Кто ты, Такидзиро Решетников Том 7 (СИ)

— Валяй, — за патриарха рукой машет Хину. — Я тебя тут подменю, не переживай.
Если я хоть чуть-чуть понимаю в раскладах, гость сейчас будет штурмовать бастионы, существующие только в его воображении, а в реальности отсутствующие: он действительно считает, что Хаяси-старший воспользовался моментом и затеял какую-то собственную игру. Поскольку дед Хоноки — самый старший из нас, других кандидатур на роль тайного паука в центре загадочной паутины Огихара не видит.
  
И ведь ему не докажешь, что нашему своеобразному коллективу по большому счёту плевать и на политику, и на амбициозные планы власть предержащих, и даже на Йокогаму. До известной степени и в известном смысле.
Надеюсь, Хаяси Юто справится с непростой задачей — успокоить возбудившегося параноика. Огихара Шо, сидящий сейчас в пластиковом кресле Атлетики, напряжённо ищет тройные скрытые смыслы, искренне хочет поучаствовать в чём-то политически грандиозном и не понимает, что кого-то вся эта суета может в принципе не интересовать.
Судя по патетическому подкату «Что для вас Япония⁈», текущие депутаты и парламентские фракции, ведущие с ним дела, его уже не устраивают — личные амбиции на склоне лет у него выросли, а его бизнес дошёл до точки, когда так хочется расшириться за национальные границы.
И плевать, что за их пределами всё давно устоялось и есть свои герои, которые не он. И которым он на своей территории не сильно интересен.
* * *
ПРИМЕЧАНИЕ
Было в тексте, но на всякий случай.
¹ Японский научно-технологический информационный центр (Japan External Trade Organization; сокр. JETRO).
Центр осуществляет промышленный шпионаж, научно-техническую ии экономическую разведку. Собранную информацию Центр предоставляет японским компаниям.
  
