На грани искры (СИ)

Санни же сделал собственные выводы по поводу воровства ценных цветов и велел мне на ночь убирать связки в мешок-невидимку. Я прикинул место в мешке и засунул в него почти все, что собрали. Очень вовремя Санни подал совет. Ночью мы все в палатке спали словно ленивца нанюхались. А утром не обнаружили ни одного стебелька из собранных ранее.
Как же ругался господин Ваял! Грозился наших горе-охранников в тюрьму посадить и чуть ли не самому Правителю жалобу написать. Пять дней сборов трав считай прошли впустую! И ладно бы простые луговые, но редкий цветок-времянка к этому моменту нами был полностью собран. И вот его-то и украли весь подчистую.
— Не вздумай доставать из мешка, — зашипел Санни. — Иначе на нас подумают.
Резон в его словах был. Достань я любые запасы, припрятанные вечером перед сном, точно на меня все подумают. Единственное, что меня волновало, — не сопреют ли травы внутри мешка, но вроде не изменились. Не высохли, но и плесенью не покрылись.
Сбор дневной и ночной пришлось повторить. В результате наша практика затянулась на четыре дня. Из-за этого что-то изменилось в договорённостях школы на прохождение портала, и нас разместили на окраине столицы, оставив ещё на два дня. Хорошо, что всё это время бесплатно кормили.
Не обошлось и без очередных приключений. Нас же никто толком не сторожил. Двое преподавателей уследить за полусотней учеников физически не могли. Трех пацанов под утро привели стражники. Они залезли в чей-то подвал и напились вина. Хозяин поутру решил, что дети мёртвые, а те оказались мертвецки пьяными.
Ещё двоих не досчитались по другой причине. Пропали не только сами мальчишки, но и их вещи. По словам господина Ваяла, такое случалось и раньше. Отправят, к примеру, родители пацана учиться в школу травников, а он не хочет этого. Случаи побегов бывали. Но одно дело если это произошло на Западной заставе, куда путь через горы сложный, а портал дорогой, и совсем другое — сбежать из столицы.
Нас, кстати, никак не ограничивали в перемещениях. Мы с пятью пацанами за пятьдесят медяков наняли коляску и съездили в центр посмотреть на дворец Правителя. Потом разбрелись в разные стороны, решив добираться до постоялого двора отдельно.
Столицу я совсем не знал, зато Санни неплохо ориентировался. Сожалел, что у нас нет денег на посещение каких-нибудь кондитерских. А я подумал, что и хорошо, иначе потратили бы все деньги на еду. Не голодаем же, нечего себя баловать. Лучше просто погуляем, на дамочек симпатичных посмотрим. Я маменьке потом про здешние наряды обязательно напишу.
Миновав центральную часть города, мы вышли к парку.
— Здесь особняк рода Каэлин, — просветил меня Санни.
— Те, среди которых ты надеешься найти возможного отца? — припомнил я.
— Угу, — кивнул друг. — Род магов и зельеваров, специализирующихся на зельях и амулетах.
— Зельевары? — удивился я. — Ты же сам говорил, что таких магов у истинных не бывает.
— У них есть, — пожал плечами Санни. — Наверное, получили как-то дополнительно.
— У ведуний? — спросил я.
— Не… ведуньи свои умения общаться с природой не передают, — возразил Санни. — Это только дочерям предназначено. Секреты по женской линии передаются. Тётя у меня… — начал он фразу и замолк.
— Тётя… — повторил он.
Лишь сейчас я заметил, как перед особняком остановилась шикарная коляска, к которой подскочили слуги, помогая даме выйти.
— Не может быть… — Санни продолжал таращиться совсем некультурно.
Дамочка, покинувшая экипаж и поднявшаяся по ступеням главного входа, была хорошо собой. Не как моя маменька, но формы, приятные для глаза. Высокая и фигуристая. Однако волосы, заколотые в сложную прическу и слегка прикрытые шляпкой с вуалью, были рыжего оттенка, а не черного, как должно быть у ведуний. Мельком взглянув на нас, женщина поспешила войти внутрь здания.
— Обознался? — похлопал я Санни по плечу.
— Нет, — отмахнулся он, продолжая смотреть на дверь, за которой скрылась дама. — Это точно тётя Ирфани. Я её помню очень хорошо.
