Магнат

 
В протоколе было записано, что смерть мужчины наступила непосредственно на месте происшествия. Девочку вместе с матерью отправили в больницу. Быстро установили личность ребенка: это была Петти Ройтер, племянница Джона Бурка, президента Юго-Западной энергетической корпорации. Девочка и ее мать направлялись в музыкальный салон радиоцентра. После операции, которая продолжалась три часа, ребенок оставался в критическом состоянии, но врачи надеялись, что девочка выживет.
 
 
Личность погибшего также установили: это был Мартин Каллаган, адвокат, занимавшийся делами о взыскании налогов, контора которого находилась как раз на Парк-авеню.
 
 
Пресса, естественно, подняла шум вокруг несчастного случая с Петти Ройтер, так как компания ее дяди была в центре внимания всех программ новостей. Объектом интереса также оставались изнасилование и жестокое убийство писательницы Сью Риган в техасском городе Пэррише. Вместе с ней был застрелен ее любовник, судебный следователь. Журналисты связали убийство Сью Риган со смертью Люка Эвери и особо подчеркивали тот факт, что Сью работала с Эвери над сенсационным материалом, грозившим публичным разоблачением большому бизнесу с его притязаниями на власть. Упоминались Хейги, так как именно они стремились прибрать к рукам Юго-Западную корпорацию. Племянница Джона Бурка, Люк Эвери, Сью Риган, Хейги, Юго-Западная… Связь была очевидной, но недоказуемой. Никто не осмелился бы дать официальные показания против Хейгов. Никто не хотел получить исполнительный лист за клевету. А могло ведь случиться и худшее.
 
 
То, что Хейги в рекламных целях пожертвовали крупные суммы на оборудование и заработную плату персоналу Медицинского центра Гроувского университета в Пэррише, наиболее оснащенной новейшей аппаратурой больницы в стране, не имело никакого значения для семьи Петти Ройтер. Люди смеялись над такой фальшивой и корыстной благотворительностью.
 
 
Водителя «бьюика» удалось задержать: это был Энди Каплан, продавец детской одежды из Атланты. Машина была арендована, а Каплан объяснил, что он устроил вечеринку, которая затянулась на всю ночь и прихватила утренние часы. В номере гостиницы, который снимал Энди Каплан, полиция увидела нескольких заспанных проституток по вызову, подтвердивших, что ночь была веселой и бурной. Каплан был обвинен в создании аварийной ситуации, в непредумышленном убийстве, в управлении автомобилем в состоянии алкогольной интоксикации, в опасном для окружающих злостном нарушении правил дорожного движения. В конце концов его освободили из-под стражи под залог в пять тысяч долларов. Джон Бурк решил не вмешиваться. Но семья Мартина Каллагана поклялась организовать судебное расследование.
 
 
В своем частном офисе Джон Бурк, один, без свидетелей, разговаривал по телефону с Рубеном Хейгом. Бурк — коренастый мужчина в летах, с гус
 
тыми каштановыми волосами и с тяжелыми веками, нависшими над красными воспаленными глазами, был одет в темно-синий костюм и, казалось, готовился тотчас же, несмотря на поздний час, заняться делами.
 
 
— Слушаю вас, — сказал он в телефонную трубку.
 
 
— Джон? — откликнулся Рубен Хейг. — Джон, как вам известно, я публично выразил свои соболезнования в связи с несчастным случаем с вашей маленькой племянницей, но я хотел поговорить с вами, чтобы лично засвидетельствовать свою симпатию и поддержку. Какая ужасная история!
 
 
— Да, конечно.
 
 
— Как дела у малышки?
 
 
Бурк потер толстым пальцем глаз.
 
 
— Она жива, Рубен. Но у нее много переломов. Долгие месяцы ей придется пролежать в гипсе. Возможно, потребуются дополнительные операции.
 
 
— О черт! А ведь на все хватило пары секунд!
 
 
Бурк прилагал огромные усилия, чтобы сдержать переполняющие его эмоции.
 
 
— Она, наверное, не сможет ходить…
 
 
— Послушайте, Джон, не тревожьтесь по этому поводу. Поверьте, с ней все будет хорошо. Я уже заявил, что приму все меры, чтобы она пошла на поправку. Вы меня понимаете?
  
