На грани искры (СИ)

— Эх, мне бы те капельки… — вздохнул Санни, в десятый раз перечитывая список нужных растений. — Я бы бабушке исхитрился подсунуть и узнал, кто мой отец.
— Ты же говорил, что ведуньи распознают яды, — припомнил я.
— Так то яды, а здесь ничего здоровью не угрожает.
— И зачем тебе имя отца? — продолжил я расспросы, а Санни насупился. — Он же тебя даже бастардом не объявит.
— Хочу знать, — упрямо заявил друг. — Я уже вычислил три рода: Каэлин, Грейхолм и Лирван. Лирваны, наверное, отпадают.
— Почему? — задал я вопрос. — Не хочешь оказаться братом Рия?
— Не, там другое. Бабушка этот род ненавидит. Каждый раз, как слышит его упоминание, сразу начинает вспоминать, как их пра-прадед нашу пра-прабабку титула лишил. Не сам, конечно, а подал тогдашнему Правителю прошение.
— И какая причина лишения титула была? — полюбопытствовал я.
— Сие есть великий семейный секрет, — изобразил высокомерие Санни и, оценив моё выражение лица, прыснул в кулак. — Никто не в курсе, — пояснил он.
Семейные тайны Санни меня несильно волновали. Намного больше интересовало текущее положение дел и, в частности, отсутствие у меня денег. Жалкие шесть монет серебром и восемьдесят медью серьёзными запасами не считал, потому и засел писать послание батюшке. За него, между прочим, половину оставшихся денег заплачу. Дешевле купцы не станут передавать послание.
Купеческая организация на Западной заставе имелась. Это я в самые первые дни выяснил. Так что при желании можно батюшке письмецо отправить. Желание у меня имелось как никогда.
Вначале я подробно расписал идею продажи кружева в нашей лавке по новому принципу. Не поленился зарисовать, как это будет выглядеть. Вместо тетради с листами бумаги предложил использовать ткань — сшить отдельные куски наподобие книжки и между «листами» вставить кусочки кружева. Небольшие, размером с ладонь, чтобы только узор понять да пощупать можно было. Про креслица и столик написал в обязательном порядке.
И уже после всего перечисленного поведал, как мне по случаю досталось зелье, помогающее видеть в темноте. Оценил я всё (включая идею с кружевом) в сто золотых. А кому мне ещё продавать зелье, чтобы избежать лишних вопросов?
К тому же написал, что деньги мне нужны на покупку учебников для «совершенствования навыков овладения профессией травничества». Эту фразу я писал под диктовку друга. Нужно же мне как-то батюшке показать, что я тут самосовершенствуюсь. Да и книжки хочется купить. Надеюсь, на них нет большого спроса и они меня дождутся. В том, что батюшка пришлёт деньги, я не сомневался. Почти.
За пересылку и опечатывание посылки с гарантией в обществе купцов с меня заломили шесть серебряных монет! Грабёж! Стиснув зубы, я отсчитал запрошенное и, тяжело вздохнув, вышел из здания. С оставшимися медными монетами не пошикуешь.
Ничего, я, может, ещё что придумаю.
 Глава 8 
Секретную книгу Санни решил переписать для себя. Не всю, но те рецепты, в которых использовались нити из прожилок растений, даже он мог применить. Пусть у нас не было нужных трав для большинства зелий, а некоторые мы и вовсе никогда не встречали, но часть из них в будущем вполне реально приготовить.
У нас уже имелся список нужных растений для разных зелий, которые мы рассчитывали собрать на очередной практике. Летом учеников тоже посылали на заготовку ингредиентов. И самое удивительное, нас отправляли порталом в столицу! Санни сказал, что вряд ли школа платит за каждого ученика по десять золотых за проход. Наверняка у неё имеются другие договорённости.
Столицу мы, считай, и не увидели. Вышли со своими котомками из портала и сразу разместились в ожидающих нас повозках. На них и отправились в летний лагерь под столицей. Полдня ехали, прежде чем добрались.
Местечко оказалось приятным. Рядом река, вокруг луга, вдалеке лес и озеро. Пусть жить будем в палатках, зато в свободное время можно купаться и развлекаться в своё удовольствие. Жаль только, что у Санни в плане развлечений всё тот же сбор трав по нашему списку.
