Рождественский папа (ЛП)

Я фыркнула, но он продолжал говорить.
— Не так, как ты думаешь. Просто мужчине приятно, когда он может возбудить свою женщину и наполнить ее всеми способами. Вот почему мне нравится сидеть немного поудобнее и смотреть, как член скользит внутрь и наружу, наблюдая за тем, как ты смазываешь его своей влагой, и накачивая тебя изо всех сил, когда кончаю. Что-то есть совершенно захватывающее в том, чтобы снимать свой груз и видеть, что это наполняет твою женщину. Просто кажется правильным. И нет, — добавил он, — это не для обычной девушки, которую ты трахаешь один раз и не можешь вспомнить ее имя. Это для тех редких случаев, когда ты находишь кого-то настолько особенного, что тебе это нравится, и ты хочешь сделать ее своей.
Он медленно двигал бедрами, скользя внутрь и наружу, и я могла сказать, что он наблюдал, как его толстый член входит в меня и выходит из меня.
— Черт возьми, ты так хорошо ощущаешься, Бэсс.
Низкий стон вырвался из моего горла.
— Не останавливайся.
Сохраняя устойчивый темп, Джейс двигал своим телом в идеальном тандеме с моим собственным. Было трудно позволить ему сделать это, смотреть в противоположном направлении, когда Чет так много раз точно так же насиловал меня.
Это было по-другому.
Я чувствовала себя желанной, красивой, желанной до такой степени, что Джейс исцелял меня от моего прошлого, а он даже не знал об этом. Каждым мягко произнесенным словом и нежной лаской кончиков пальцев он доказывал мне, что между мужчиной и женщиной может быть что-то особенное, и боль не является результатом секса. Рука Джейса прошлась по моему позвоночнику, а затем скользнула по грудной клетке, обхватив грудь, когда он наклонился и заключил меня в клетку.
Паника мгновенно скрутила мою грудь, и я попыталась подавить ее, но из моего горла вырвался всхлип.
— Эй, в чем дело?
Джейс вышел, и я перевернулась, широко раздвигая ноги и руки. Он снова погрузился в меня нежным толчком, но не двигался, опираясь на локти, когда наши глаза встретились.
— Поговори со мной, красотка.
— Я не хочу портить момент. — Мои зубы прикусили нижнюю губу, и он наклонился, тщательно целуя меня, прежде чем отстранился.
— Я не думаю, что это возможно, я такой чертовски твердый. Мы можем обсудить все, что ты захочешь. Я не собираюсь тебя осуждать, но мне чертовски нужно двигаться, потому что быть похороненным внутри тебя даже лучше, чем я себе представлял.
— Лучше, чем ты себе представлял, да? — Мои губы дрогнули в улыбке, несмотря на все эмоции, бушевавшие внутри.
Он обхватил мою щеку.
— Я вижу тебя. Услышь меня. Я вижу тебя, Бэсс Паркер. Ты не невидимка для меня. Мне нужно твое прошлое, твои шрамы и даже боль, от которой ты пытаешься убежать. Я хочу заставить тебя кончить столько раз, сколько смогу, но потом мы поговорим. Хорошо?
— Хорошо, — выдохнула я шепотом.
— Я не боюсь прошлого. Твоего или своего. У нас обоих есть секреты. У нас двоих много шрамов. Может быть, именно поэтому мы подключаемся. Впусти меня, маленькая мамочка.
— Я впускаю.
— Хорошо.
Джейс начал двигаться, выдвигаясь на несколько дюймов, а затем скользя обратно, каждый раз отступая немного дальше, прежде чем его толчки стали жестче, а движения быстрее. Что-то внутри него, казалось, вырвалось на волю. Мужчина потерял контроль, и он схватил мою руку, переплетая наши пальцы, и крепко сжал мою.
Изголовье моей кровати билось о стену с каждым ударом. С наших губ слетали стоны удовольствия. Мое тело реагировало на его прикосновения, и я почувствовала, как тугой узел внутри меня нарастает до такой степени, что я поняла, что вот-вот взорвусь. Мои бедра задрожали, и я издала низкий вопль, когда мое тело содрогнулось и напряглось, прижимая Джейса, мои ногти впились в его руки, и я почувствовала прилив жидкости, когда чистый экстаз заполнил мой мозг. Что-то развернулось глубоко внутри, и в этот момент я поняла, что мое сердце принадлежит мужчине, который доказал, что любовь, это удовольствие, а не боль.
Его собственный рев освобождения заполнил комнату, и Джейс продолжал тереться об меня в течение долгих секунд, пока мы оба не содрогнулись, и наши тела не истощились.
 
