Воспоминания рыжего барда (СИ)

— Кион, ты загородить мне обзор, — послышался позади него шепот Райнира.
Рыжий бард осторожно сделал шаг в бок под угрожающее рычание волка, Райнир вскинул арбалет, выжидая, когда черный хищник окажется у него в поле зрения, но у волка были другие планы. Он резко прыгнул вперед. Кион рефлекторно поднял меч и на весь лес раздался короткий скулеж волка. Раненый хищник отпрыгнул в сторону, с его бока на землю капала кровь, но кажется, его это только больше разозлило. Волк оскалился еще сильнее, с его пасти закапала слюна и он зарычал. Хищник пригнулся для очередного прыжка и Кион затаил дыхание, понимая, что второй раз он может не успеть отбиться от него.
Мимо уха барда что-то пролетело, со свистом рассекая воздух, а через долю секунды в шее волка появилась стрела. Тот упал на землю, захрипел и задергался, Кион с ужасом наблюдал за ним. Стрела явно принадлежала Райниру. Насколько же убойнее был арбалет по сравнению с луком. От этой мысли бард вздрогнул.
— Кион, добей! — воскликнул позади него Райнир, вновь перезаряжая арбалет.
Его голос вывел барда из ступора и он занес меч над черным хищником. Кион одним движением прекратил страдания волка. Краем глаза он заметил, что Райнир уже выцеливал второго, которого пытались отогнать от лошадей Могдар с Ханэрой. Других хищников видно не было. Через несколько секунд стрела пронзила бок второго волка и тот, протяжно взвизгнув, скрылся в кустах. Ханэра погналась за ним, но Могдар ее остановил. Волк сильно ранен, вряд ли он в ближайшее время снова кинется на них. Девушка нехотя убрала кинжалы обратно в ножны на поясе. Могдар тоже спрятал оружие и они вдвоем обступили лошадей, пытаясь их успокоить. Повезло, что они не смогли порвать поводья и сбежать в лес.
Райнир шумно выдохнул, опуская арбалет. Он направился к остальным посмотреть, в чем дело. Кион дрожащими руками поднял с земли ножны, вложил в них меч, едва его не уронив при этом, а потом прикрепил ножны к поясу. Ну и пробуждение! Очень бодрое.
Когда бард подошел к остальным южанам, оказалось, что волк успел укусить одну лошадь за ногу. Ханэра успокаивала ее, поглаживая по морде и лошадка только фыркала в ответ. Райнир юркнул в повозку, а Могдар стоял с хмурым выражением на лице.
— Волки могут переносить бешенство? — спросил Кион. Никто ему не ответил, только Могдар перевел на него свой тяжелый взгляд.
С фургона вернулся Райнир. В руках он держал маленькую баночку и чистые тряпки. Молодой южанин открутил крышку, набрал с баночки какую-то густую и пахнущую травами субстанцию и принялся покрывать ею рану лошади, пока Ханэра продолжала успокаивать ее. Вторая лошадка спокойно стояла рядом и щипала травку, будто не было никакого нападения волков.
— Что это? — спросил Кион и подбородком указал на баночку в руках Райнира.
— Лечебная мазь, — ответил Могдар, — Она быстро снимет боль и затянет рану. Такой же мы обработали и твои раны, когда нашли тебя на обочине.
Кион кивнул. Теперь понятно, почему его тело так быстро восстановилось после стычки с Нико. А он-то думал, что все дело в свежем воздухе.
— Нам придется задержаться в лагере на некоторое время, — через минуту произнес Могдар, глядя на то, как Райнир перевязывает рану лошади тряпками, — А потом и вовсе передвигаться медленнее, чем обычно. Из-за этого мы станем легкой добычей для разбойников.
— Повезло же наткнуться на волков именно в этой местности, — выругалась Ханэра.
Из-за раненой лошади караван не сможет передвигаться со своей обычной скоростью, а значит, бандитам на дороге не составит труда окружить южан. Могдар повернулся к Киону и заглянул ему в глаза.
— Кажется, нам очень скоро снова пригодится твой меч.
ГЛАВА 11
В своем лагере караван проторчал целый день. Могдар дал добро ехать, только когда они убедились, что с ногой лошади все будет в порядке. И хотя лошадка даже не хромала благодаря мази, Могдар все равно вел повозку довольно медленно и аккуратно.
