Кто ты, Такидзиро Решетников Том 7 (СИ)

— Что за фокусы⁈ — Огихара не придумал ничего лучшего, чем попытаться скомпенсировать растерянность наигранным возмущением.
— Скажите, что я не прав, — предложил Решетников. — Я мгновенно извинюсь перед вами и вы с Хаяси-сама начнёте свой разговор с чистого листа, заново.
Дед Хоноки стремительно для своего возраста поднялся из кресла, сделал пару шагов и навис над ровесником:
  
— Это правда? Скажи, что мы ошибаемся. — Даже на ты перешёл, благо, возраст и положение позволяли.
Взгляд стального магната вильнул в сторону, упёрся в пол, лицо чуть покраснело.
— Красноречиво, — констатировала Хьюга, затем пробормотала тише. — Кто б мог подумать: вопросы такого масштаба — и в моём скромном бассейне.
Патриарх вернулся на своё место:
— Огихара-сан, мне отвечать по порядку? На те пункты, что уже озвучены? Или вы хотите что-то уточнить перед тем, как я начну?
— Начинайте по порядку, — справившись с собой, предложил промышленник. — Только сперва я задам вашему человеку вопрос. При вас, не сходя с места.
— Извольте. Ты же не против, Такидзиро-кун?
— Да бога ради. Внимательно слушаю.
— Что для вас Япония, Решетников-сан? Чем лично для вас является наша страна?
— Кажется, вы тоже угадали, Хаяси-сама, — буркнул Такидзиро в сторону. — Насчёт прихода и по мою душу в том числе.
* * *
— Что для вас Япония, Решетников-сан? — настойчиво повторяет металлург то ли действительно номер один, то ли к этому пункту весьма близкий.
Честно говоря, проблемы, которые волнуют меня в первую очередь, настолько далеки от большой политики и глобального мироустройства, насколько они могут быть далеки — прямо сейчас мне ну очень нужно поговорить с моей адвокатом. Тема сложной беседы назрела не сегодня, но как-то не складывался подходящий момент. То одно, то другое, то что-то более срочное третье.
Потом может стать банально поздно.
Лицо и глаза Моэко, старательно гребущей в бассейне, красноречиво сигнализируют, что у меня есть более важные дела, чем бессмысленные интервью.
— Огихара-сан, мне безмерно льстит ваш интерес к моей более чем скромной персоне, — бормочу. — Предвосхищая следующие вопросы: Принцессе я дал чёткий и однозначный ответ. Не знаю, откуда у вас информация, но мы с Ней вращались и всегда будем вращаться по непересекающимся орбитам. Решение окончательное, пересмотру не подлежит.
А у них неплохая аналитика в металлургии, как и оперативные возможности. Понятно, что три плюс два он связал благодаря одной интересной встрече в полицейском участке. Другое дело, чтобы сделать выводы, о той встрече нужно было узнать.
— Вы уверены? — стальной магнат сверлит мне висок взглядом с короткой дистанции.
— Более чем, — отмахиваюсь. — Не сочтите за браваду или нахальство, но у неё не было ничего такого, что могло бы быть интересным мне.
— Хм, — глаза Юто Хаяси вспыхивают любопытством, хотя тему мы давно обсудили. — Немногие на твоём месте, Такидзиро-кун, осмелятся на подобное высказывание.
— Я ж в кругу своих, — пожимаю плечами. — Опять же, мы пообещали друг другу, что ничего из этого разговора наружу не выйдет.
— Очень хочется вам верить, — изрекает Огихара веско. — Но я намного старше вас. Мой опыт говорит, что так не бывает.
— Вы не в курсе моей биографии. До вашего возраста мне, конечно, изрядно, но я тоже далеко не мальчик. После одного интересного контракта в министерстве обороны у меня напрочь отсохло желание делать свою жизнь интересной, — глумливо ухмыльнуться в этом месте, что ли.
— Почему? — ровесник Хаяси Юто продолжает настаивать. — Людям вашего уровня даже встреча такого ранга выпадает раз в жизни, и то не всем. Наверняка ведь…
— Извините, — перебиваю, поскольку пора ускоряться. — Вы топчетесь на месте, шли сюда не ко мне.
— Пользуюсь случаем, — не скрывает магнат. — Да, договариваться я сюда ехал с другим человеком, — уважительный поклон деду финансистки, — но раз уж застал и вас, глупо не прояснить сразу всё. Согласны?
