Беременна от нелюбимого (СИ)

— Бред, — утверждаю я, сама же с силой сжимаю пальцами край столешницы. Бесит.
— Ты будешь есть то, что я сказал! Взяла в руки вилку и вперёд! — Его глаза полыхают гневом, а я не могу понять, чего он так завелся.
— Доктор сказала, что все в порядке. Ты ее вообще слушал? — спрашиваю я дрожащим голосом. Ссориться почему-то не хочется, но я уже из последних сил сдерживаю себя.
— Слушал. Именно поэтому с сегодняшнего дня я лично буду контролировать твое питание. Ешь и не заставляй меня кормить тебя с ложки, словно маленького ребенка.
— Да не буду я есть это, Даня! Здесь же… здесь углеводы, жиры! А паста со сливочным маслом! Представляешь, сколько здесь калорий?
— Да мне пофиг на калории. Ешь! — повышает на меня голос, наклоняется ко мне всем корпусом, уперевшись ладонями о стол, и заглядывает в глаза. Я без труда принимаю его вызов.
— Не буду, ясно тебе? Я прекрасно питаюсь. У меня насыщенный витаминами рацион. Хорошо питаться — это не значит поглощать булки и мясо, Дань.
— Мила, не зли меня, — качает он головой, удерживая внутри себя непонятную мне злость. — Хватит думать о своей фигуре. Ты и так тощая, словно доска.
— Я тощая? Это я тощая? — Резко поднимаюсь со стула. — Да ты обо мне вообще ничего не знаешь! Не знаешь, как это — отказывать себе во всем, держать в форме своё тело, бояться набрать даже полкило. Не знаешь, что значит получить контракт, прилететь в другую страну, а потом на замерах твои бедра на один сантиметр различаются от указанных в агентстве параметров. На один чертов сантиметр! И знаешь, что делают с такими моделями? А я знаю, Даня! Потому что меня с позором отправили обратно. За свой счет. А потом агентство выставило меня за дверь и разорвало сотрудничество! Поэтому не тебе указывать, что мне делать и как жить. Я не собираюсь обрасти жиром только из-за твоей паранойи. Малышка здорова, развивается хорошо, я не голодаю, ем в меру. Поэтому отстань от меня со своими нравоучениями, ясно тебе? — Я резко замолкаю, сверля Кравцова злым взглядом, и с трудом сдерживаю рвущиеся наружу слезы.
Ну почему он пристал ко мне с этой едой? Я ведь и в самом деле составила максимально правильный рацион, насыщенный витаминами. Я ведь не дура, чтобы голодать. К тому же беременным нельзя есть жирную еду.
Даня тяжело вздыхает. Поджимает губы. Опускает взгляд на тарелки с едой. А потом я вскрикиваю от неожиданности и отшатываюсь назад, когда он сметает все на пол одним движением руки. Берет стакан и с силой бросает о стену. Расколки разлетаются в стороны и осыпают пол. Я стою, не в силах вымолвить ни слова. Лишь с испугом смотрю на Кравцова. Что с ним такое?
— Делай как знаешь! — зло произносит он. На лице играют желваки, челюсть с силой сжата. Что случилось с этим милым парнем? Я его таким никогда не видела. Если, конечно, не считать того дня, когда он решил, что я на аборт иду.
Не говоря больше ни слова, Даня резко разворачивается на пятках и покидает кухню. А я все стою, пытаясь понять, какая муха его укусила.
— Что это с ним? — послышался встревоженный голос Оли со спины.
Во дворе взревел двигатель. Автоматические ворота разъехались по сторонам. Машина резво выехала из двора.
— Понятия не имею, — растерянно произношу я. А на душе так паскудно. Сколько раз ссорились, никогда не волновалась, плакать не хотелось.
— Давай я уберу здесь все, — вызывается Оля, доставая веник и совок, пока я все так же стою на том самом месте, словно громом повержена. — Ты со своим пузом вряд ли нагнуться сможешь, а стекла даже под шкафчиками, смотрю.
— Спасибо, — выдавливаю из себя, чувствуя, как по щеке скатывается одинокая слеза.
— Ты не злись на него. Он иногда вспылит, потом жалеет. Приходит и извиняется. Могу поспорить, домой с букетом цветов вернётся. — Кажется, Оля пытается подбодрить меня. Что крайне странно.
 
