Запятнанный ангел
- Вероятно, в свое время было довольно логично считать так, - заметил я. - А как он чувствует себя теперь, когда Эд Брок нашел нечто, убеждающее в обратном?
- Он был обескуражен. Но теперь все решаю я, а не он. - Девушка с сомнением взглянула на меня. - Знаете, Дэйв, если вам починят машину и вы унесете ноги из Нью-Маверика, я не стану осуждать вас.
- Я не собираюсь никуда уносить ноги, - ответил я. - Вы не рассказали мне о Тэде Фэннинге.
Уголок ее рта болезненно дернулся.
- С тех самых пор, когда мне было десять, а Тэду двенадцать, мы всегда знали, что когда-нибудь поженимся. Для меня никогда никого больше не существовало, и для него тоже. Наконец все решилось. Все должно было произойти этой осенью - завтра, собственно говоря. А потом он пришел сюда, как я вам рассказывала, и заявил, что мы больше никогда не увидимся, и на этом все закончилось.
- Без всяких объяснений?
- Без объяснений.
- Сколько дней прошло после нападения на Эда Брока?
Ее глаза широко раскрылись.
- Почему вы... это случилось через три или четыре дня. Почему вы спрашиваете?
- Не знаю, - ответил я, - разве что потому, что здесь, похоже, все каким-то образом связано между собой.
Яркий свет залил окно студии. Приехала полиция.
Сержант Грег Столлард из полиции штата был крупным, чистеньким молодым человеком. Он называл Пенни по имени и встревоженно спросил, все ли с ней в порядке, когда она открыла дверь на его стук. Быстрый взгляд, которым он меня наградил, был далек от сердечности.
- С тобой все хорошо, Пенни?
- Разумеется. - Она повернулась. - Это Дэйв Геррик, Грег. Сержант Столлард, мистер Геррик.
- Весь день только о вас и слышу, мистер Геррик, - заметил Столлард. Когда мне позвонили из участка, я испугался, что что-то случилось с Пенни. Что произошло с вашей машиной?
Я вкратце рассказал ему, как провел вечер, о пластинке и изрезанных шинах. Он нахмурился.
- Вы друг Эда Брока, - сказал он. - Знаете, что с ним произошло и почему?
- Да.
Столлард поправил пистолет в кобуре.
- Хотел бы я добраться до этого типа, - бросил он. - Думаю, он решил, что вас запугать проще, чем Брока.
- Он ошибся, - ответил я.
Столлард оценивающе оглядел меня и явно решил, что я говорю правду.
- Этот малый не шутил, - заметил он. Потом повернулся к Пенни: - Кто и когда мог взять у тебя эту пластинку?
- Я уходила рисовать на целый день - почти до самого ужина. Я не запираю дверь, Грег, ты знаешь. - Она показала на блокнот с карандашом на веревочке, который висел на стене около входной двери. - Любой из жильцов этих пятидесяти коттеджей может зайти и оставить мне записку, если что-то не так - водопровод, крыша протекает и тому подобное.
- Кто-то заходил?
- Записки никто не оставил, - сказала Пенни.
Столлард снял фуражку и вытер лоб платком.
- Я этим делом не занимаюсь, мистер Геррик, если не считать того, что у нас в участке все им интересуются. Но одно меня беспокоит. Пенни! Пятнадцать лет никто и пальцем не пошевелил, чтобы снова открыть дело ее отца. Теперь она его открывает, и вашему другу Броку пробивают голову. Сегодня вечером вы получили предупреждение. Кто бы это ни был, убийца снова начал действовать. Ему может показаться, что самый простой путь покончить с этим делом избавиться от Пенни. Сейчас, через двадцать один год, она единственная, кому не все равно.
- Кто ведет дело Эда? - спросил я.
- Капитан Келли. Он хочет поговорить с вами. Он один из немногих, кто остался здесь со времени тогдашнего убийства. Тогда он был простым патрульным. - Столлард надел фуражку. - Ну а мое дело - посмотреть на вашу машину, мистер Геррик.
Сержант только усилил мои собственные тревоги.
- У меня есть к вам предложение, Пенни, - сказал я. - Берите зубную щетку и поедемте со мной в город. Снимите на ночь номер в "Вилке и Ноже". Утром мы распустим слухи, что я получил предупреждение, но не намерен уезжать. Это на какое-то время переключит внимание нашего друга на меня. А сегодня ему, возможно, захочется разобраться с вами. Он может подумать, что вы были заодно с Гарриет, которая вызвала меня сюда.
- Хорошая мысль, - горячо поддержал меня Столлард.
- Я никому не позволю выжить меня из собственного дома, - сообщила Пенни.
- Здравый смысл вызывает у меня гораздо больше восхищения, чем упрямое мужество, - ответил я.
- Я с этим полностью согласен, - сказал Столлард. - В самом деле, это разумно. А мы получим лишнего человека, чтобы поохотиться сегодня за этим типом, если нам удастся взять его след от машины мистера Геррика.
- Лишнего человека? - переспросила Пенни.
- Капитан Келли не оставит тебя здесь одну, без охраны, когда получит мой рапорт. Собери свои вещи и отвези мистеpa Геррика в город. Я осмотрю его машину и вызову людей, чтобы ее забрали в гараж.
Я не стал дожидаться, что решит Пенни. Вынув из кармана ключи от машины, я протянул их Столларду.
- Через двадцать минут мы будем в "Вилке и Ноже", - заявил я.
- Я не люблю, когда мной распоряжаются, - запротестовала Пенни.
Я улыбнулся.
- Будьте послушной девочкой, - сказал я.
В баре "Вилки и Ножа" было тесно и шумно. Мы с Пенни сидели за угловым столиком вместе с Ларри Трэшем, владельцем. Перед тем как отвезти меня в город на своей машине, Пенни переоделась в темно-зеленое шерстяное платье. Забрызганная краской рубашка скрывала соблазнительную фигурку, которая, казалось, излучала живое тепло и силу. Я чувствовал, что здесь, в баре, мы в центре внимания и все говорят о нас.
- Похоже, люди здесь обзавелись индивидуальными радарными установками, - сказал я. - Плюс мисс Сотби.
- Все новости и сплетни Нью-Маверика рождаются тут, - ответил мне Трэш, улыбаясь своей белозубой профессиональной улыбкой. - Разумеется, им всем с самого утра известно, зачем вы здесь, мистер Геррик. Думаю, я тоже приложил к этому руку. У Столларда в машине телефон. Он позвонил мне и сказал, что вы везете сюда Пенни на ночь - и почему. Он не говорил, что это секрет.
За двадцать один год Нью-Маверик вырос и повзрослел. После того как переполох, вызванный убийством Джона Уилларда, потихоньку улегся, городок жил и трудился в мире. Но этому мирному творческому существованию Нью-Маверика пришел конец, когда Эда Брока, искавшего давно похороненную правду, избили до состояния бесчувственного бревна. Сегодня вечером голоса звучали громко и резко от возбуждения. Человек из аппарата окружного прокурора - они пока не знали, что я действую на свой страх и риск, получил мрачное предупреждение держаться подальше от тайн прошлого.