Кто ты, Такидзиро Решетников Том 7 (СИ)

— В наши с вами годы многое уже недоступно, — учредитель Йокогамы всё же раскрыл глаза и аккуратно указал на фигуристую Миёси Моэко, наяривающую по дорожке какое-то упражнение одними ногами, вытянувшуюся на водной поверхности и красноречиво демонстрирующую как передний фасад (она плыла им навстречу), так и задний (потому что спиной вверх). — Однако в текущем преклонном возрасте есть несомненный плюс, Огихара-сан: такие как мы видят большинство собеседников насквозь ещё на старте любых переговоров, хе-хе. Согласны?
  
Ну давай, возрази. Начнёшь отрицать — уступишь мне плацдарм.
— Позволю себе не ответить прямо, — скруглил углы визитёр. — Я могу в таком случае хотя бы попросить ВАШЕГО ЛИЧНОГО СЛОВА, что ничего из нашей беседы не утечёт ни в каком направлении? Можете поручиться за остальных?
— Так меня ещё не оскорбляли, — равнодушно констатировала Хину. — Причём на моей же территории. Вы в курсе, с кем сейчас разговариваете и где находитесь, Огихара-сан? Мне стоит напомнить вам о правилах приличия в чужом доме? Или сразу на двери указать, умеете читать между строк?
Девочка в своём амплуа, хмыкнул про себя Юто.
— А я не о вас, Хьюга-сан, — ночной визитёр, похоже, нервничал оттого, что не смог навязать свои правила и вынужденно подчинился чужим. — О вас я бы ещё многократно подумал, что сказать! В хорошем смысле этого слова! — поэтому сбился с тона и затеял то, что бывший военный Решетников назвал бы неподготовленным наступлением.
— Он обо мне, — Такидзиро-кун помахал в воздухе ладонью.
Светловолосый сидел у стены и, как сейчас заметил Юто, тоже не раскрывал пока глаз.
  