Он говорил почти шёпотом, но я и так всё слышал.
  
— Меня мама не воспитывала, — продолжал Санни. — Спихнула бабушке ещё младенцем, надеясь скрыть, что родился сын, а не дочь. Никто из других семей ведуний не в курсе. Я почти всё время жил в поместье. Лишь тётя Ирфани часто приезжала бабушку навещать, мне иллюзии смешные показывала. Ты знаешь, как хорошо она умела лица менять… — Он вдруг осёкся.
— Пойдем-ка отсюда, — потянул я приятеля в сторону. Не понравились мне эти тайны. Санни раньше говорил, что его тётка то ли умерла, то ли пропала три года назад. И вдруг мы её встретили. Как бы нам боком эта случайность не вышла.
— И долго она может иллюзию удерживать? — спросил я друга, когда мы отошли от особняка на приличное расстояние.
— Часа три-четыре. Точно не знаю, — ответил Санни.
— Так мало? Я думал, маг может сделать иллюзию и ходить под ней сколько нужно.
— Может… например, какую-то часть преобразовать и держать иллюзию даже во время сна. Волосы, например, — Санни снова затормозил, переваривая в голове какие-то мысли. — Эрик, у неё были рыжие волосы!
— Ну да. Я потому и усомнился. Помню же, что у ведуний волосы цвета вороньего крыла, — согласился я.
— Рыжие… рыжие… — пробормотал Санни. — Помнишь, тогда, в старом саду школы? Я спросил, не может ли тот рыжий мужчина быть женщиной. Сам не понял, почему мне такое подумалось.
— Хочешь сказать, это была твоя тётя⁈ — охнул я.
— Не уверен, не знаю, — мотнул головой Санни. — Давай коляску ловить, поехали обратно на постоялый двор. Нагулялся.
Возражать я не стал. У самого мысли в голове закрутились. И как нам быть? Если это тётя Санни, то выдавать её отряду Правителя неразумно. Ответка может всем родственникам прилететь. Правитель не станет разбираться, кто именно виноват. Покарает всю семью, и Санни в том числе.
Именно это мы и стали обсуждать по возвращении, спрятавшись ото всех за конюшней. Я заверил друга, что не предам, но что-то решать всё равно нужно.
— А как она могла яд «Пасти тьмы» собрать? Ты же сам говорил, что ведуньям это запрещено, — задал я мучивший меня вопрос.
— В том-то и дело, — пожал Санни плечами. — Ведуньи, как говорят, на светлой магии специализируются, иначе Великие Стихии проклянут.
— А тётя?
— Понимаешь, она тогда так странно пропала. Это у старшей тётки Бенни есть две дочери. Занозы ещё те. Кики старше меня на пять лет, Аан — на четыре. Мне очень повезло, что они живут недалеко от столицы и в поместье редко бывают. Когда пропала Ирфани, все сначала решили, что она отца для будущего ребёнка нашла и никак с ним не расстанется.
— Зачем ей убивать советника? — прикинул я варианты. — И как она во дворец Правителя попала?
— Под личной иллюзией можно попасть без проблем, — заверил Санни. — Плохо то, что все в курсе, как бабушка ненавидит род Лирван.
— Могли твои отравить? — спросил я напрямую.
Санни кивнул и пригорюнился. Я его понимал. Совесть боролась с чувством справедливости, и какая сторона победит — неизвестно.
— Знаешь, мне кажется, должна быть причина всему этому. Твоя тётя рискнула потерять свой дар, чтобы отравить советника короля.
— Он не просто советник. Его род контролирует большую часть торговли в стране. Устанавливает цены на заморские товары и собирает налоги в пользу Правителя.
— Ничего себе! — удивился я. — Такого прибить многим в радость. Батюшка мытарей даже больше, чем вытчиков, не любит.
— Нужно сварить зелье для определения правды, — решительно встал Санни. — Мы для него все компоненты собрали.
— Можем и второй рецептик опробовать, — согласился я. — У нас много неучтённого цветка-времянки. Помнишь тот рецепт, где люди ещё и воздействию поддаются? Бабушка может не захотеть рассказывать, а ты так её настойчиво попросишь.
— Как бы мне это дело провернуть… Через полмесяца на бабушкин юбилей все родственницы приедут. Я бы там вопросов всем задать успел.