Измена, босс и очень интересный вопрос (СИ)

- Красавцы… - а потом вдруг, из уже опухших глаз, потекли слёзы.
Она тянет ко мне руки и замирает, боясь прикоснуться.
- Лесь, прекрати. Мы же живы. А мясо нарастёт… - бухтит Дэн.
Леся растирает по лицу слёзы.
- Не могу... мне так вас обоих жалко… вы такие… такие… - подвывает подруга, а мне ещё хуже становится.
- Ладно, пойду я... а то мама сейчас прибежит. Нервничать будет. – осторожно поднимаюсь из кресла.
У самой двери оборачиваюсь.
- Лесь, сколько погибших?
Подруга мнётся, но потом отводит взгляд и всё же сообщает:
- Пока тринадцать…
Благодарю её кивком и возвращаюсь в постель. Тринадцать. Если бы не Дэн, я была бы среди них. Мой пульт – почти самая дальняя точка от главного входа. Все сразу туда и ломанулись. Шансов выбраться у меня было ноль. Без вариантов. Снова катятся слёзы… Кого из этих тринадцати я знаю?
Приходит мама. Она всё время со мной, даже ночует рядом, хотя самое страшное позади.
- Ладушка, Руслан звонил. Спрашивал, когда ему прийти можно…
Только не это.
- Не сейчас, мам. Не могу. – поджимаю губы.
- Хорошо, милая. Но, может, хоть поговоришь с ним? Я наберу. – показывает мне телефон.
- О чём?
- Да хотя бы спасибо скажешь! – неожиданно психует мама. – Да если б не он…
- Я скажу, мам. Обязательно скажу. Потом. Не могу я сейчас. – отворачиваюсь от неё и по щеке стекает горячая влага.
  
Глава 45.
 
Руслан
Две недели какого-то кошмара. Лада не хочет меня видеть. Пытаюсь сконцентрироваться на работе, полностью забить мозги. Макс предложил мне мотнуться к Артёму. Тем более, он там зашивается. Не могу. Как я её брошу?
Врачи говорят, всё идёт хорошо. Екатерина Борисовна тратит деньги очень экономно. На каждую сумму присылает фото чеков. Удивительная женщина. Уже задолбался с нею ругаться.
Мама подняла свои связи. Ладу осмотрел какой-то супер-профессор. В принципе, подтвердил слова врачей клиники. Всё очень неплохо. Организм молодой, сильный. Дэн – молодчина, почти вывел их, поэтому и угарного газа не так много глотнули. Очень кстати на кухне что-то рвануло и дверь вынесло. Это обеспечило доступ свежего воздуха.
В клубе много погибших, многие навсегда останутся инвалидами… Первые выводы – нарушения пожарной безопасности были минимальными. Основная причина гибели людей – давка и стремительно развивавшийся пожар. Конечно, это же клуб… там этих декораций до хрена и больше. Главное, найти причину возгорания. Ренат настаивает на умышленном поджоге. Может быть. Слишком уверенно он конкурентов давил.
Сегодня Ладу выписывают домой. Плюнул на её нежелание и еду в клинику. Бросил сообщение Екатерине Борисовне. Коротко стукнул в дверь и вошёл. Лада сидит на кровати. Совсем худенькая. Подняла лицо, закусила губы.
- Зачем ты приехал?
- Глупый вопрос. Тебя выписывают, я за тобой.
Качает лысой головой. Парик ей одевать не разрешают. Рано ещё. И на лбу плохо затягивается ожог – к кости близко…
- Я поеду домой.
- Правильно, домой я тебя и отвезу. В наш дом.
Показательно тяжело вздыхает, показывая, какой я глупый.
- Я поеду к маме, Руслан. Пожалуйста, не настаивай…
Да как мне, чёрт побери не настаивать?! Но стараюсь держать себя в руках.
- Лада, зачем ты так?
- Затем, что я даже трусы сама снять не могу. Понимаешь? И много чего ещё не могу! – в её голосе боль и агрессия. – И не хочу, чтобы ты это за меня делал! А ещё не хочу, чтобы ты меня такой видел. Беспомощной… - всхлипывает и добавляет. - и страшной…
Набираю воздуха в грудь. Екатерина Борисовна кладёт руку мне на плечо.
- Руслан, не надо… пожалуйста… ты же видишь. Дай мне её на ноги поставить. Потом разберётесь.
Теперь я закусываю губы. Лада плачет. Достаю из барсетки коробку и передаю Екатерине Борисовне новый айфон.
- Отдайте ей, как успокоится. Симку уже вставили.
Спасибо, мать Лады не выделывается, забирает коробку. Зато пытается вернуть мне карту.
- Спасибо, Руслан. Думаю, дальше я сама справлюсь.
Качаю головой.
- Пусть останется у вас. И, пожалуйста, покупайте всё самое лучшее.
  
