Рождественский папа (ЛП)

— Я ни хрена не могу обещать, моя Бэсс.
— Знаешь, он не всегда был плохим. Когда мы с Четом начали встречаться, он был мил со мной. Покорил меня, и мы поженились всего через три месяца. Я думала, что он был всем, о чем я когда-либо мечтала.
— Я уверен, что ты так и думала.
— Вскоре после этого он начал сильно пить, и именно тогда он впадал в слепую ярость. Разрушал дом. Бил меня. Сначала это было просто физическое насилие. Ситуация быстро обострилась.
— Черт, — выругался он.
— Я была наказана вдвойне, когда у него были обостренные приступы ярости. Синяки, царапины, подбитые глаза, все это нужно было скрывать. Когда Чет сломал мне руку, мне пришлось солгать, чтобы сохранить его секрет. Никому не разрешалось знать о том, что происходит в нашем доме.
Джейс крепче прижал мое тело к себе.
— Мы жили в кошмаре, о котором никто не имел ни малейшего представления. Мне никогда не разрешалось никуда выходить, пока раны не заживут. Это была сама по себе жестокость. Лишение солнечного света, свежего воздуха и ограниченная свободы были еще одним способом, которым Чет контролировал мою жизнь. Он никогда не давал мне больше нескольких недель на восстановление между приступами. Секс был унизительным мероприятием, чтобы заставить меня подчиниться и доказать его доминирование. Я много лет не понимала, что это было изнасилование. — У меня сорвался голос. — Когда он напал на меня через две недели после рождения Ноя, я потеряла сознание и проснулась вся в крови. Именно тогда я поняла, что должна уйти от него.
— Черт. — Джейс прижался своим лбом к моему. — Черт. Черт. Черт. Мне так жаль.
— Ты этого не делал. Чет сделал. Мне потребовались годы, чтобы составить план, но в конце концов я сбежала. Я просто не уверена, что когда-нибудь почувствую себя полностью свободной.
— Ты будешь. Мы можем убежать от нашего прошлого, Бэсс. Мы оба. Все, что нам нужно сделать, это отпустить и потеряться друг в друге. — Я поцеловал ее и крепко прижал к себе, желая стереть все плохое, что с ней случилось.
— Я знаю. Вот почему я так счастлива, что у меня есть ты, Джейс. Ты мой сексуальный байкер и герой в одном лице.
Черт возьми, какая же она сладенькая, как праздничная конфета, со вкусом, теплого сахарного печенья прямо из духовки. Я питал слабость к сладостям и печенью. Сейчас я желаю и люблю ее еще больше.
— Чертовски верно детка. Ты мне тоже помогла. Я наконец-то могу немного вздохнуть с тех пор, как умер Колтер. Ему было всего семнадцать, когда машина, в которой он находился, разбилась. Авария унесла его жизнь и жизнь его девушки. Это меня полностью разрушило. Между мной и моим братом Петросом была вражда, которая имела много общего с мамой Колтера. Я совершил несколько ошибок в своем прошлом, и я никогда не смогу полностью восстановить эти отношения. Мы терпим друг друга, но не более того. Ты должна знать. Мы оба королевские ублюдки. — Я вздохнул. — Я тонул каждый день с тех пор, как умер мой сын. Пока не появилась ты.
— О, Джейс. Мне так жаль. Потерять ребенка страшно, я даже не могу себе представить как. И брата тоже.
— Ной так сильно напоминает мне его. Это ужасно сложно, Бэсс.
— Я понимаю, — прошептала она, поднимая голову, чтобы заглянуть мне в глаза. — Я здесь ради тебя, точно так же как ты ради меня.
— Черт возьми да!
Наши губы слились воедино, и поцелуй зажег пламя, которое никто из нас не мог потушить. Она выкрикнула мое имя еще несколько раз, прежде чем мне, наконец, пришлось оставить ее.
Поцеловав и пообещав вернуться позже в тот же день, я оставил свою Бэсс в постели и был полностью удовлетворен.
— Что с тобой? — Спросил Раэль, кивнув головой в мою сторону.
— Что, блядь, ты имеешь в виду? — Спросил я с вызовом.
Мамонт усмехнулся.
— В тебе что-то изменилось, Папа. Мы все это видим.
