Порочность (ЛП)

Никогда не думала, что такое возможно — чтобы что-то чувствовалось таким правильным и в то же время совсем неправильным. Но именно это я и испытывала. Внутри меня велась нешуточная борьба.
— Трейс… Не думаю, что это хорошая идея, — прошептала я, кладя ладони на его рельефный торс. Я всё ещё не могла представить, насколько сильной может стать связь и приведёт ли сопротивление к моей гибели. И честно говоря, после только что случившейся панической атаки, мне не очень хотелось проверять это сегодня ночью.
— Прошу, не отталкивай меня, — молил он, прижавшись лбом к моему. — Ты нужна мне прямо сейчас.
Он обхватил руками меня за талию, притягивая для нового поцелуя. Этот поцелуй был нежным, мягким и ласковым, но он всё равно разжёг в моём теле пламя, и коленки от него превратились в желе.
Всё плохое забылось, стоило его ладоням скользнуть под мой свитер и провести по спине, оставляя дорожки огня там, где прошлись его руки. Я пыталась заковать свои чувства в цепи, но те вмиг разорвались, как резинка, и я погрузилась в этот поцелуй, как в омут, с головой.
Не отрывая губ от моих, он схватил мои бёдра, поднимая меня, чтобы я обняла его талию ногами, и сделал это так легко, будто я была не тяжелее пёрышка. Наши тела прижимались друг к другу, пока он слепо нёс меня по коридору к своей спальне. Моё сердце стучало так сильно, что я начала опасаться приближающегося приступа.
— Не бойся, — сказал он мне прямо в губы, толкая дверь за моей спиной нараспашку. — Я верну тебя, Джемма. Я всегда буду рядом, чтобы вернуть тебя.
Мы вместе рухнули на кровать. Наши тела переплелись, как канат. Трейс расположился между моих ног, и я зажала его своими бёдрами, чтобы он так и оставался там, где должен быть. Желание, переполнявшее нас обоих, наэлектризовывало воздух, пугая меня. Мозг посылал предупреждения, требуя, чтобы я притормозила и обдумала всё хорошенько, но тело жаждало Трейса, и я больше не могла себя контролировать.
Я знала, что это разорвёт меня на кусочки, разрушит, погубит, но мне уже было наплевать.
Трейс слегка отстранился, колеблясь, но я быстро обняла его за шею и прижала обратно к себе. Есть у него эта дурная привычка залезать ко мне в голову, улавливать мои опасения и останавливаться, не давая нам подойти к краю пропасти. А всё, чего я хотела сегодня ночью, это прыгнуть в бездну.
Его губы спустились к моей шее, осыпали влажными, горячими поцелуями чувствительную точку под ухом, и от этой ласки у меня задрожали ноги. Я вновь почувствовала его руки на своей талии и задержала дыхание, когда он взял край моего свитера и медленно начал поднимать, задержавшись на уровне груди. Всегда такой осторожный.
И заботливый.
— Ты не против? — спросил он глубоким, шероховатым голосом, полным желания.
Я не доверяла себе, своему голосу, поэтому не стала отвечать вслух. Вместо этого я кивнула и прикусила губу, когда он стянул свитер через голову, бросая его куда-то на пол.
Он рассматривал меня, кажется, целую вечность, и я готова поклясться, моё сердце замерло в груди, прежде чем забиться на бешеной скорости.
— Ты так красива, Джемма, — его ямочки на щеках проявились, когда он облизнул губы. — Никогда не видел никого прекраснее.
Боже, как он на меня смотрит… Я могла бы провести остаток своей жизни в поисках и всё равно бы не нашла другого момента, когда бы я чувствовала себя настолько красивой и настолько живой, как сейчас.
Он прижался ртом к моему и мягко раздвинул губы. Искры разлетались вокруг меня, внутри меня, посылая электрические заряды, как будто я целая атомная электростанция, и его язык вновь скользнул в мой рот. Я выгнулась, прижимаясь к нему, жадная до его прикосновений, пока его язык продолжал изучать неисследованные места. Трейс касался меня так, словно хотел запомнить каждую клеточку, запечатлеть, поглотить. И, Господи Боже, я так жаждала, чтобы он это сделал.
Он вжался в меня, давая прочувствовать всего себя, и я ахнула, а он вернулся обратно к моим губам. Я не была уверена, как много ещё смогу выдержать, прежде чем взорвусь на миллион кусочков.
 
