"Фантастика 2023-134". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Помню, он меня целовать начал, а я рассмеялась, до того это показалось все нелепым.
Он обиделся.
Полез раздевать. Я вяло сопротивлялась. И никто не знает, чем бы оно закончилось, если бы меня не стошнило. Вот прямо на этого урода.
Ну, про то, что он урод, я поняла, когда осталась одна в степи. Я шла домой… как-то вот шла. Пару раз падала. На холоде протрезвела. И пришла аккурат до рассвета, ровно затем, чтобы столкнуться нос к носу с Эдди.
Он удивился.
Я не стала отпираться, ибо познакомилась не только с алкоголем, но и с его последствиями. Эдди тогда даже не ругался.
Сгреб в охапку и отнес домой.
Там и сунул, как была, в одежде, в ванну, поливал и ворчал что-то такое, не совсем цензурное, но на орочьем. Я еще запомнила, а вот случая уточнить, что означают эти слова, как-то не нашлось.
Что до того урода, то он пропал.
Говорят, без вести.
И что характерно, искать его особо не искали. Я уж точно.
В общем, ощущения были схожими, и потому я опустилась рядом с графом на корточки.
– Сейчас, кажется, блевану, – сообщила я, раздумывая, что стоит бы отвернуться, ибо, если графчик все-таки не помрет, потом перед ним будет неудобно.
– Милли! Леди так не выражаются.
– Хорошо, что я – не они.
Эдди подошел к груде камней, в которые превратилась змея. Живых под ней не ощущалось, да и в целом камни гляделись камнями.
Бывает.
Я сглотнула слюну.
– Уходить надо, – сказал Эдди, почесав себя за ухом. Обойдя поляну, он ненадолго остановился над трупом той стервы, что нас сдала. Пинать тело не стал, а вот обшарил споро, с немалой сноровкой.
А я что?
Охота – дело такое… многое уметь нужно.
Эдди потрогал носком сапога ружье, явно раздумывая, брать его или нет. Оно, конечно, штука занятная. И чую, что шибает изрядно, да вот здоровущее.
Колба опять же хрупкая.
И мага, чтобы камни заряжал, найти не так-то просто. Стоп. По ходу и вправду тяжко, если не соображаю. Я маг. И графчик тоже. Вона, все-таки раздышался, даже глаз приоткрыл.
– Милли? – Эдди поднял-таки ружьишко. – Перчатки на женскую руку. Возьмешь?
– Давай. – Я вытерла рукавом сопли.
Блевать, к счастью, больше не тянуло. А перчатки сели хорошо. Сделанные из мягкой лайки, ношеные, они обмялись и теперь плотно облегали ладони. Поверху поблескивала металлом расшивка управляющих контуров, и я чувствовала слабые потоки Силы.
Я пошевелила пальцами, а после и вовсе сжала левую руку в кулак и кивнула, увидев, как в колбе ружья заклубился туман. Хорошая штука. Оно, конечно, револьвер привычней будет, но, чую, и она нам пригодится.
Эдди же свистнул, тонко так, что по ушам полоснуло. Но на свист его ответили ржанием. А после из расщелины выглянул жеребец, за которым и моя лошадка потянулась, ну а там сыскался конь и для графчика, что вроде и помирать передумал, но и не больно-то живым гляделся.
– А если он того? – поинтересовалась я, глядя, как Эдди перекидывает бедолагу через конскую спину. Еще и веревкою привязал. Оно-то ради пользы только, чтоб не сверзился ненароком, но гляделось жутковато. – Ну… того? Загнется?
Эдди пожал плечами, мол, жизнь такая, всякое в ней случается, и ответил:
– Похороним.
Потом помолчал и добавил:
– Правда, без почестей.
  
Глава 14,
 
в которой путешественники оказываются по другую сторону гор, где тоже есть жизнь
 
На что похожа Мертвая роща? На рощу и похожа. Только мертвую. Нет, добрались-то мы до нее не сразу. Сперва Эдди кружил, искал тропу, которая все не давалась: видать, крепко от чужаков была зачарована. Эдди даже нервничать начал.
А потом придумал, что делать.
Оно, конечно, не слишком красиво вышло. Я даже отвернулась, когда Эдди к покойнице подошел со своим тесаком. А все одно звук получился мерзким. После уж то ничего. Голова? Будто я их раньше не видела. Голову он к седлу привязал. А там уж на крови-то, пусть и мертвой, путь открыл.
Сказал только:
– Если этот очнется и блевать захочет, скажи, чтоб не сильно. А то воды на ближайшие мили я не чую.
 