К вечеру следующего дня они устроили очередной привал. Ханэра отправилась ухаживать за лошадьми, а Райнир варил сытный ужин. Могдар ковырялся в повозке, а Кион просто терпеливо сидел у огня и ждал, когда уже можно будет поесть. Местность за день пути немного сменилась, деревья стали гуще и плохо проводили свет, а у основания их стволов стелился прозрачный туман.
 
— Такой туман будет становиться тем сильнее, чем дальше мы углубимся в болота, — вернулся к костру Могдар. Он присел на пенек рядом с огнем и протянул к нему руки, чтобы согреть, — Поэтому важно не сходить с дороги.
— Иногда тут бывать огоньки, — добавил Райнир, помешивая в котелке, — Говорят, они не один путник увести в болото и он там погибнуть.
— Жуть, — поежился Кион. Туман, казалось, отбирал все тепло, а теперь еще и жуткая история южанина добавила мурашек по коже, — И что, это правда? Вы сами-то их видели?
— И не один раз, — кивнул Могдар, — Не знаю, что это за огоньки, но были они довольно настойчивы.
— Тела жертв потом не находить, — добавил Райнир, — Наверное, они сгинуть в болота.
Кион снова поежился, накрывая плечи плащом. Будет очень неловко, если бард в итоге потонет в болоте после того, как сумел спастись от двух людоедок. Райнир принялся раскладывать еду по тарелкам и Могдар, получив на руки две порции, ушел к Ханэре, которая все это время провела в компании лошадок.
— В этих местах спать холодно, — Райнир передал миску с супом Киону и бард тут же принялся ее уплетать, а сам южанин присел рядом с ним у костра со своей порцией в руках, — Раньше мы здесь спать в повозка, но теперь нас больше.
Как объяснил Райнир, караванщики раньше на ночь укрывались в фургоне по двое, пока третий дежурил на улице, так как спать снаружи было холодно даже летом. Здешний туман забирал все тепло. Но сейчас их было четверо и втроем в фургоне они не поместятся.
— Кому-то придется спать на улице, — вздохнул Кион.
— Думаю, мы просто дежурить по двое, — не согласился с ним Райнир, — И на страже весело и потом спать долго, чем обычно.
Кион ничего не ответил, продолжая хлебать свой суп. В прошлый раз он едва не проспал нападение двух волков и сейчас не хотел бы снова заснуть на страже, чтобы потом проснуться в разоренном лагере. Так что сторожить лагерь по двое человек была не такая уж плохая идея. Главное, чтобы Киону не пришлось это делать с Ханэрой, а то ему придется больше наблюдать за ней, чем за лесом — на случай, если девушка по какой-то причине все же решит отрезать Лахме пальцы.
Вскоре к ним присоединились Могдар с Ханэрой. Они сообщили, что мазь помогла довольно быстро затянуть раны лошади, но пока она полностью не поправится, не стоило гнать вперед.
— Это значит, что мы станем легкой добычей, — добавил Могдар, отставляя свою пустую тарелку на землю.
— Любой, кто к нам сунется, будет убит на месте, — угрожающе прошептала Ханэра, но ее фразу услышали все.
— Ханэра, — Могдар хмуро посмотрел на нее и девушка поморщилась.
— Уверен, мы легко пройти болота, — постарался их приободрить Райнир, — Мы так идти не первый раз.
— А огоньки? — спросил Кион.
— Можно сказать, они помогают не сбиться с пути, — усмехнулся Могдар, — Главное, не сворачивать к ним, а двигаться так, чтобы впереди их видно не было. Тогда можно легко миновать болота.
Кион почесал в рыжих волосах. Значит, караванщики просто делали все наоборот и каждый раз удачно проходили эти места? А что, хитро. Чем бы ни были эти огоньки, но они явно не ожидали, что их используют в качестве указателей опасных зон. И раз южанам этот трюк удался уже не один раз, это значило, что хоть каким-то мало-мальским интеллектом огоньки не обладали. Кион зевнул и глянул в небо. В таком случае, им дико повезло.
— Сегодня дежурим по двое, — произнес Могдар, — Сначала я и Кион, потом Райнир и Ханэра.
— Я думал, ты распределишь нас по оружию, — удивился бард.
— Я и распределяю, — ответил Могдар, — Ханэра с Райниром вдвоем неплохо ведут бой. Что от тебя ожидать, мы пока не знаем, так что будешь стоять на страже первое время со мной.