Измена. Вернись, я всё прощу! (СИ)

– Папа, я буду скучать. Пообещай мне, что выживешь любой ценой и вернёшься ко мне. Я испеку твой любимый вишнёвый пирог. Возвращайся скорее, я очень тебя люблю.
Он нежно поцеловал меня в лоб и произнёс:
– Я тоже тебя люблю, милая. И буду очень сильно скучать по тебе. А теперь – пора.
Я приняла свой истинный облик, и меня тут же окружил мой молчаливый караул. Даже Итильдин молчал. Он пристроился в хвосте стаи, и взлетел последним, чтобы охранять меня в арьергарде. С флангов летели четыре телохранителя, все зелёной масти. Элита из королевских стражей. И вокруг нас расположились шестеро солдат папы, разных цветов и оттенков.
Я летела, мерно взмахивая крыльями, но на этот раз полёт меня не радовал. Слишком много всего плохого произошло за последнее время. Но у меня есть дневник человека, который знает больше, чем передовой отряд разведки наших военных сил. И теперь у меня остался только один, самый главный вопрос: кто ты такой, Инквизитор?
  
Глава 19. Три наследницы престола
 
Дома удалось пробыть недолго. Большую часть времени заняла дорога обратно, поэтому я успела лишь помыться, привести себя в порядок, собрать церемониальные наряды для аудиенции, – и тут же пришлось отбыть в столицу.
Пролетая над огромным солёным синим озером Тано, я увидела, что в центре его расположился большой остров с чудесными песчаными пляжами, высокими кедрами, грабами и платанами. К острову каждые пять минут причаливали паромы, везущие в столицу торговцев и гостей. Чуть дальше в центр вела проторенная, широкая каменная дорога, по которой в обе стороны от парома тянулись вереницы карет и повозок. Для пешеходов оборудовали отдельный путь, чтобы они не попадали под колёса. Знойное солнце столицы освещало наш путь. Показались высокие городские шпили. Своим зорким взором я видела, как крутятся флюгера, носятся по улицам дети, плещутся рыбки в городских прудах, вздымаются вверх фонтаны, переливаются кровли из толстого непрозрачного стекла. Я видела городскую площадь, где вовсю торговали лоточники, купцы расположили свои разноцветные шатры, а ремесленники предлагали оружие, фрукты и овощи, одежду и предметы быта. Потом мы пронеслись мимо городской ратуши – высокого здания в романском стиле, с колоннами, и, наконец, показался дворец, стоящий на холме немного отдельно от города, за тремя крепостными стенами и рвом. Наземного входа во дворец я не заметила, похоже, людей сюда не пускали. Мы пролетели над всеми стенами, с которых на нас зорко взирали арбалетчики, и опустились во внутреннем дворе, прямо перед портальным входом. Трансформировались обратно, и я размяла затёкшие от долгого полёта лопатки.
Белокаменный дворец возвышался над нами своей монументальной громадой. Я видела огромные окна, сквозь которые мог свободно пролететь большой дракон. Я видела галереи и переходы, а также бесчисленные башни и башенки. На замке развевались белые знамёна с алыми драконами. Стражи, кивнув прибывшим телохранителям, пропустили нас внутрь. Меня и Итильдина тут же перехватила служанка-дракон в белоснежном накрахмаленном переднике поверх кирпичного цвета платья, и повела по коридорам с высокими потолками. Похоже, во дворце не возбранялось принимать свой истинный облик.
На стенах висели шпалеры с портретами королевской династии и аристократов, проходили мимо батальных полотен, сцен столичной жизни. Высокие окна сполна пропускали солнечный свет, который играл на мозаичном полу. В треножниках стояли свечи. Встречные слуги – все драконы – в таких же кирпичного цвета ливреях и платьях, с вышитым золотом на спине королевским гербом, кланялись нам и спешили дальше. Я встретила несколько аристократов в бархатных одеяниях разных фамильных цветов, которые с любопытством или неодобрением смотрели на меня. Ну ещё бы, ведь я никогда не выходила в свет.
Один из них, высокий рыжеватый мужчина с седеющими висками, рыжей бородой и голубыми глазами, одетый в оранжевый камзол с золотыми пуговицами, бросился ко мне. Итильдин поджал губы и заслонил меня.
 