— Хочешь, я замедлюсь? — спросил он, тяжело дыша у моих губ.
— Нет, продолжай, — взмолилась я. Моё дыхание было таким же быстрым и отрывистым, как у него. Я не хотела, чтобы он останавливался — ни сейчас, ни когда-либо вообще.
— Тогда я не буду останавливаться, — пообещал он, изгибая губы в сексуальной ухмылке, от которой появились обе ямочки одновременно.
И Бог мне свидетель: я жила и дышала только ради этих ямочек. Я потянулась рукой и коснулась их, хотела поцеловать, но у его губ были другие планы.
Снова опустившись ниже, он гладил ладонями мою кожу, пока его рот оставлял ряд горячих поцелуев на моём обнажённом животе, остановившись под пупком. У меня перехватило дыхание, когда он развязал бантик на поясе моих спортивных штанов и затем поднял взгляд на меня, смачивая губы языком. Его пальцы касались осторожно, словно проверяя реакцию, спрашивая моего разрешения продолжить.
Я была согласна на всё и уже хотела сообщить ему об этом, когда его взгляд сместился куда-то в сторону, остановившись на чём-то прямо над моим левым плечом.
— Какого?..
— Что? — я повернула голову, но ничего не увидела. — Что такое?
Я напряглась, проследив за его взглядом, и застыла всем телом.
Чёртова паранормальная активность!
Вся мебель в комнате парила в воздухе, по меньшей мере, в полуметре над полом, как будто сила притяжения перестала здесь действовать. Даже кровать, на которой мы находились.
— О Боже! — взвизгнула я, прикрывая грудь. Трейс отпрянул назад.
— Не двигайся, — тихо, но твёрдо приказал он.
Медленно Трейс спустился с кровати и выпрямился. С нахмуренными бровями он медленно развернулся вокруг себя, оглядывая представшее перед нами зрелище.
— Что это такое? Что происходит? — спросила я его, жалея, как никогда раньше, что я сейчас не в его надёжных объятьях.
— Не уверен. Дай руку, — сказал он, протягивая свою, чтобы помочь спуститься с летающей кровати.
Взяв его ладонь, я медленно села, продолжая прикрывать грудь свободной рукой. И в эту же секунду вся мебель в спальне с грохотом рухнула на пол, напугав меня до смерти. Трейс успел дёрнуть меня к себе в объятья, пока я не полетела вниз вместе с кроватью.
Мои глаза готовы были вылезти из орбит, а сердце — пробить рёбра.
— Мне же не привиделось? Это только что произошло на самом деле?
— Кажется, да, — ответил он, тоже не веря своим глазам.
— Что это было?
— Я не знаю точно, — он покачал головой, всё ещё крепко сжимая мою талию рукой. — Думаю…
— Что? Что ты думаешь?
Он опустил взгляд на меня, его глаза цвета грозового неба изучали моё лицо.
— Думаю, это сделала ты.
— Что сделала я? — моргнула, сбитая с толку.
— Я полагаю, что ты… каким-то образом… подняла мебель, — у него на лбу появились складки, будто он с трудом подбирал слова. Затем снова окинул комнату взглядом, словно ища доказательства. — Всё упало, как только ты села.
— И чем именно я, по-твоему, её подняла, Трейс? Своей волшебной грудью?
Его губы изогнулись в ухмылке.
— Ну, она у тебя чудесная, просто фантастика.
Я шлёпнула его по груди.
— Нашёл время для шуток!
— Не знаю, Джемма. Силой мыслей, магией… Не могу сказать наверняка, — он снова нахмурился.
— Да ты пьянее, чем я думала, — я вырвалась из его объятий. — И я здесь спать не буду. С этой комнатой явно что-то не так.
— Я не думаю, что дело в ко…
Я подняла ладонь, останавливая его.
— Не сегодня, Трейс. Сегодня дело именно в комнате.
 
Он встретил мой взгляд, и его лицо смягчилось, в глазах отразилось понимание.
— Ладно.
Он знал, что я понимаю: со мной что-то происходит — нечто высвободившееся, когда я пробудилась, но сегодня ночью всей этой чертовщины для меня не существует. Сегодня ночью я просто обычная девчонка в гостях у красивого парня, и всё в мире идёт как надо.