Ица (СИ)
— Аня, может, стоит таблетку выпить? — Егора бесило собственное бессилие облегчить её состояние. — Я же вижу, ты вся натянута и будто на взводе.
— Бесполезно, пока само не пройдёт, — отмахнулась она, досадуя, что всё случилось именно сегодня. — Скоро отпустит. А пока берегись! Могу взорваться и полетят осколки.
Он ухмыльнулся.
— Я лучше попробую тебя разминировать, — Егор лёг за ней и положил свою тёплую ладонь на её напряжённый живот. — Тебе же было лучше, когда ты на меня опиралась.
Аня прильнула к нему.
— Признавайся, ты специально подгадала? — улыбнулся в её макушку. — Через неделю у нас несколько заездов и показательные прокаты. До воскресенья плотные тренировки в зале и в полях. Будем следовать поверью о пользе воздержания накануне важных боёв.
Она тихо рассмеялась и начала расслабляться.
— Можно посторонним поприсутствовать на соревнованиях?
— Можно. Но ты не посторонняя. Так что посмотрим, — Егор просунул вторую руку ей под голову, перетягивая себе на плечо, и начал по кругу поглаживать её живот расположенной на нём ладонью.
Аня проснулась. Она лежала спиной к Егору, растянувшись по его боку, макушкой под его ухом. Повернула голову, встретилась с антрацитовым взглядом и сама потянулась к его губам.
— Идея с душем больше не кажется такой страшной? — прошептал в её губы.
Она застыла, не мешая ему её целовать.
— Нет, — теперь уже он замер от её ответа. — Но мы туда не пойдём, — она прикусила его за подбородок. — Подождёшь, воин! — быстро извернулась и соскользнула с дивана.
28. Эксклюзив
К выходным Аня закончила отработку, получила финальную аттестацию и приготовила подарки будущим именинникам, решив с нового понедельника вплотную заняться доделыванием своих личных заказов. В воскресенье на даче намечался большой праздник в честь нескольких дней рождения. Она собиралась туда попасть. Как раз пора забрать мотоцикл. И не дать Егору придумать очередной предлог оставить его там снова.
Аня долго ломала голову, что подарить пацанам, с которыми была едва знакома, но которых хотелось, и было важно, поздравить лично. Она знала, что остальные скинулись на общий подарок. Но не она. Конечно, они приняли её как Пулю и далее уже по умолчанию, хотя границы между ними осязались на физическом уровне. И её отношения с Егором играли в этом не последнюю роль. Тем более, имело огромное значение показать себя не только приложением к их старшему, но и отдельно от него.
В итоге Аня смастерила три маленьких кожаных брелока в форме мотоцикла, прострочила рисунок шин и прошивку сидений, поставила заклёпки с помощью мастера по починке обуви и вышила на каждом его собственный гос. номер. Параллельно подрубила заказанные Васькой полотенца и, заодно, выделила несколько штук для дяди Миши, у которого вечно под рукой валялись лишь засаленные тряпки.
Егор сам за ней заехал. От него пахло землёй, мотоциклами и куревом, хотя на вкус поцелуй остался без оттенка табака.
— Устал? — она задержалась возле него, не торопясь забраться сзади, и провела пальцем по колючей щеке.
— Есть немного, — он поймал её руку и поцеловал в середину ладошки. — Не обидишься, если я отключусь на пару часов? Помоюсь и посплю.
Аня покачала головой и поскребла ноготком непривычную щетину вокруг его губ.
— Можешь присоединиться ко мне, — Егор сверкнул глазами, — или пообщаться с Михалычем. Он мне все уши прожужжал, где я тебя ото всех прячу.
— Я побуду с дядей Мишей, — она приняла шлем и села на мотоцикл за Егором.
Во дворе уже было шумно и многолюдно. Егор досадливо поморщился.
— Раньше начали.
Аня похлопала его по спине и помахала Михалычу, который улыбался ей издалека. Егор удержал её возле себя, взял за руку и направился к дому.
— Наобнимаетесь ещё, — он размял шею. — Сон мне всё равно не светит. Быстро схожу в душ, поздравим виновников этой какофонии, и ты успеешь пошуршать в гараже. Михалыч, похоже, специально там бардак разводит, чтобы тебя на подольше заманить.
Аня усмехнулась, крепче сжимая его ладонь и ловя на себе любопытные женские взгляды. Девушек и правда было странно здесь видеть. Сразу становилось понятно, кто в паре, а кто приехал познакомиться и подыскать варианты.