— Иди сюда, — прохрипел он, отстраняясь и ложась на спину, притягивая меня в свои объятия. — Я хочу обнять тебя.
Я не поняла, как он понял, что мне нужно, но он понял.
— Джейс?
— Да, сладкая?
— Не думаю, что я когда-либо была так счастлива.
У него перехватило дыхание.
— Я тоже, моя Бэсс. Точно не в течение долгих лет.
Я покоилась над его сердцем, слушая равномерный стук ударов, когда мои глаза затрепетали, и я ни о чем не жалела.
  
12
 
Я знал, что у нее были секреты.
Я знал, что Бэсс скрывает от меня что-то важное, но я все равно в любом случае хотел ее. Черт возьми, меня не волнует, что было в ее прошлом. Эта женщина скрасила мое существование только одним своим дыханием. Она была всем, чего я не знал раньше, чего хотел и вожделел.
Перед восходом солнца я неохотно сел и укрыл ее одеялом, чтобы она не замерзла. Она моргнула и потянулась к моей руке, когда я ее сжал.
— Мне жаль, что я должен уйти. У меня сегодня церковь и еще несколько дел, с которыми нужно разобраться. Это важно.
В ее глазах мелькнуло разочарование, но она не умоляла меня остаться. Я даже пожалел, что она этого не делала.
— Хорошо.
— Эй, я не сбегаю, сладкая. Клубный бизнес является приоритетом, и к этому тебе придется привыкнуть. Я не буду извиняться за то, кто я есть. Ты с байкером, сладкие губки.
— Она одарила меня милой улыбкой.
— Я все это понимаю, Джейс. Честно.
— Хорошо. — Я наклонился и завладел ее губами, скользя руками по ее заднице, и, прежде чем я осознал это, ее тело накрыло мое, а мой член оказался внутри нее.
Так не хочется уезжать прямо сейчас.
Я взял ее жестко и быстро, доведя ее тело до грани оргазма, а затем замедлился, накачиваясь изнутри, когда она начала двигать бедрами. Ее идеальные сиськи подпрыгивали перед моим лицом, и я не мог удержаться, чтобы не лизнуть и не пососать ее идеальную кожу. Прошлой ночью было темно, и поэтому я не заметил многочисленных поблекших шрамов и отметин, которые пытались разрушить то, что, как я знал, было красивым внутри и снаружи.
Перевернувшись, я сцепил руки и понял, что мы занимались с ней любовью, и я делал то же самое прошлой ночью. Мой мозг лихорадочно соображал, как быстро я влюбился в Бэсс, но это не имеет значения, ничего не изменилось, я все еще безумно хочу ее. Она нужна мне. Черт возьми, я уверен, что буду трахать ее так часто, как только смогу.
Знать, что кто-то причинил ей боль, было пыткой, которую мне трудно вынести. Мы достигли оргазма вместе, а затем я притянул ее ближе, обнимая ее лицо. Мой большой палец коснулся ее нижней губы, и я запечатлел нежный поцелуй на ее припухших губах.
— Расскажи мне, откуда взялись все эти шрамы.
Из ее груди вырвался тихий всхлип, а затем глаза наполнились слезами. Я знал, что это плохо, когда она выдавила из себя ответ, я был потрясен тем, какую травму она перенесла.
— Мой бывший бил меня, но это было не самое худшее.
Я со своим Жнецом мгновенно разозлился.
— Блядь. Рассказывай.
— Он насиловал меня, Джейс. — Ее голос сорвался. — Более десяти лет.
Мое тело совершенно онемело. Ненависть и гнев смешались в моей крови, и я хотел причинить боль этому уроду, который посмел тронуть ее.
— Где он? Как его, блядь, зовут?
Она пожала плечами.
— Не важно. Я ушла от него, и мы с Ноем в безопасности.
Недостаточно хорошо для меня.
— Его имя, — прорычал я.
— Чет Уилсон.
— Откуда?
— Техас, — прошептала она. — Не преследуй его, Джейс. Теперь он для меня никто.
Это было обещание, которое я не мог дать. Мой Жнец уже подсказывал мне убираться отсюда нахуй и найти этого человека. Он найдет справедливость в моих руках. В этом нет сомнений.