Глава 11
 
— Я здесь — самая тёмная лошадка, потому что деклассированный элемент, — продолжил стажёр. — В глазах нашего уважаемого собеседника. Огихара-сан — представитель ортодоксального политического направления и кое-какие свои впечатления обо мне он составил заочно, опираясь лишь на мои крайне скромные анкетные данные.
Хаяси-старший оживился, хотя внешне не показал: логист технично дал понять им с Хину, что намерения импровизированного парламентера уже считал полностью.
Понять бы, каким способом.
Сам же посетитель предсказуемо не сориентировался — чтобы понять недосказанное, надо знать Такидзиро-куна лично. Ну и иметь опыт общения с ним, причём не формальный.
— Я был бы вам очень благодарен, если бы вы не комментировали мою позицию при мне в третьем лице, не будучи с ней знакомым! — В голосе стального магната звякнул металл. — Хаяси-сан, вот именно поэтому я и предлагал говорить наедине! Хотя бы для того, чтоб делать это спокойно!
— А я спокоен, — хихикнул Юто. — И вам желаю того же. Просто атмосфера здесь эдакая, располагающая к не пропитанному официозом формату. Переходите уже к делу, а?
* * *
Огихара не понравился ей с первого взгляда. Хину, конечно, не претендовала на то, что видит незнакомого человека насквозь (как кое-кто из присутствующих), но лицо ночного посетителя было красноречивым даже для неё — смесь претенциозности и апломба, столь характерных для представителей старых фамилий. Учитывая, что стальной магнат был возраста деда, его гонор опирался ещё и на эдакое снисхождение старшего к младшим (пф-ф, какая гадость).
С её точки зрения — ни на чём не основанный перебор, беспочвенно завышенная самооценка и целый комплекс патологических психозащит, если сказать языком плескающейся в бассейне Моэко. Или кузины Йоко.
Впрочем, Хину в силу личных правил никогда не позволяла себе поддаться первому отрицательному впечатлению — своё мнение она до поры держала в узде, окончательное решение о человеке принимая исключительно по его поступкам.
— Переходите уже к делу, а? — Хаяси Юто в силу возрастного паритета мог себе позволить менее формальный тон в отношении хоть Огихара, хоть даже каких-нибудь Фудзивара, случись последование здесь.
Пожалуй, патриарх и членам императорской фамилии мог бы предложить держаться ближе к теме, подумала пловчиха. С него станется. В отношениях со своими дед Хоноки был подчёркнуто корректен, но он бы никогда не добился в жизни того, чего добился, если бы не умел стоять на своём.
Владелец массажного абонемента номер восемь задумчиво уставился в воду бассейна, по виду собираясь с мыслями.
— Такидзиро-кун, не поможешь старикам? — Хаяси-старший находился на своей территории, ощущал себя хозяином, оттого в переговорах непринуждённо исполнял роль сильной стороны. — Я готов спорить, что визит Огихары-сан прямо или косвенно связан с твоей персоной. Так сказать, по твою душу явились, хе-хе.
— Чем нам может помочь этот человек? — невозмутимо поинтересовался промышленник. — И с чего моему приходу иметь отношение к нему? Кстати, нас с ним так и не представили.
Завуалированный намёк на разные социальные уровни логиста нисколько не задел.
— Решетников Такидзиро, — кое-кто качнул головой из положения сидя. — Хаяси-сама, пожалуй, что и помогу. Не знаю только, с чего начать.
Гость заинтересованного завертелся, переводя взгляд со светловолосого на учредителя Йокогамы.
— С его цели, — уверенно кивнул патриарх. — Я далёк от мысли, что глава национального металлургического монополиста по ночам гуляет просто так, особенно по бассейнам на верхних этажах корпоративных небоскрёбов. Чего хочет наш гость, твоё мнение? Как говорят в иных местах, какова цель его визита?
— Целей изначально три. Первая: прощупать ваше настоящее отношение к стратегической затее Принцессы Акисино. Вы понимаете, о чём я. Вторая: в зависимости от вашей позиции по первому пункту, наметить пути сближения — если таковые возможны. Либо убедить вас встать на его сторону, если энтузиазма кое-каких членов Семьи Микадо вы не разделяете.
Лицо промышленника вытянулось, глаза удивлённо распахнулись.
— Третье: Огихара-сан имеет прямое отношение к организации, малоизвестной широкой публике. В силу личных связей с JETRO¹ он хочет собрать максимум информации о намечающейся битве между различными государственными ведомствами на нашей территории, — без паузы продолжил Такидзиро, не глядя на гостя. — У нас в небоскрёбе как раз оно и началось — благодаря манифестациям Янагида. Мне кажется, круги по воде понеслись быстрее, чем многие думают.
— Зачем ему информация о полицейских скандалах? — стремительно среагировал Хаяси, не скрывая удивления. — Ладно, первая пара пунктов. Предсказуемо, ожидаемо. Но что нашему гостю до, м-м-м, заурядных бытовых проблем простых людей⁈
— В мутной воде рыбу ловить легче. Я не до конца представляю горизонты связей на его уровне — говорят, интересы старых фамилий с моей высоты по определению не видны — но, мне кажется, он хочет держать руку на пульсе любых возможных политических изменений. Даже намёков на них.
— Например?
— У меня нет доказательств, только личное мнение, — Решетников, не открывая глаз, вздохнул.
— Будь добр, озвучь, Такидзиро-кун.
— Он и его окружение всерьёз учитывают возможность того, что Принцесса в каком-то виде реставрирует монархию. Если у неё ничего не получится — хорошо, думают они. Если же что-то из затеи выйдет, по проторенной Ею дороге они захотят усадить в кресло номер один своего человека. — Логист зевнул. — Так сложилось исторически, что наш небоскрёб в центре напряжения, по крайней мере, сейчас. Это его мысли, не мой комментарий.
— Продолжай.
— Неподконтрольного топам буржуазии Монарха древние рода́, являющиеся политической элитой Японии не одну сотню лет, допускать не хотели бы — если власть Императора подрастёт. В принципе, Огихара-сан про себя считает начинание молодой Акисино пробным шаром: срастётся — пускай. Её всегда можно будет заменить на более лояльного, об инструментах и методах замены сейчас не будем.
— Конкретно наш гость не только из политической элиты, из финансовой — тоже, — уточнила Хину. — Одно с другим совпадает не всегда, взять хоть и тех же упомянутых тобой Фудзивара. Но в данном случае совпало: род Огихара — из старого списка фамилий, но с вполне современными объёмами денег. С более чем отраслевого масштаба финансами, учитывая нашу национальную любовь к большим диверсифицированным холдингам.