Бросаю взгляд на сгорбленную фигурку на кровати и ухожу. Что это такое? Сколько она меня гонять будет? Мне же она любой нужна. Я её Дракон. А она – моё сокровище!
Вечером пьём пиво на кухне Макса.
- Слушай, ну это нормальное поведение. – пытается успокаивать меня друг. – Она же девочка. Ты даже не представляешь, как для них важно быть красивыми.
- Это я-то не представляю? – криво усмехаюсь.
Да, Лада умудрялась обходиться минимумом косметики. У неё нет горы всевозможных баночек с кремами, масками, скрабами и прочей лабудой, как это было у Леры. Но каждое утро она заходила на кухню уже причёсанная и свежая. И встречала меня с работы всегда при полном параде.
Я всё понимаю. Не понимаю, как мне к ней пробиться. Мне, что, придётся года три ждать, пока волосы отрастут до прежней длины? Или сколько? Пять? Внутри всё горит. Дьявол! Почему это всё случилось с нами?! Почему сейчас?
- Макс, меня уже рвёт. Я не вывожу…
- Едь к Тёмычу. Хоть на неделю. Ничего здесь не случится. Ладу выписали. Дай матери с нею побыть. Приедешь, будешь посмотреть.
Выдыхаю, откидываю голову на стену. Возможно, это выход. Ещё одна неделя ничего не решит. Пусть Лада успокоится. Я голову проветрю. И, наконец, разберёмся.
- Хорошо. Неделя, не больше.
Через день вылетаю в Европу. Надеюсь, я не делаю ошибку.
  
Глава 46.
 
Руслан
Почти две недели вдали от неё. Екатерина Борисовна, как швейцарские часы, каждый день высылает отчёт. Вот, что значит учитель и ответственный человек. У Лады начали болеть суставы пальцев… Врачи говорят, пошли осложнения после ожогов. Это непонятное слово - контрактура… Всё это ещё больше ударило по её эмоциям. Мать твою! А я здесь…
- Рус, ты меня слышишь? – Тёмыч поднял очки в золотистой оправе.
- Прости, брат. – мне приходится тряхнуть головой, чтобы прогнать ненужные мысли. Через сорок минут у нас встреча с «жирным» клиентом, а я не могу сосредоточиться. – Повтори?
Артём тяжело вздыхает и возвращает очки на нос.
- Рус, лети домой. Толку от тебя…
Вот это обидно. Но, наверное, так и есть. Трудно сосредоточиться, когда твои мысли всё время уплывают в другое место. Поэтому даже не огрызаюсь. Согласно киваю.
- Сегодня проведём переговоры и улечу.
Результат переговоров – новый контракт. Ожидаемо. Филиал нашей фирмы уже расширился до пятнадцати человек и придётся добирать ещё. Это однозначно успех. Так почему мне пофиг?
Беру билет на вечер, чтобы уже завтра быть у Лады. Вообще не представляю, как себя вести с нею. Сейчас всё ещё хуже, чем до моего отлёта.
Созваниваюсь с Екатериной Борисовной. Она плачет. Лада почти перестала есть. Суставы болят так, что она ложку держать не может… а есть с ложечки в руках мамы она, видите ли, отказывается. Терапия не очень-то и помогает.
Сцепляю зубы, покупаю шикарный букет роз, прячу в карман коробочку с кольцом и еду к ним. Заранее знаю, чем всё закончится. Но на этот раз я не намерен тихо отступать. Отступать буду громко - с хлопаньем дверями и скандалом. Пора Ладу встряхнуть.
Дверь открывает измученная Екатерина Борисовна. Она вышла на работу. В школе - дети, дома – капризничает большой ребёнок.
- Проходи, Руслан! – улыбается радушно. – Спасибо тебе большое за всё, что ты для нас сделал.
- Как она? – задаю свой главный вопрос.
- Да, как... – вздыхает женщина. – Сам увидишь. Плохо… Если б ещё руки не болели. А так, доводит её эта зудящая боль… Ты проходи. Она в своей спальне – через зал слева…
Киваю и иду на свою Голгофу. Коротко стукнув, толкаю дверь. Лада сидит в кресле, в ушах наушники. На коленях ноут, что-то смотрит. Руки безвольно лежат на подлокотниках. Раны уже закрылись тонкой кожей. На голове короткий ёжик нарос.