  
Преподаватели тоже гоняли всех искать травы, но по своему списку. Там такая канитель! Некоторые растения надо на рассвете собирать, пока роса. Некоторые в самое пекло. А ещё имелись цветочки, что ночью распускались, привлекая насекомых. Запах от тех цветов, я вам скажу, такой, что в нашем уличном сортире лучше пахнет.
Ученики, считай, по тому запаху и искали цветы. Магических светильников имелось всего два, и те у преподавателей. Со свечкой по лугу гулять — так себе удовольствие. Одни мы с Санни, как самые способные, больше всех ночных цветов собрали. Мы же их ночным зрением видели.
Первых два ночных сбора прошли без происшествий. А потом пацаны стали ближе подбираться, чтобы понять, как мы умудряемся столько цветов находить. Понятное дело, засекли наши светящиеся глаза. Крику было!
Санни с трудом всех успокоил, пояснив, что это из-за зелья для ночного видения. Когда спросили, где мы его взяли, он ответил, что бабушка дала. Не думаю, что пацаны в курсе, кто такая Адра Вега, зато преподаватели о ней слышали. Покивали, подтвердив, что подобное зелье существует. Редкое, правда. Потому и удивительно, что Санни не только сам его получил, но и другу несколько капель раздобыл.
На следующий день господин Ваял подошёл к Санни и тихо поинтересовался, нет ли возможности приобрести немного того зелья. Санни пообещал, что как вернёмся, так принесёт в школу. Это он правильно сообразил — не стоит говорить, что оно у нас с собой. Пусть так и считают, что зелье очень дорогое и редкое, и лишь по личной просьбе преподавателя семья Вега немного его продаст.
— На четыре колбочки разделим остаток, — прикинул Санни наши запасы. — Пусть по каплям капает, а не как мы ложкой в глаз лили. Как думаешь, сколько просить денег?
— Сто золотых, — не моргнув глазом озвучил ценник. Раз уж родному батюшке по такой стоимости продал, то и остальным дешевле отдавать не стоит. Правда, там будет в четыре раза меньше по объёму, но всё равно сто золотых!
Санни успокоился и продолжил сбор всего растительного, что нам задали преподаватели.
Связанные пучки трав развешивали прямо в палатке над своими лежанками на первичную просушку. Для обработки требовались только лепестки ночных цветов, но их проще потом отделить, чем возиться в условиях лагеря с просушкой соцветий. Про запахи в палатке я лучше промолчу.
Наконец мы дождались начала цветения основного растения, за которым в такую даль и поехали всем классом. Цветы-времянки были редкостью и высоко ценились. Почему-то росли они только на берегу небольшого озера рядом с лесом. Озеро по форме напоминало правильный круг.
Преподаватели сказали, что точно не известно, но, возможно, эта старая воронка, осталась после применения магии. Когда-то давно здесь сражались маги и повлияли каким-то образом на растения. Некоторые, растущие поблизости, стали крупнее, а цветок-времянка и вовсе раньше нигде не встречался.
Из его свойств самым важным было не изменение оттенка цветка в течение дня, а их утренний аромат, который делал голову ясной на весь день. Вечерний же запах действовал успокаивающе. Зелья из вечерних соцветий прописывали впечатлительным девицам из богатых семей.
Мы же с пацанами, нюхнув эти цветочки с утра, бодро работали весь день с той самой ясностью мышления.
Случались, правда, и некоторые проблемы. Цветы редкие, желающих их собрать много. У школы имелось специальное разрешение, а нашим возницам, совмещающим функции охранников, приходилось отгонять желающих устроить незаконный сбор трав.
И ладно бы чужаки, но Мерк кричал, что у него цветы кто-то из своих украл ночью. В той палатке ночевало десять мальчишек, поди узнай, кто связку цветов утащил. Мерк привычно грозился пожаловаться старшему брату, но эти угрозы пацанов уже несильно пугали. Старшеклассники в начале осени заканчивают обучение. Скоро останется Мерк без поддержки родственника.