вы говорите.
Послышался невнятный шум, и кто-то надсадно закряхтел.
– Повторяю, если вы хотите, чтобы ваша дочь заняла престол, вы расскажете мне всё, что вы знаете про обряд инициализации.
– Хорошо-хорошо, только отпустите меня, – хрипел лорд Эйзо.
– Я весь внимание, – сказал Итильдин.
– Леди Авелин Рэйден не видела во мне будущего супруга своей дочери. У неё уже был истинный. Они собирались пожениться. И тогда я заключил сделку с колдунами – нет, я не буду вам рассказывать о ней, и не просите – и в обмен они сварили для меня особое зелье. Я выпил его сам, и обманом напоил истинного моей жены Лары Рэйден.
– И что дальше? – с нетерпением спросил Итильдин.
– Я украл его истинность, и сам стал истинным Ларочки. Она не знала. Просто в один прекрасный для меня день она разлюбила своего бывшего и вышла за меня. По большой и чистой любви.
– А она знает?
– Нет. Её мать, леди Авелин Рэйден догадывалась о чём-то, но доказать не смогла.
– Так вот почему наши семьи отдалились друг от друга, понятно. Сведите меня с этими колдунами.
– Всенепременно. Но только после того, как Лайфа официально станет принцессой.
– Я об этом позабочусь. А теперь прошу меня извинить, у меня есть и другие дела.
Оба заговорщика разошлись в разные стороны. Я подождала, пока их шаги отдалятся, и вылезла из своего укрытия.
Я стояла посреди тёмного коридора, по щекам текли слёзы, а сама гадала, сколько времени у меня осталось до того момента, когда Мэорих разлюбит меня.
  
Глава 21. В смертельной опасности
 
Я проснулась от шума за дверью. Слышались громкие крики и звон клинков, а ещё дикое рычание. Пол во дворце буквально трясся под мощью драконов в своём истинном обличье. После подслушанного разговора я легла спать вся в слезах, совершенно разбитая и раздавленная, прямо в том, в чём была. И сейчас я очень пожалела об этом.
Дверь в комнату разлетелась в щепки под ударом мощного хвоста.
«Хватайте его! Без предводителя их переворот обречён на неудачу!» – раздался грозный рык у меня в голове.
Два дракона-стража в человекоподобном облике схватили меня, заломили руки за спину и сковали их за спиной адамантином. А потом заткнули рот кляпом. Потащили на выход. Королева, огромный багровый дракон с золотыми рогами и когтями, оказалась ужасна в своей ярости. Я хотела закричать, что это ошибка, и я понятия не имею, в чём я провинилась, но говорить мысленно мы умеем только превращёнными в драконов. Но как же мой запах?
«От него пахнет моей наследницей. Значит, она тоже предала меня. Говорила о своём женихе, но прыжок в постель к рыжеволосому мальчишке всё решил. Женщины! Готовы променять всё, что угодно на любовные утехи! Тащите его на крышу, мы сбросим его с донжона. Смерть предателю!».
Они приняли меня за Итильдина. Проклятье! Этот его заговор с Эйзо обрёк меня на смерть! Нет ничего хуже, чем просто рухнуть наземь, будучи не в силах расправить крылья под тяжестью и магией адамантина.
В коридоре завязалась драка, и королева ненадолго отвлеклась на бунтовщиков. Она схватилась с чёрным драконом, который пытался укусить её за шею, а потом сменил тактику и начал драть ей морду когтями. Пригона дохнула пламенем, и её противник на мгновение зажмурился. Этого момента хватило, чтобы один из телохранителей королевы вцепился ему в глотку и задушил. Но сзади наступали ещё два болотно-зелёных дракона. Стражи Пригоны выступили вперёд, и вскоре ударопрочные стены зашатались и затрещали от натиска дерущихся драконов. Королева взглянула на оставшегося стража, который тоже успел обратиться, и тот схватил меня в зубы, больно сжав рёбра, а потом оба дракона помчались по коридору. Мир вокруг меня размывался в неразборчивые пятна от их скорости. Меня нещадно трясло. А драконья пасть, не предназначенная для того, чтобы переносить что-то хрупкое и мягкое, грозила перекусить меня пополам. К тому же я поняла, что пара рёбер уже сломаны. Дышать становилось труднее. Главное, чтобы осколки кости не проткнули лёгкое. Нет, мы, драконы, конечно, восстанавливаемся очень быстро, но сильный разрыв и кровоизлияние не позволят лёгкому срастись вовремя.