Воспоминания рыжего барда (СИ)

— А что можно ожидать от обычного мечника? — не понял Кион, — Махаю мечом, как все.
— Даже если бы мы учились у одного мастера, мы с тобой все равно пользовались бы мечом по-разному, — не согласился мужчина, — Пока я не знаю, какой у тебя стиль и что ты больше предпочитаешь — атаку или защиту, будет разумнее мне с тобой сидеть на страже.
Кион кивнул и замолчал. Главное, что не Ханэра. Хотя сам бард предпочел бы остаться с Райниром — молодому южанину, кажется, нравились истории Киона и сам бард с удовольствием бы их рассказывал, пока они вдвоем сидели бы у костра.
Вскоре Могдар отправил в фургон Райнира и Ханэру, а они с Кионом остались у огня. Рыжий бард замотался в свой плащ и поближе сел к костру. Могдар сидел на пеньке, руками он оперся о рукоять меча, который воткнул в землю. Мужчина смотрел в огонь и думал о чем-то своем. Костер отражался на лезвии его меча и отсветы падали на землю. Глядя на своего спутника, Киону в голову пришла любопытная мысль. Раз южане говорят на двух языках — своем и языке этого королевства — то на каком языке они думают? Кион поерзал на месте от любопытства. Он хотел было спросить об этом у Могдара, но заметил его хмурый взгляд, устремленный в огонь. Кион решил пока промолчать и спросить об этом у Райнира утром, когда представится такая возможность. Потом бард вспомнил, что Райнир не очень хорошо говорит на его языке и решил обратиться к Ханэре. Перед лицом Киона тут же всплыли ее язвительные глаза и бард вовсе передумал спрашивать об этом. Он просто предположил, что думают южане тоже на двух языках, хотя не был в этом до конца уверен. Кион знал только один язык и понятия не имел, каково это — говорить и думать на другом, чужом языке.
Время тянулось медленно и пару раз Кион проваливался в сон, но тут же просыпался, чувствуя холодный туман под кожей. Могдар никак не отреагировал на то, что бард засыпал на страже. Южанин выглядел совершенно бодрым и Кион даже подивился тому, как ему это удается.
Постепенно их время охранять лагерь вышло. Могдар разбудил остальных, дождался, когда Райнир с Ханэрой займут места у огня, а сам с Кионом вернулся в фургон. Он бросил барду одно из одеял, вторым накрылся сам, положив под голову подушку, а уже совсем скоро задремал. Кион не стал от него отставать и сделал то же самое, чувствуя, как приятное тепло согревает кожу после холодной ночи.
Утром они позавтракали, накормили лошадей, потушили костер и отправились дальше в путь. Сегодня с Могдаром сидел Кион, Ханэра с Райниром дремали внутри фургона. Несмотря на то, что проснулись они все рано, бард чувствовал себя выспавшимся и отдохнувшим. Видимо, мягкие подушечки в фургоне сделали свое дело прошлой ночью. Он не спал на земле и это было уже хоть какое-то достижение.
Где-то в кронах деревьев каркала ворона, но потом она упорхнула куда-то вглубь леса. Могдар уверенно управлял лошадьми, однако старался не слишком набирать скорость. Кион осматривался по сторонам, но все, что он видел, это лес и туман. Бард знал, что с каждой секундой они въезжали все дальше в болота и надеялся, что туман не загустеет настолько, чтобы полностью скрыть дорогу впереди, которую даже сейчас было плохо видно.
Они провели примерно полдня в пути, когда внезапно где-то справа от себя Кион заметил огонек в тумане. Он двигался неравномерно и дрожал. Потом к нему присоединился второй такой, затем еще один.
— Могдар, — позвал Кион и указал рукой в сторону, — Огоньки!
— Странные они какие-то, — нахмурился мужчина, вглядываясь в ту сторону.
— Почему странные? — спросил Кион и обернулся к своему собеседнику. Он заметил за его спиной в лесу, покрытом туманом, такие же огни и указал рукой уже туда, — Там они тоже есть.
Могдар обернулся и снова нахмурился. Он приостановил повозку, усиленно пытаясь рассмотреть через туман эти пляшущие огни. Дверца фургона распахнулась и оттуда показалась Ханэра.
— Почему остановились? Привал? — спросила девушка.
— Глянь туда, — Могдар рукой указал на огни.
Ханэра проследила за его взглядом и тоже нахмурилась. Девушка выскочила из фургона, обнажая кинжалы. За ее спиной показался Райнир.
 
— Да что не так-то? — не выдержал Кион.
