Воспоминания рыжего барда (СИ)

— Твоя очередь.
— Ты о чем? — не понял бард.
— Посуду иди мой, — засмеялась Ханэра, — Ты теперь один из нас, так что это твое первое боевое крещение.
— Боевое, — поморщился Кион. Ему до жути не хотелось мыть все эти тарелки, да еще и котелок в придачу.
— Еще как боевое, — продолжала хохотать Ханэра, — Ты ведь идешь истреблять грязь с посуды.
Кион поджал губы и понял, что ему придется заняться ужасно нелюбимым делом. Бард поднялся, подхватил котелок у костра и поплелся в сторону шума реки, всем своим видом показывая, что он абсолютно не в восторге.
— И не сачкуй там, Лахма! — крикнула ему вдогонку Ханэра, — Чтоб все тарелки были чистые, а то утром проснешься без пальцев.
Кион на секунду остановился и вздрогнул, но потом продолжил идти, как ни в чем не бывало. Вряд ли Ханэра отрежет ему пальцы только из-за плохо вымытой посуды, но лучше было ее не раздражать лишний раз. Кион уже даже думать забыл, чтобы как-то попытаться очаровать девушку своими рифмами. Скорее всего, она просто воткнет ему в бок один из своих кинжалов, если бард попробует это провернуть. А то и оба кинжала сразу.
Возле реки было темно, но Кион все равно усердно оттирал тарелки от остатков еды. В ушах до сих пор звенела грозная угроза Ханэры и бард даже начал представлять свою жизнь без пальцев. Воображение не нарисовало ничего хорошего и Кион принялся усерднее отмывать посуду. Вода громко плескалась от его действий, из-за чего бард не сразу услышал карканье вороны где-то неподалеку. Но когда он поднял голову, то ничего не смог разобрать в этой темноте. Кион пожал плечами, домыл оставшиеся тарелки и вернулся в лагерь. Ханэра придирчиво их осмотрела, но потом довольно хмыкнула.
— Молодец, Лахма, для первого раза неплохо.
Девушка скрылась в фургоне, а Райнир указал барду на соседнюю с собой лежанку, которую он расстелил, пока Кион ходил к реке.
— Ложи спать, — сказал молодой южанин и сам же последовал своему совету.
Кион обошел сидящего у костра Могдара и присел на лежанку.
— Лучше отдохни, — произнес мужчина, — Я первым постою на страже, потом Райнир. Он тебя разбудит, как настанет твоя очередь.
Кион кивнул и растянулся на своем месте. Ему даже в голову не приходило, что все это время южане по-очереди дежурили всю ночь. Поскольку Кион не был частью их каравана, они не утруждали его своими делами и бард спокойно спал все ночи напролет. Похоже, теперь это прекрасное время подошло к концу. Кион даже пожалел, что согласился стать частью их каравана. Он мог бы и дальше с ними путешествовать и при этом не дежурить по ночам у костра. Бард зевнул, накрылся сверху своим потрепанным плащом и провалился в сон.
Ближе к рассвету его разбудил Райнир, а сам растянулся на своей лежанке, закрыл глаза и тут же уснул. Могдар дремал рядом с ним. Кион протер свои сонные глаза и сел поближе к костру, который совсем не угас. Видимо, Могдар, а потом и Райнир постоянно приглядывали за ним. Кион решил от них не отставать и тоже поворошил огонь длинной веткой. Костер им еще пригодится, когда южане начнут утром готовить завтрак. Кион задумался на секунду. Интересно, его они тоже попросят однажды что-то приготовить? Хотя вряд ли, бард вообще не умел это делать. И для блага самих южан было бы лучше, если бы они не пробовали его готовку, если не хотели бы отравиться.
Кион, зевая, уставился в костер, который так уютно потрескивал перед ним. Барду все еще хотелось спать и он несколько раз быстро поморгал, с трудом разлепляя сонные веки. Вокруг стояла тишина, только где-то наверху на деревьях тихо шелестели листья. Кион посмотрел на спящих Могдара и Райнира и сильно позавидовал тому, что они спят. Сам бард был бы не против сейчас присоединиться к ним в царстве снов.
Кион поудобнее растекся на старом бревне, рядом с которым они развели костер. Бард еще раз прислушался к окружению, убедился, что вокруг совсем тихо, даже птички не поют и решил, что несколько часов сна никому плохо не сделают, а сам он хоть немного выспится. Кион укрылся сверху своим плащом, чтобы не замерзнуть, пошевелился немного, принимая удобное положение и практически мгновенно уснул. Перед тем, как провалиться в сон, Кион подумал, что было бы неплохо проснуться заранее, до того, как проснутся остальные. Тогда все решат, что свою очередь на страже он отстоял полностью, а сам Кион, естественно, ничего не скажет о том, что на самом деле он все проспал.