— Какая у меня мечта? По-вашему? — поворачиваюсь, чтобы моя физиономия была видна лучше, как и мимика.
Огихара теряется.
— Три миллиона долларов США, точка, — отвечаю на собственный вопрос, глядя в глаза. — Затем — бурная и активная личная жизнь, в таком порядке. Учитывая, что мне к сорока уже ближе, чем тридцати, последний пункт грозится забрать абсолютно всё моё свободное время. Десятка на два лет точно, если не больше.
— Да ну?
— Ну да. Вот по истечении данного срока я б Принцессу выслушал, подчеркну, лишь выслушал бы. А сегодня она явилась слишком рано, — развожу руками. — На четверть века раньше, чем я б ей назначил. Если бы она потрудилась поинтересоваться моим мнением перед тем, как.
— Он говорит правду, — ровно подтверждает Хаяси-старший, который в силу возраста и жизненного кругозора тоже весьма пристойно разбирается в людях.
Особенно в тех, с кем знаком лично и неплохо. Как в случае со мной.
— Мальчика действительно побросало, — продолжает дед Хоноки. — И увидел он местами побольше нашего с вами, Огихара-сан, хотя мы и в более преклонном возрасте. Такидзиро-кун — реально молодой старик, ему действительно целые пласты сфер неинтересны в нашем несовершенном мире.
— Огихара-сан, разрешите напомнить, что вы сюда шли совсем другому человеку, — намекаю ещё раз. — Задайте, пожалуйста, мне ваш тот самый вопрос, без которого может не сложиться общения с Хаяси-сама? Я на него отвечу да и пойду с богом, а вы продолжите без меня.
— Кто вы, Решетников-сан? Почему вокруг вас не утихает вся эта возня не только серьёзных людей, а и серьёзных организаций?
Ух ты. Всё-таки напрягся и сформулировал.
— Вы правы, — кивает промышленник, — я шёл не к вам. Но упускать из виду такую мутную фигуру в назревающих раскладах тоже не собираюсь. Просто ответьте, кто вы?
Сбоку хмыкает Хину, но ничего не говорит.
Если принять во внимание её обычное амплуа и демонстративную сдержанность, жест является эквивалентом бурного взрыва эмоций в её исполнении. Положительных по большей части, но тем не менее.
— Выпускник Особого учебного центра Министерства обороны, — почему бы и не ответить. — Деталей от меня не будет — есть обязательства неразглашения. Но вы наверняка можете и сами провентилировать после этой подсказки, возможности ведь позволяют?
— Да. Я не знал этой детали, но теперь понимаю, где спрашивать. — Металлист уходит в себя.
— После своей достаточно спорной отставки я старательно пытался забыть армию и начать простую жизнь обычного человека. Этим занимаюсь и сейчас. Всё. Больше мне вам добавить нечего.
Кажется, это не то, что ночной визитёр ожидал услышать. С другой стороны, чистая правда всегда впечатляет, если стыкуется полностью с реальной внутренней мотивацией конкретной персоны.
— Неожиданно, — признаёт Огихара после некоторой паузы. — Самый последний вопрос: я не ослышался? Начать простую жизнь обычного человека? Почему? Никто ведь к этому не стремится! Вам лет-то сколько!
— Почему: потому, что я этого заслужил, — молчу ещё пару секунд, давая словам достучаться до чужого разума. — И мечтал о ней долгие годы, когда приключений хватало с избытком. Те, кто к жизни обычного человека не стремится, просто чего-то не добрали в молодости — эмоций, впечатлений, опыта, событий.
— Хм.
— Угу. А у меня этого всего было с избытком, в отличие от нормальной жизни — её по большому счёту и не было. НЕ ДЛЯ ПЕЧАТИ, — чуть повышаю голос, поскольку собеседник открывает рот, чтобы что-то сказать. — МЫ ДОГОВОРИЛИСЬ. Этот разговор останется в бассейне, у вас тоже есть обязательства.
— Справки в Министерстве обороны я наведу, — стальной магнат испытующе смотрит мне в переносицу.
— Без проблем.
Последняя ремарка его убеждает.
— Благодарю, что ответили, — он приподнимается в жесте вежливости.
— Пойду нырну? — обращаюсь к Хаяси Юто. — Буду с адвокатом на этой дорожке.