— Огоньки на болото другие, — ответил Райнир. Он взял свой арбалет и тоже покинул повозку.
Огоньки плясали довольно далеко от них и в тумане невозможно было понять, что это. Райнир вскинул арбалет и наугад выпустил стрелу, но она попала в дерево, судя по звуку. Огонек вздрогнул и на секунду припал к земле. Ханэра все еще сжимала в руках кинжалы и вглядывалась в туман в надежде разглядеть, что в нем притаилось. Где-то в лесу хрустнула ветка как раз там, куда переместился один из огоньков.
— Райнир, Ханэра! Назад в повозку! — скомандовал Могдар, держа вожжи наготове.
Южане бросились назад, но неожиданно что-то рассекло воздух и Райнир упал на землю. Его арбалет выскочил из рук, пролетел по земле вперед и ударился о колесо фургона. В спине молодого южанина торчали несколько стрел с ярким оперением.
— Райнир! — воскликнула Ханэра и резко обернулась. Девушка глазами высматривала врагов в тумане, но белая мгла предательски затмевала все вокруг.
— Так и знал! — Могдар спрыгнул на землю, обнажая меч, Кион последовал за ним, — Это были факелы, а не огоньки.
— Они убили Райнира, — воскликнула Ханэра и повернулась к туману, — Выходите, трусы! Или боитесь, что девчонка побьет вас?
Кион склонился над Райниром. Молодой южанин не дышал, только взглядом уставился в одну точку. Бард поджал губы. А вот и разбойники, о которых предупреждали южане. А Кион так надеялся пройти болота без приключений. Он покачал головой и только одна ворона, сидевшая на ветках деревьев, коротко каркнула в ответ.
Насмешка Ханэры сработала и из леса вышли несколько людей. Почти все из них держали оружие в руках, а двое шли с факелами. Кион резко вскочил на ноги и обнажил меч. Могдар с Ханэрой неотрывно следили за незнакомцами, но все знали, к чему это приведет.
— Вы убили Райнира! — воскликнула Ханэра и указала кинжалом на одного из мужчин. Тот носил красные одежды, словно вообще не опасался того, что в лесу в таком виде он будет отличной мишенью.
— А вы убили одного из наших, — в ответ «красный» посмотрел на Ханэру.
— Я думал, стрела вонзилась в дерево, — пораженно прошептал Кион. Он вспомнил, что Райнир выпустил одну стрелу наугад, но по звуку было похоже, будто она оказалась в дереве.
— Она попала в одного из моих людей, — сплюнул «красный». Судя по всему, он был лидером этой группы, — Око за око.
Ханэра высоко занесла кинжал и сделала один шаг навстречу разбойников, но их атаман ее остановил.
— Ты не успеешь даже приблизиться ко мне, девка. Мои парни изрешетят тебя стрелами.
Словно в подтверждение его слов у ног Ханэры несколько стрел вонзились в землю. Судя по их расположению, караван наглухо окружили. Южанам и барду некуда было бежать. Да и опасно это было, кругом находились гиблые болота. Ворона снова каркнула, продолжая наблюдать за людьми со своей высоты.
— Нам нужен только лотос, — произнес «красный». Он единственный из всех стоял без оружия в руках, хотя на поясе у него покачивался обычного вида меч.
— А-а, ясно, — протянул Могдар. Он ни на секунду не опустил свой клинок, продолжая указывать им в сторону бандитов, — Мы не контрабандисты.
— Мне плевать, возите вы запрещенку или нет, — снова сплюнул атаман, — Мне нужен только лунный лотос.
— Могдар уже сказал, что мы не контрабандисты, — вмешалась Ханэра, — Это значит, что у нас нет лотоса, идиотина!
Атаман перевел яростный взгляд на нее. Ханэра уставилась в ответ и Кион только сильнее сжал свой меч. Из-за нее их всех убьют!
— Помолчала бы, девка, пока мужики разговаривают, — прищурился «красный».
— Хоть весь фургон обыщите, не найдете ничего, — с вызовом глянула на него Ханэра.
Атаман прищурился, вернул ей ее взгляд, сплюнул на землю в очередной раз и криво усмехнулся. Могдар перенес вес на другую ногу, хватаясь за меч уже двумя руками. Ханэра тоже встала в боевую стойку, готовая в любую секунду прыгнуть вперед и достать «красного» своими кинжалами. Кион же сделал шаг назад к повозке. Этой секундной перемены в его спутниках ему хватило, чтобы понять, какая бойня сейчас начнется.