Мемуары рядового инквизитора. Господин королевский некромант (СИ)
- Что?
Тонкий пронзительный голос, давший «петуха», мог принадлежать только принцу Богумиру. Несомненно, он внимательно прислушивался к диалогу… как и кое-кто из любопытных студиозусов, которые, насколько могу судить, торчали у двери с той стороны, затаив дыхание. Чем бы ни закончилось нынешнее противостояние, уже к вечеру большая часть учащейся молодежи будет в курсе всех подробностей. Принц на кафедре! Это же само по себе сенсация! А принц-студент – это вообще…
- Что вы сказали?
Мальчишка сорвался с места. Не выдержал. М-да, какой же он еще ребенок! Кто-то мне скажет, что шестнадцать лет – это возраст, когда у любого уже должны отрасти мозги, и история знает много правителей и полководцев, который в этом возрасте уже принимали взрослые решения… Но сколько в таких историях правды, а сколько вымысла? В шестнадцать лет можно жениться и даже произвести на свет потомство, но управлять страной… извините. На троне король-малолетка сидеть будет, советы возглавлять – тем более. И даже подписывать указы… но сочинять их будут другие.
А что, если…
Нет, Згаш! Прекрати! Это уж слишком. Не зарывайся!
- Что я сказал? Я сказал, что урок закончен. Если у вас остались вопросы, я готов их выслушать и дать ответ. Но у вас осталось только шесть с половиной минут… - пришлось немного округлить показания песочных часов.
- А потом?
- Потом? У меня еще три часа занятий, после чего… после чего я буду полностью в вашем распоряжении.
- Но… разве вы не должны заниматься со мной?
- С чего вы взяли?
На лице принца появилось растерянное выражение. Кажется, еще никто не разговаривал с ним таким тоном. Еще немного, и он вспылит.
- С того, - ну вот, он уже начал закипать, - что я пришел сюда, в ваш Институт. Пришел сам, добровольно. Пришел, чтобы научиться этой вашей магии! Сам пришел! А что получаю взамен? «Всем спасибо, все свободны!» Это вы называете процессом обучения?
Под конец он уже кричал, стискивая кулаки и чуть не трясясь от сдерживаемых эмоций. Его аура полыхала каким-то нездоровым цветом. Обычно ауры здоровых людей увидеть очень трудно, не каждому из целителей это дано. И мы, если говорим о цвете, размерах и слоях ауры, то речь идет о видимых отклонениях от нормы. Коротко говоря, если ауры нет, значит, человек здоров. Если аура заметна, значит, с ним не все в порядке. В полном объеме она бывает заметна лишь у умирающих и недавно умерших, в первые сутки-трое после отделения души от тела.
И вот сейчас я видел багряные сполохи ауры принца. Сполохи, свидетельствующие о том, что с его душевным состоянием не все в порядке. Эх, схватить бы его в охапку – и на кафедру целительной магии, в качестве пациента!
Но вместо этого я лишь кивнул, дождавшись конца его прочувственного монолога.
- Да, ваше высочество, это и называется процессом обучения. Единого для всех образца, утвержденного больше трехсот лет назад и действующего не только для нашего Института, но и для всех прочих высших учебных заведений на материке. К слову сказать, именно количество различных университетов, институтов и колледжей в свое время привело к тому, что понадобился этот единый образец. И до сих пор ни у кого не возникло сомнения в его правильности! Так что, если вдруг у вас возникнет желание посетить любое другое учебное заведение в нашей стране или за ее пределами, будьте уверены, с вами там будут обращаться точно так же, как с любым студентом!
Принц открыл и закрыл рот.
- Но… но я не «любой студент»! – нашелся он. – Я – наследный принц…Вы должны обеспечить мне… индивидуальную программу обучения. Вот!
Надо же, какие он знает слова! Сам где-то вычитал или подсказал кто?
- Индивидуальную программу?
- Да. Вы мой личный наставник. И должны заниматься лично мной, а не, - последовал неопределенный жест, - вот этим вот всем! Это – ваша обязанность и профессия!
- Моя обязанность и профессия – это стоять на страже человечества, защищая его от мертвяков и нейтрализуя нежить! – огрызнулся я. – А «вот это вот все», как вы изволите выражаться, это лишь один из вариантов. Не более того.