– Прошу прощения, но могу ли я поговорить с леди Реей Рэйден? – в отчаянии спросил мужчина. – Меня зовут Ольген Эйзо, я – отец Лайфы.
Я кивнула Итильдину, и он пропустил лорда Ольгена, но всё же стоял настороженный, положив ладонь на эфес своего меча.
– Чем я могу вам помочь? – я не знала, что сказать лорду Эйзо, ведь наши семьи уже двести лет не разговаривали друг с другом.
Он подошёл ко мне, поклонился и поцеловал мою руку.
– Вы, наверное, знаете, что моя дорогая дочь пропала? Сегодня вас примет королева Пригона. Прошу, ради всего для вас святого, просите отправить отряд Скорпион на поиски Лайфы. Это её единственный шанс выжить. Я буду вечно в долгу перед вами.
Он наклонился ближе ко мне и шепнул:
– Если вы захотите занять престол, я и мои вассалы поддержим ваши притязания на трон.
Я нахмурилась. Менее всего я хотела править страной. Это такая большая ответственность, а меня никто не обучил всем премудростям, которые должна знать королева. Я не хочу быть вечно скованной государственными формальностями, без возможности стать свободной и делать то, что захочу. Между тем, отказать было бы крайне невежливо. Но и брать на себя ответственность за судьбу Лайфы, которую я не видела ни разу в жизни, мне не хотелось.
– Лорд Эйзо, я подумаю над вашей просьбой. Но ничего не обещаю.
Лорд Эйзо встал на колени и обхватил мои ноги. Когда он заговорил, в его словах я услышала горькие слёзы.
– Прошу вас, дорогая родственница, вы – моя единственная надежда. Вы последний шанс на то, что я увижу свою дочурку живой.
Его слёзы растрогали меня. Я сама чуть не заплакала.
Итильдин подошёл ко мне, положил руку на плечо и отрицательно покачал головой.
– Я согласна, – ответила я. – Я сделаю всё, что в моих силах.
Итильдин скрипнул зубами, но ничего не сказал. Только крепче, практически до боли, сжал моё плечо.
– Я в вашем полнейшем распоряжении. Я сделаю всё, что вы ни прикажете мне.
Он, всё ещё стоя на коленях, передал мне медальон.
– Стоит вам только попасть в опасность, потрите этот медальон, и я тут же прибуду со всей возможной скоростью, – сказал лорд Эйзо. – Берегите себя. Вы в опасности. И помните, что я – ваш союзник.
Он ещё раз поцеловал мою руку, сердечно посмотрел на меня, поклонился и удалился прочь.
Могу ли я доверять ему? Что случилось двести лет назад между нашими семьями? Тайны, сплошные тайны…
Итильдин проводил меня до спальни.
– Если тебе что-то понадобится, я за стенкой. Приходи в любое время дня и ночи. Ты дорога мне, и я буду оберегать тебя.
Когда я закрыла дверь и села на груду подушек в углу комнаты, то первым делом достала тетрадь Инквизитора и открыла её на следующей странице. И ахнула. Три портрета, изображённых на белой бумаге, расположены в ряд. Слева принцесса Лилу Родали. Дальше, по центру – я. И, наконец, справа – Лайфа Эйзо.
Я поспешно прочитала комментарий Инквизитора.
«В ходе моих поисков я выяснил, что Матерью является принцесса Лилу Родали. Демоны и колдуны постараются убрать её. Я должен помешать их плану. Я всё ещё не знаю, кто будущий отец Дитя. Надеюсь, моим врагам это тоже неизвестно».
А на следующей странице почерк стал более хаотичным и резким:
«Принцесса пропала. Я так и знал. Разведка королевы Пригоны считает, что это южные соседи решили развязать войну, но я практически уверен, что они ошибаются. Я должен остановить их, иначе война повергнет весь континент в пучину ужаса. А времени, между тем, всё меньше и меньше». 
В дверь настойчиво постучали. Я сказала:
– Входите.
Вошёл сам герольд королевы, закутанный в плащ. Его вышитый золотом камзол имел оттенки заката. Его голову венчала шляпа с коричневым длинным пером.
– Леди Рэйден, – сказал он церемонно. – Королева Пригона ожидает вас через сорок минут. Приведите себя в порядок после дороги. Я подожду за дверью и провожу вас в Малый Тронный зал. Встреча пройдёт приватно. Ведите себя достойно своему статусу.