Аллигат 2 (СИ)

«Опекун», заметив кондуктора у нужного вагона, оставил спутницу и отозвал его в сторону. Опустив саквояж, он тихо что-то говорил ему, указывая кивком головы на приближающуюся Ольгу.
А она в это время не спускала глаз с другой стороны перрона — с медленно прибывающего поезда. Сейчас «река» приехавших пассажиров потечёт к выходу в город и у неё будет возможность затеряться в ней.
— Счастливого пути, мисс, — едва заметно улыбнулся провожатый. Пригладив роскошные усы, доверительно сообщил: — За вами присмотрят.
Ольга, сдержавшись от желания тотчас сорваться с места и сбежать, улыбнулась в ответ:
— Спасибо за помощь. Вы очень добры.
Смотрела на удаляющегося дежурного и невольное сомнение закрадывалось в душу. Быть может, ей дан знак свыше: оплатить проезд до Саутгемптона и очертя голову броситься навстречу судьбе? Вот так, без подготовки и бесконечных раздумий.
— Мисс, не желаете пройти в вагон? — спросил кондуктор.
— Чуть позже, — пообещала она, поглядывая на огромные круглые часы на стене. До отправления поезда оставалось двенадцать минут. Она ещё успеет поменять билет.
— После второго звонка колокола вам надлежит занять место в вагоне. Садитесь на свободное, а позже я устрою вас лучше, — заискивающе улыбнулся мужчина.
Вот и безопасный проезд гарантирован, — усиленно обмахивалась Ольга веером, отгоняя удушливый запах дыма. Как вариант, можно доехать до станции, указанной в билете и вернуться в Лондон. Или продолжить путешествие. На жизнь в любой стране денег хватит на месяц.
Она наблюдала за пассажирами прибывшего поезда, спешно покидающими вагоны.
Предчувствие? Оно вопило о надвигающейся опасности. Откуда её ждать, Ольга понятия не имела. Следовало ли занять место в вагоне или поторопиться с приехавшими к выходу, она не знала.
[1] Первый почтовый ящик появился в Лондоне в 1837 году.
[2] Механические весы-автомат. Чтобы взвеситься, достаточно бросить в щель монету в один пенни.
  
Глава 2
 
Беги за билетом! — будто кто-то толкнул её в спину, и она быстрым взглядом окинула очередь будущих попутчиков у двери вагона.
Молодая женщина с двумя маленькими детьми беспокойно поглядывала в сторону зала ожидания. Ольга помнила их. Муж женщины — подвыпивший и добродушный — постоянно норовил куда-то улизнуть от непоседливых детей и раздражённой жены, удерживающей его в минуты порыва за рукав сюртука. Ссбежать ему всё ж таки удалось. Мать семейства заметно нервничала, одёргивая надоедливо ноющего старшего сынишку.
— Пожалуйста, присмотрите за моими вещами, — попросила её Ольга, пристраивая на саквояж корзиночку с ленчем. — Я вернусь быстро.
Видя колебание женщины, добавила:
— Пенни за услугу.
Та кивнула, подвигая к саквояжу свою большую корзину и мешковатый узел. Усадила на него младшего ребёнка.
Обгоняя невысокого седовласого прихрамывающего старичка, сопровождаемого крепким, хорошо сложенным молодым мужчиной, «виконтесса» ускорила шаг. Второпях задела ящичком с красками трость старца, выбив её из руки. Ей даже в голову не пришло оставить набор на попечение женщины с детьми. Необременительный, он будто сросся с ридикюлем, став одним целым.
Сопровождающий среагировал мгновенно, подхватив на лету «посох» с золочёной рукояткой в виде змеи; сверкнули два её изумрудных глаза.
Ольга подивилась его ловкости и подхватила под руку пошатнувшегося старичка:
— Простите, ради бога, — виновато заглянула в его неожиданно живые блестящие глаза цвета серого шифера. — Я не намеренно.
— Charmant, сharmant, — заговорил он на французском языке. — Мадемуазель, не стоит так волноваться, — от радостного умиления глаза старичка увлажнились. — Это такие пустяки… Моя третья нога… Я бы мог обойтись без неё, если бы не моя неудачная поездка в Булонский лес незадолго до отъезда в Лондон. Вы были в Булонском лесу?
— Нет, — рассеянно ответила Ольга по-французски, косясь на неумолимо движущиеся стрелки вокзальных часов.
 