— Да, наверное. Я к себе пойду.
В нашу с Даней спальню поднимаюсь, не разбирая дороги. Может, нужно было сделать вид, что ем, а самой выбросить все в мусорное ведро? Но и Кравцов не прав, вспылил на ровном месте. И куда он теперь уехал? Скоро темнеть начнёт.
Я принимаю душ и ложусь в кровать. Прислушиваюсь к звукам в доме. Проверяю телефон. Даня не появляется. Спать без него не могу. Душа не на месте. Все же не выдерживаю и ближе к одиннадцати ночи набираю его сама. Он сбрасывает вызов.
А вдруг он с другой женщиной?
Из-за этой мысли по спине проходит неприятный холодок. Ревность липкими щупальцами проникает под кожу. Я ворочаюсь из стороны в сторону. Обычно я засыпаю на животе, но во время беременности это невозможно, поэтому выбрать удобную позу теперь тяжело. Да и поясница ноет. И дочка пинает меня постоянно. Днём спит, а ночью бодрствует.
Фары автомобиля бьют в окно около полуночи. На душе становится легче. Я слышу, как хлопает дверца автомобиля, как Даня чём-то стучит. Окно в комнате открыто, поэтому я могу уловить любой шум снаружи.
Когда Кравцов заходит в дом, я напряжённо вглядываюсь в темноту, ожидая его появления. Думаю, что ему сказать. Или притвориться спящей? Но вдруг он остыл и хочет поговорить? Нет, не буду делать вид, что сплю.
Но Даня не появляется в спальне. Этой ночью он спит в гостиной на диване, вызывая на душе жгучую обиду и непонимание. Оказывается, я безумно боюсь его потерять. И давно привыкла к его присутствию в своей жизни.
  
Глава 43
 
Следующие дни больше всего меня беспокоит одна вещь: Даня стал холоден, отстранен, полностью игнорирует меня и не приходит ночевать в нашу спальню.
Я не понимаю, что не так. Пытаюсь заговорить с ним, пошутить, пытаюсь вернуть все обратно, но он словно совершенно другой человек. Лишь вежливым тоном интересуется, все ли у меня хорошо и нужно ли что-то купить.
Сидит за столом и пялится в одну точку. Думает о чем-то. Постоянно с кем-то переписывается. Мне страшно потерять его. Мне не хватает его поцелуев, ласки и шуточек. Мне его всего не хватает! Но Даня словно и не замечает моих стараний. Даже когда я во время ужина начинаю есть то, на что в обычных обстоятельствах в жизни бы не посмотрела, он не поднимает на меня взгляд.
Глаза Дани грустные. Я знаю, он тоже тоскует. Что-то произошло. Знать бы еще что.
С Олей мы за эти дни, наоборот, сблизились. Она тоже заметила, что между нами с Кравцовым словно кошка черная пробежала, и так же, как и я, не понимала причину его поведения.
Мы с Олей несколько раз отправляемся в торговый центр за покупками, вместе по вечерам смотрим фильмы, даже в слежку за Даней отправляемся, подозревая, что у него могла появиться другая женщина. Но он, кроме офиса, никуда не ездит.
У меня остается только один вариант. Я прошу Олю поехать к кому-нибудь из друзей с ночевкой, сама же собираюсь организовать нам с Даней романтический вечер. Припру его к стенке. Никуда он от меня не денется.
Я расставляю по гостиной свечи, заказываю ужин в ресторане, нахожу нашу любимую комедию. Жду.
 
Волнуюсь, как никогда прежде. На мне новое платье свободного кроя, волосы распущены. Я стараюсь дышать глубоко, чтобы успокоить сильно бьющееся сердце, но получается с трудом. Ладони потеют от нервного напряжения, и я все поглядываю на время. Уже должен быть дома, ну где же ты?
Наконец-то в окно ударяет свет фар и слышится шум мотора. Я гашу в гостиной свет, в комнате воцаряется полумрак.