Аня переложила в карманы брелоки, отдала Егору свой рюкзак и осталась на веранде помочь накрыть стол. Познакомилась с парой девчонок. Они слаженно расставляли пластиковые тарелки, придавливая их нормальными вилками и ножами, распределяли салфетки, выкладывали уже помытые фрукты. Аня заметила, как какая-то девушка перевешивалась через перила и откровенно целовала парня, передающего ей блюдо с очередной партией мяса, как один из именинников пользовался любой возможностью погладить по спине и ниже свою подружку. Вроде бы ничего особенного, но её почему-то одновременно смущало и манило такое проявление личного напоказ. Они с Егором ничего не скрывали, но и не афишировали так явно. У неё не возникало мысли сесть к нему на колени при всех. Казалось, и он считал, что такие обжимания не для общего обзора. Аня не представляла, чтобы они с ним начали есть яблоко с двух сторон и забирать зубами и языком кусочки друг у друга, чем только что занялась парочка под яблонями. Хотя наедине он становился более раскованным, и она знала, что ему нравилось её дразнить.
Егор спустился, побритый, переодетый в простую белую футболку. Нашёл Аню и наблюдал за ней с порога. Она легко двигалась между стульями, огибала прибывающих людей, держалась немного особняком, но точно хотела тут быть. Он ухмыльнулся, когда она шлёпнула по руке смельчака, который бесцеремонно попытался стянуть кусок мяса или помидора. Заметил, как порозовели её щёки, когда она увидела увлёкшуюся друг другом парочку под деревьями. Какая она всё-таки не привычная девчонка. Лазает по деревьям, не брезгует сунуть руки в мазут и трогательно краснеет от простого поцелуя в щёчку. Она взяла пучок зелени и разбирала его на отдельные стебли. Мимо неё протиснулся Ёрш. Она качнулась, и парень придержал её за бёдра. Она высвободилась, что-то сказав ему. Он перехватил взгляд Егора и тут же убрал руки. Аня увидела его и улыбнулась, указывая глазами на их похожую одежду. Он кивнул, подзывая её. Она доразложила оставшуюся зелень, вытерла руки салфеткой и подошла к нему.
— Так лучше? — Егор наклонился и потёрся гладкой щекой о её скулу.
— Приятно, — Аня вспыхнула, — но мне понравилось и с щетиной.
— Дразнительница, — выдохнул ей прямо в ухо, заставив поежиться, и распрямился.
Егор поздравил всех именинников вместе и сказал несколько слов каждому в отдельности. Вытащил из заднего кармана три конверта и вручил их под сопровождение напутствий от других ребят. Аня присоединилась к пожеланиям:
— Маленькие сувениры, чтобы не путали где чей.
Возникла небольшая пауза. Пацаны рассматривали тщательно выделанные детали.
— Это же мой номер!
— Ты сама что ли сделала? Офигеть!
Серый же вдруг обнял её, приподнял и покружил.
— Спасибо! Наш человек! Мы теперь с парнями здесь самые крутые!
Он поставил Аню на пол и обратился к Егору:
— Или у тебя тоже такой есть? — он качнул в воздухе мини-мотиком.
Егор развёл руки в стороны:
— Нет, — он окольцевал Аню, притянул её к себе спиной и прошептал ей в висок. — Зато у меня есть другой эксклюзив — сама мастерица.
Она искренне улыбнулась и накрыла его пальцы своими руками.
— Кажется, у нас появился свой знак отличия и у тебя не будет отбоя от жаждущих заполучить свой экземпляр, — Егор поцеловал её в макушку и подтолкнул к столу.
Было весело. Пацанам торжественно вручили и обещанные кексы со свечками, после чего от потока пошлых шуточек покраснели даже стены. Народ разбился на группки, растекаясь по территории. Прибыли опоздавшие в компании двух девушек постарше. Одна из них сразу привлекала внимание. Она не делала ничего особенного. Слегка кивала головой или поводила плечами — и ей подавали бокал, подходила к стулу — и ей его тут же уступали. У Ани непроизвольно возникло сравнение с Лариской, которая из кожи вон лезла, чтобы что-то из себя представлять, но чем больше пыталась, тем нелепее выглядела и меньше представляла. Примитивно, карикатурно и заведомо проигрышно. А тут ненавязчиво и вроде бы естественно — и всё мужское внимание магнитом к ней. Такое нужно уметь. Или быть одаренной с рождения. Аня представила себя со стороны. Ей претило позёрствовать и строить из себя даму, не дотягивая при этом до служанки, равно как и играть в женские игры соблазнения. Она повторно испытала приступ неловкости, вспомнив своё предложение Егору. Да уж, женской хитрости впору было спрятаться и сделать вид, что Анька к женскому роду вообще никакого отношения не имеет, хотя и мужская логика тогда дала сбой.