Каюсь, тут я перегнул палку. Но что поделать. Песок в часах почти весь пересыпался, а мы ни до чего не договорились. А ведь я открытым текстом сказал – через три часа встретимся и тогда решим все вопросы! Умный король должен понимать намеки.
Умный король, а не избалованный мальчишка, который не желает держать себя в руках. И я повторил громче и четче:
- Через три часа мы с вами встретимся на кафедре некромагии. И там мы с вами побеседуем отдельно. И, если вы того желаете, составим для вас индивидуальную программу обучения. Вам понятно?
Кто-то мне скажет, что с принцами так не разговаривают. Что учитель вообще не должен повышать на ученика голос, но при этом все забывают, что учитель тоже человек. А когда на человека нападают, он защищается.
Если он человек.
… если он человек.
Человек ли он?
Збигнев стоял, ощущая за спиной присутствие своего наставника. Он слышал его голос, ощущал дыхание на затылке, порой тяжелая рука сжимала плечо. Иногда – изредка, если удавалось успеть – краем глаза мог заметить мелькнувшую рядом тень. Тень высокого плечистого… человека. Или того, кто просто принял этот облик, чтобы не пугать ученика. Но, как ни старался, он не мог увидеть больше ничего. И, конечно, не знал о нем ничего – ни имени, ни возраста, ни лица. Он просто был. Просто разговаривал с ним глухим ровным голосом, противиться которому было решительно невозможно.
Збигнев и не противился. Этот голос говорил такое… так и тогда, что… каким-то образом он практически предугадывал его мысли и желания, разрешал сомнения, давал советы и подсказки. С ним не хотелось спорить. Это было… невозможно.
И в то же время в нем ощущалась какая-то неправильность. Что-то было не так. Почему он всегда за плечом? Почему никогда не встанет рядом, не позволит заглянуть себе в лицо?
- Еще не время.
И этот голос…и не голос словно. Мысль?
- Угадал.
Опять… мысль? Выходит, что он… читает мысли?
- Выходит.
- Но как? Ты читаешь мои мысли, но почему я не могу прочесть твои?
- А надо ли?
Нет, не надо. Что-то в глубине души сопротивлялось этому желанию. Возможно, ощущение тайны. А вдруг истина настолько сложна, что…
Впрочем, сомнения, если и возникали, быстро оставляли Збигнева. Не сейчас.
Сейчас он был на вершине. Долгое путешествие по подземным ходам, больше похожим на норы, завершилось на площадке, откуда открывался вид на мрачную болотистую долину. Площадка оказалась на вершине башни, вознесенной над обрывом. Он уже бывал здесь, возле алтаря. Там, внизу, раскинулись болота и, присмотревшись, можно было даже узнать знакомые места…
- Это потому, что ты хочешь их увидеть…
И снова голос был прав. Он хотел – и видел. Но значит ли это, что точно также он может, если захочет, увидеть и остальной мир?
- Если пожелаешь…
Пожелает ли он? А как же? Но… сомнения… опять сомнения…Отринуть! Это недостойно. Это глупо. Он никогда не сомневался. С детства. Ни когда лез в болота, чтобы поглазеть на Ящера и тащил за собой приятелей, ни когда наносил смертельный удар человеку, которого знал, как отца, ни когда бросил где-то Зирку… вот уж кого не жалко! Девчонка действовала ему на нервы. Зачем ему эта дурочка, когда скоро любая будет у его ног, стоит только приказать?
А если правда? Если приказать? Сможет ли он?
Если захочет.
Он хочет.
{- Аа-а-ах… мой господин…}
Стройное девичье тело возникло ниоткуда. Две ладошки скользнули по плечам и груди, спускаясь к животу. Девушка опустилась на колени, прижалась лицом…
Лицом…
Ее лицо…
- Зирка?
Исчезла. Что это сейчас было?
- Память…
Память… отбросить воспоминания! Они только мешают. Только отвлекают. Забыть. Ее больше нет. Нет и никогда не будет. Он не станет оглядываться назад. Он будет смотреть только вперед.