Я кивнула. И подумала, что и вправду нехорошо будет, если очнется. Ну и повод его коняги прибрала. Так и поехали. Впереди Эдди с головою в седле, которую он рукой еще придерживал. И ехал с закрытыми глазами, но обманываться не след: все-то он видел.
Пусть и не своими глазами.
Ну а за ним я, а там и Чарли, который, на счастье свое, продолжал пребывать в состоянии бессознательном. Я бы даже решила, что он вовсе окочурился, но теперь как-то очень уж ясно слышала огонек Силы внутри него.
Так мы ехали.
И ехали.
И все еще ехали, не останавливаясь, даже когда солнце за полдень перевалило. Ну а потом уже и приехали. Горы вдруг стали будто бы темнее, а потом, наоборот, разом посветлели. И с каждым шагом – а лошади уже едва брели, тоже понять надо, что утомились, – они все больше выцветали.
В какой-то момент краски вовсе схлынули.
Горы же покрылись… солью?
Я даже спешилась и пальцем потрогала искрящиеся белые кристаллы. Острые какие!
– Не вздумай в рот тянуть! – не открывая глаз, сказал Эдди.
Я поспешно вытерла пальцы и лошадь взяла под уздцы. Та явно беспокоилась. Вон, затанцевала, ушами прядет, пятится. Не по вкусу ей место.
И в чем-то я лошадь понимала.
Чем дальше, тем сильнее я ощущала темную Силу, что выплеснулась на дорогу.
На рощу.
Белую-белую рощу. Деревья в ней, казалось, застыли вне времени, покрытые все той же искрящейся чистою солью. Свет заходящего солнца окрашивал их то в розовый, то в алый, и тогда казалось, что сквозь соль проступают пятна крови.
– Нехорошо здесь. – Я обхватила себя руками. – Эдди…
– Убивали тут. Многих. – Братец открыл-таки глаза и попытался спешиться, а в итоге мало что не свалился. Я едва успела подхватить. А эта бестолочь заворчала, мол, тяжелый. Без него знаю, что тяжелый. Но это еще не повод, чтобы мордой в соль падать. А вот голова бухнулась, покатилась прямо к мертвым деревам. И те вдруг ожили, зашевелили ветвями, хотя, клянусь, я не ощутила и тени ветра.
Захрустела корка.
Потянулась.
И затянула голову плотным соляным панцирем. Кажется, я начала понимать, почему сюда за солью никто не ходит. А ведь казалось бы, недалече.
– Как там Чарли?
– Живой, – честно ответила я, помогая Эдди добраться до графчика. – Но того… крепко, видать, выложился. Нам бы отдохнуть.
И лучше бы там, в скалах, потому как соляная роща, сожравшая только что голову, не выглядела сколько-нибудь подходящим местом для отдыха. А с другой стороны, горы нас теперь не примут.
Да и лошади едва стоят.
И я не лучше.
А ведь нам проводников обещали. Хотя… один нас уже проводил.
Я вздохнула и, вернувшись к лошади, ослабила подпругу. Уздечку тоже сняла, погладила по шее:
– Извини… тут побудем?
Это уже Эдди адресовалось, которому место тоже было не по вкусу. Он стоял, крутил головой, прислушиваясь к чему-то. Руки его лежали на револьверах, да и вид у братца был такой, характерный.
– Тут.
Я кивнула и сняла седло. Спину бы лошади тоже растереть не мешало. И напоить. И… я только вздохнула, когда конская морда ткнула мне в грудь.
– Потерпи. Завтра отсюда выберемся.
Или сдохнем.
У нас тоже воды не так, чтобы много осталось.
Лошадь вздохнула. Поняла, стало быть? А я занялась Чарли. Содрала веревку, от которой на руках остались характерные следы, но авось не обидится? Очнулся бы… времени вон сколько прошло, а он лежит себе тихонько.
Не шевелится даже.
Я приложила ухо к груди. Нет, сердце бьется. Искорка Силы внутри тоже трепещет, но вялая, несчастная. И мне подумалось, что хуже я всяко ему не сделаю. Может, он такой квелый, потому как всю Силу отдал? Тогда, выходит, если искра эта погаснет, то и маг помрет?