 
Ему снилось, что Нико гналась за ним. По какой-то причине она не использовала паутину, вместо этого преследовала Киона, словно обычный хищник. В какой-то момент ведьма подобралась совсем близко и обнажила свои белые ровные клыки, намереваясь укусить Киона. Она громко зарычала и бард резко проснулся. Рычание продолжилось и до Киона дошло, что оно не было частью сна.
Бард резко вскочил на ноги, озираясь по сторонам. Костер потихоньку угасал, Могдар и Райнир спокойно спали, а вот лошади отчаянно фыркали у повозки, в которой ночевала Ханэра. Судя по по отсвету на горизонте, бард проспал не так уж долго.
Снова раздалось низкое угрожающее рычание, на этот раз оно было ближе. Кион потянулся к мечу, но на поясе ничего не оказалось. Рыжий бард выругался и вспомнил, что его оружие все еще лежало в фургоне. Лошади заржали уже сильнее и Кион обернулся на своих спутников.
— Могдар, Райнир! Подъем! — воскликнул он.
Те как по команде вскочили с места. Могдар сразу обнажил свой клинок, а Райнир бросился к фургону. Оба выглядели сонными и поначалу их движения были немного замедленны. Райнир скрылся в фургоне, что-то на ходу выкрикивая Ханэре, а Могдар повернулся к Киону.
— Что случилось-то? — спросил мужчина, возвращаясь постепенно в реальность.
— Я услышал рычание, — отозвался бард, при этом его глаза шарили между деревьями, — Грозное рычание.
— Волки, — невесело произнес Могдар и сильнее стиснул рукоять меча.
— Волки? — переспросил Кион и его голос едва не перешел на визг. Волков ему еще не хватало! Кион с ними ни разу не сталкивался.
Из повозки выскочили Ханэра с Райниром. Девушка выхватила свои кинжалы, озираясь по сторонам, а Райнир направился быстрым шагом в сторону Киона. В руках молодой южанин держал меч барда и еще одно странное приспособление. Оно было похоже на маленький лук, который приладили к перекладине с рычагом. Кион не видел подобного оружия ни разу, но предположил, что это и есть арбалет. Могдар как-то упоминал, что арбалеты — едва ли не новое изобретение с соседней страны и они только-только начинали входить в обиход. Хотя вон Райнир довольно уверенно вложил в него толстую стрелу и вскинул оружие, после того, как отдал меч Киону.
— Где они? Далеко? — подбежала к ним Ханэра. В глазах девушки явно плескались нетерпеливые искорки, Кион даже отшатнулся от нее.
— Пока только рычат, но явно они нас почуяли, — ответил Могдар.
Где-то справа от них в деревьях раздалось очередное рычание и Райнир резко прицелился туда, но волк не показался. Могдар пояснил Киону, что эти хищники могут кружить вокруг лагеря еще некоторое время, пока не найдут идеальный момент для нападения.
— А ты молодец, Лахма, — между делом похвалила барда Ханэра, — Я думала, ты проспишь свой караул.
Кион прикусил губу и ничего не ответил. По сути, именно это он и сделал. И если бы не жуткий сон с ведьмой, быть может, он бы проспал все нападение волков и потом было бы уже поздно.
Снова раздалось рычание и Кион вытащил свой меч из ножен, а их пока бросил на землю. На секунду все стихло. Южане озирались по сторонам, стараясь увидеть окружившую их стаю, но только тени мелькали за деревьями. Внезапно Могдар вытянул вперед пустую руку, указывая на что-то.
— Лошади!
Раздалось дикое ржание и лошадки встали на дыбы. Кион повернулся в ту сторону и увидел огромного черного волка, пытающегося дотянуться до ноги лошади. Ханэра с Могдаром бросились в ту сторону, а Кион остался с Райниром, который пытался прицелиться в водка, но тот постоянно двигался. Из леса выскочил второй и едва не укусил молодого южанина за ногу, но Кион вовремя успел оттолкнуть Райнира. При этом арбалет издал громкий щелчок и стрела улетела куда-то за деревья. Южанин быстро достал вторую из колчана, привязанного к его бедру. Райнир начал перезаряжать арбалет, а Кион схватился за меч двумя руками, не сводя глаз с рычащего волка, который также не сводил блестящих глаз с южанина и барда. Где-то позади него заржали лошади и выругалась Ханэра, но волк только на секунду повел ухом, не ослабляя бдительности. Кион стоял неподвижно, не совсем понимая, что делать в такой ситуации. С волками он сталкивался впервые и совсем не знал, чего от них ожидать.