Глава 12
 
— Что думаешь о визите Огихары? — Моэко слышала большую часть разговора, когда плескалась у бортика — расстояние позволяло.
Также, она видела, как Такидзиро усердно сворачивает общение с обоими патриархами для того, чтобы побыстрее оказаться рядом с ней.
— Мелочи жизни, — товарищ спрыгнул в воду солдатиком и вынырнул в полуметре. — Обычная суета, характерная для любых предвыборных тёрок. Наша Ишикава-сан своими претензиями на верховную власть всколыхнула изрядные пласты, м-м-м, воды, — он почему-то использовал гражданское имя Принцессы. — Вот все и забегали. Какое-то время будет в том же духе, если не больше — каждый близкий к верхам будет суетиться, пытаться контролировать всех, лихорадочно строить и по сотне раз в день перестраивать собственные планы. — Он покосился за спину, где втроём в ряд восседали Хаяси-сама, стальной магнат Огихара и Хину.
— Мелочи? «Обычная» суета? — она не возражала, уточняла.
— Ну. Куда на глобусе ни ткни, везде было бы так же: амбициозная персона нового поколения с высоким потенциалом…
— Акисино?
— Угу. Которая старательно нащупывает горло одряхлевших поколений и структур на политической арене — с намерением подмять побольше в следующем избирательном цикле под себя. С другой стороны баррикад — старшее поколение, которое против молодёжи местами не вывозит, но успело гораздо лучше окопаться. В общем, извечная проблема отцов и детей.
— Тогда уже скорее внуков и дедов… Если говорить конкретно о нас, для Японии подобный расклад — не то же, что в мире, — чуть подумав, возразила якудза. — Во-первых, ты очень упрощаешь, сводя всё к двум лагерям. Во-вторых, из Большой Двадцатки я не представляю другого государства, где монархия теоретически имела бы такой же шанс, как у нас. Несмотря на весь прогресс и нынешний век.
— Шансы, может, теоретически и больше, а результат будет как везде, — пренебрежительно отмахнулся Решетников.
На автомате, это борёкудан отлично заметила:
— И каким, по-твоему, будет окончательный результат её нетривиальных усилий⁈
— Ничего у неё не выйдет. Всё останется как есть, никаких усилений монархии в итоге не произойдёт: лелеемая ею централизация под эгидой Престола так и останется в её влажных мечтах, а также в разбившихся и неисполненных чаяниях тех, кто пойдёт за ней. Рассчитывая откусить кусок побольше после перетряски верхних эшелонов.
— Почему? — за рядовой обыденностью его ответа стояло нечто большее, чем просто слова, Миёси-младшая отлично это чувствовала и не сводила глаз с собеседника.
Такидзиро перебрал в воде ногами, подстраиваясь под её темп, и тоже взялся за доску сбоку:
— Гражданское общество, вот почему. На первый взгляд, если смотреть с точки зрения этнопсихологии, права ты: да, японцы иерархичны по натуре, Первое Лицо страны даже на бумаге — Император. С известными допусками, но всё же. Но это лишь на первый взгляд.
— Почему?
— Странно слышать такой вопрос от тебя. Потому что гражданское общество. Твой отец на примере Эдогава-кай отлично пояснил всем ста тридцати миллионам граждан, чем оно является в Японии и что будет, если мнением социума пытаться пренебречь.
— Акисино, по-твоему, пренебрегает? — Моэко предполагала, что товарищ сейчас говорит не просто так, а базируется на некоем анализе. — Интересно наблюдать, как ты мыслишь, — пояснила она. — И что ещё тебе успели впихнуть в голову в Министерстве Обороны, больно уж суждения для стажёра логистики нетривиальны.
— Да, Принцесса пренебрегает, а твой отец, говоря цинично, в стране не один такой. Могу долго вещать про центры кристаллизации общества, оно тебе надо? — Решетников не стал углубляться в детали и решительно сменил тему на ту, из-за которой, видимо, и оказался в воде. — Расказывай. Не уходи в сторону, ты же видишь, что я не просто так к тебе присоединился.
Борёкудан вздохнула. Этого вопроса она подспудно опасалась. От других, даже от отца, ещё можно было не то чтобы увернуться — скажем, избежать немедленного обсуждения.
С Такидзиро же номер не пройдёт — отлично видно по его глазам. И как он только видит.
— А ты сейчас о чём? — она всё же сделала вялую попытку уклониться.
— На тебе смарт-браслет. Он синхронизирован с твоим телефоном, который лежит вон, на столике. Ты получила сообщение, когда плавала…
— Заметил всё-таки, — буркнула якудза.
— … Сперва ты скроллила на браслете, как я понимаю, реквизиты отправителя — экран маленький, неудобный, не смартфон. Потом приняла решение и вышла из директории, а сообщение не стала открывать. — Кое-кто отлично умел формулировать мысли, описывая ситуацию.
— Откуда только такая осведомлённость! — ворчливо заметила Моэко. — Как будто у тебя доступ к моей технике!
— Глаза же, — простенько вздохнул в ответ Такидзиро. — К твоим гаджетам у меня доступа нет и быть не может, но глаза твои вижу. Что стряслось? Не молчи, рассказывай.
Следующие почти полсотни метров они плыли молча, синхронно барабаня ногами по воде и опираясь на одну общую тренировочную доску. Она лениво перебирала в голове мысли, он дисциплинированно ждал ответа.
— Резко прыгнул сахар в крови. Поначалу. — Миёси Моэко, когда нужно, умела говорить и тяжёлые вещи, в том числе о себе. — Поняла по самочувствию, но списала на напряжёнку последних дней, каскадную потерю веса и так далее. По дороге заехала в лабораторию накануне — сдала анализы.
— На браслет пришли эти самые анализы? — светловолосый покосился на её запястье.
— Анализы пришли раньше. Я их переслала, куда надо. Это был ответ уже оттуда.
— Ночью? — он аккуратно загонял её в угол, не позволяя вилять.
— Там круглосуточно. Я же периодически прохожу обследования, поскольку слежу за здоровьем, — пожала плечами Моэко. — За последние три месяца данные в системе были, просто не было команды нужному специалисту всё проанализировать.
— Как называется нужный специалист? — он спокойно задал последний вопрос.
— Эндокринолог.
— Это наверняка не вся информация с таблички его кабинета. Ещё?
— Онколог. Опухоль. Пласт поджелудочной железы.