Прозвучал второй звонок колокола и два коротких удара.
Глаза зацепились за выход из зала ожидания третьего класса и «виконтесса» обмерла.
Будто в замедленной киносъёмке она увидела, как оттуда выходит… Мартин? В цилиндре, перчатках, с тростью. Она ждала кого угодно только не его. Он показался ей деловито-собранным и… мертвенно бледным. Значит, Ольга не ошиблась и именно его видела в экипаже, мчавшимся по дороге в Фалметт. Сбоку от мужчины семенил её «опекун» и что-то с виноватым видом объяснял, указывая вытянутой рукой на вагон третьего класса. А за ними… Если бы она сейчас увидела Мариам Линтон, удивилась бы меньше. Из-за спины лорда Малгри показались два дежурных местных констебля — решительных и грозных.
— Чёрт! — вырвалось у неё по-русски. Тут же подумалось, что Барт Спарроу мёртв. Её ищут, гонятся по пятам. Торопятся арестовать, чтобы заковать в цепи и сослать на каторгу. Похоже, возмездия за содеянное не избежать.
Ольгу бросило в жар. Сердце зашлось в бешеном стуке. Перед глазами зароились мошки. Она невольно подогнула колени, становясь ниже и прячась за высоким широкоплечим сопровождающим старичка. Продолжая лепетать извинения, вцепилась в руку престарелого ловеласа.
— Вам обязательно нужно побывать в Булонском лесу, — тут же отреагировал он, накрыв её руку жёсткой прохладной ладонью. На безымянном пальце в золотом элегантном кольце колдовским светом вспыхнул крупный чёрный бриллиант «кушон».
— Да-да, обязательно побываю, — машинально поддакнула «виконтесса», высматривая в «группе захвата» Стэнли. Почему его нет рядом с отцом? Или, на худой конец, Веноны? Маркизу не волнует, как поступит граф с её дочерью?
— Вы обронили, — подал ей перчатку сопровождающий старца.
Телохранитель в гражданской одежде, — мелькнула у Ольги тревожная мысль. На вид лет тридцати, в нём — по выправке — легко угадывался военный. Чуть прищуренные глаза цвета крепкого чая бесстыдно изучали её, демонстрируя высокую степень интереса.
Наглый тип! — вздёрнув подбородок, отвернулась она, продолжая двигаться с людским потоком к спасительному выходу в город.
Видно, старичку очень понравилась обходительная, стыдливо покрасневшая мисс. Стоило ей снять руку с его предплечья, он тут же ухватился за её кисть.
— Charmant, сharmant, — беспрестанно твердил по-французски, рассматривая мадемуазель с нескрываемым восторгом. — Прелестно, прелестно… Милое дитя… — его густые седые брови, как две мохнатые гусеницы подрагивали над масляно блестящими глазами. Её оценивали. Так выбирают понравившееся украшение, мысленно решая, кого или что им украсить.
А Ольга поглядывала в сторону Мартина. Торопливо шагая к вагону третьего класса, он неспешно и сосредоточенно осматривал перрон, давая короткие команды констеблям и дежурному по залу вокзала. Видя, как блюстители порядка устремились к вагону, она удовлетворённо усмехнулась. Надеются перехватить её там? Бог в помощь!
Проследив за её взглядом, телохранитель старичка негромко спросил на английском языке:
— Леди нуждается в помощи?
Хрипловатый чувственный голос с мягкими протяжными нотками заметного акцента пробрал до костей. «Виконтесса» поспешно опустила вуаль и проигнорировала вопрос, дивясь в очередной раз проницательности мужчины. Просить помощи у незнакомцев, да ещё таких подозрительных, она уж точно не станет. Угодить из огня да в полымя? Ну уж нет.
Последний, тоскливый взгляд Ольги, скрытый густой тенью вуали, задержался на четырёх фигурах на перроне у её багажа.
 
С саквояжа скатилась корзиночка с ленчем.
Лорд Малгри заметно нервничал, безнадёжно всматриваясь в поредевшую толпу выходивших в город.
Констебли зачем-то заглядывали в раскрытый зев саквояжа. Все кто стоял рядом, отошли на почтительное расстояние, и вокруг преследователей образовалась ощутимая «санитарная зона».