Не смог сдержать последовавшей за этим ухмылки. Как кот, который поймал чертову канарейку.
 
— Блядь. Ты снова трахался. По крайней мере, я знаю, что у меня будут игры, когда я стану таким же старым, как ты.
Я не обратил внимания на Раэля, а затем пожал плечами.
— Я счастлив. И? Смирись с этим.
Ганнибал скрестил руки на груди. Изо рта у него торчала палочка сахарного тростника.
— Рад за тебя. У нее есть друг?
В зале воцарилась мертвая тишина примерно на три секунды, прежде чем она разразилась громким хохотом.
— Вот почему я нечасто захожу. Вы, говнюки, слишком любите надрывать мне яйца.
Губы Ганнибала дрогнули, и он чуть не выронил сахарный тростник.
— Ты, блядь, любишь меня. Даже не прикидывайся, что я тебе не нравлюсь. — В руке у него была металлическая зажигалка, и он продолжал открывать и закрывать ее. Всегда беспокойный, он никогда не мог долго держать руки неподвижными. Фыркнув, я покачал головой.
— Мамонт единственный, кто не полный мудак.
— Я обиделся — объявил Грим, войдя и заняв свое место во главе стола.
— Тебя даже здесь не было, — отметил я.
Грим поднял свой молоток и стукнул им по столу.
— В церкви заседание, уродливые ублюдки. Сегодня у нас большое голосование, и клубные дела на первом месте. Затем Папа собирается рассказать нам всем, как он влюбился, как маленькая школьница в свое первое увлечение.
Последовал смех, и зал не затихал в течение нескольких минут.
— Пошли вы все нахуй. Я просто пойду домой и буду трахать свою Бэсс всю ночь.
По какой-то причине в комнате быстро воцарилась тишина.
Мамонт сжал мое плечо.
— Я рад за тебя, брат. Каждый мужчина здесь знает, что это значит для тебя.
Кулаки стучали по столу.
Ганнибал подмигнул в мою сторону. Мудак. Раэль издавал звуки обнимашек, и я шлепнул его по руке.
— В первую очередь, — заявил Грим. — Мы должны обсудить Убежище надежды.
Все закивали головами, и сосредоточились на нашем президенте.
— Мерси основатель "Убежища надежды", руководит группой мужчин, которые называют себя призраками и держат свою личность в секрете с участниками по всей территории США, у них есть кодовые имена, такие как Мститель здесь у нас. — Грим кивнул головой в мою сторону. — Подвергшиеся насилию женщины и дети получают помощь и их переселяют из опасных домов. Жертв изнасилования обычно сначала доставляют в Надежду Лили в Пенсильвании. Жертв домашнего насилия перевозят из их родного штата в другую часть США, ни один призрак не знает всего маршрута. Мерси тот, кто устанавливает связи.
— Как это работает? — Мамонт выглядел немного смущенным, и я не мог его винить. Это была сложная постановка.
— Папа? — Грим позволил мне взять верх, и я кивнул.
— Мерси связывается с нами, и нам дают информацию, чтобы связаться со следующим призраком. Мы встречаемся с призраком в точке встречи и используем кодовую фразу, которую дает нам Мерси, чтобы идентифицировать друг друга и помочь воробью или лотосу чувствовать себя достаточно комфортно, чтобы доверять нам. Воробьи — жертвы домашнего насилия, а Лотосы — жертвы изнасилования. — Я с трудом сглотнул, подумав о Бэсс. — Мы либо являемся контактным лицом и приводим их к следующему призраку, либо мы являемся контактным лицом, когда они поселяются в этом районе. — Моргнув, я ощутил странное чувство в животе.
Черт. Была ли Бэсс тем воробьем, который появился в городе несколько месяцев назад?
— Призраки обеспечивают защиту, кров, основные потребности, такие как еда и одежда. Что бы ни понадобилось воробью или лотосу для начала. Это финансовое обязательство, но нет минимального требования. Ты делаешь столько, сколько можешь. Мы покупаем много подарочных карт и держим их под рукой. Легко пропустить мимо ушей, так как в каждом городе есть Walmart, а Visa принимается почти везде.
— Как долго вы поддерживаете связь? — Экзорцист склонил голову набок. — Я бы хотел знать, что они в безопасности.
По комнате прокатилось одобрительное ворчание.