 
Бурк, прислушиваясь к голосу техасца, унылым взглядом окинул свой кабинет, обшитый панелями орехового дерева.
 
 
— Она прекрасный ребенок, Рубен. Девочка так любила играть в футбол. Трудно представить, что она останется калекой…
 
 
— Джон, она поправится, не сомневайтесь.
 
 
— Надеюсь, вы окажетесь правы.
 
 
— Можете быть уверены, что так и будет. Один дюйм в сторону, и она была бы мертва. Подумайте об этом, Джон. Она могла погибнуть. А теперь, бьюсь об заклад, малышка поправится. Вам повезло, парень. Вам дьявольски повезло!
 
 
Бурк чувствовал, как судорожно сжимается его горло. Он прекрасно понимал, что означает сказанное Рубеном. Он понимал это еще до того, как Рубен произнес эти слова, но не хотел верить, что они могут быть сказаны. Однако выбора не было. А с возмездием — если оно вообще возможно — придется подождать.
 
 
— Я высоко ценю ваше участие, Рубен, — пробормотал Бурк.
 
 
— Не стоит благодарности, Джон, не стоит благодарности. Если я не ошибаюсь, мы собирались встретиться, чтобы обсудить наши дела. Но я подумал, что, может быть, вам будет удобнее, если эта встреча произойдет послезавтра, тем более что я сам смогу вылететь и лично явиться в вашу штаб-квартиру, а вам не придется даже пальцем пошевелить. Что вы на это скажете, Джон?
 
 
Бурк с ужасом понял, что плачет, и сильнее прижал к уху трубку.
 
 
— Прекрасно, Рубен, договорились.
 
 
— Ну что же, надеюсь, мы обстряпаем это дельце, а, Джон? А потом вы сможете посвятить всего себя уходу за вашей маленькой племянницей.
 
 
Бурк ничего не сказал. Он пробормотал какие-то вежливые слова на прощание и повесил трубку. Затем, вздрагивая от ненависти и беспомощности, закрыл лицо ладонями.
 
 
Джефф Коннери с утренней почтой получил письмо от Сэнди Меррит. Он вскрыл конверт и увидел ксерокопию написанной от руки неразборчивым почерком записки:
 
 
«Все бумаги Ли Коннери надежно спрятаны. Доказательства неопровержимы, хотя и ошеломляющи. Я убежден, что это убийство».
 
 
Сэнди Меррит внизу сделала приписку:
 
 
«Люк Эвери написал это и был убит. Сью Риган убита. Мой муж мертв. Ваш брат мертв. Вы все еще отказываетесь мне помочь?»
 
 
Джефф отложил письмо и почувствовал, как у него все внутри похолодело.
 
  
Часть вторая
   
Глава 11
 
 
В плавательный бассейн Хейгов прыгнула покрытая золотистым загаром женщина. Солнечный свет заструился по ее телу, когда она, как золотая рыбка, скользнула в воду. Расположившийся со своей работой в патио у края бассейна Эд Клири поднял глаза.
 
 
Лорейн плавала, как профессионалка. Она заколола волосы черепаховым гребнем и надела черное бикини, подчеркивающее красоту ее обнаженного тела. Не по сезону жаркая погода сменилась более свойственной декабрю прохладой, но Лорейн, чтобы разжечь любовника, стремилась во всем великолепии продемонстрировать ему свои прелести.
 
 
Эд поправил очки, чтобы лучше разглядеть Лорейн, отмеряющую в бассейне метр за метром. Одет он был в синий спортивный костюм, перед ним лежала открытая папка. После полудня солнце уже потускнело, и его лучи мягко очерчивали совершенные геометрические формы дома.
 
 
Лорейн оперлась на каменную кладку по бортику бассейна. Капли воды сбегали по ее прелестному лицу, когда она снизу, из воды, улыбнулась подошедшему Эду. Ее обнаженные плечи сверкали на солнце.
 
 
— Присоединяйся ко мне, — позвала она его.
 
 
— Сегодня слишком холодно, чтобы купаться.
 
 
— Ты превращаешься в старого брюзгу.
 
 
— Оставь меня в покое, милочка. Я должен закончить эту работу и вернуться в город. Твой муж и свекор собираются купить одну из крупнейших энергетических компаний в стране, а я ищи средства на эту покупку. Скоро мне понадобится парень с ивовыми прутиками, который услужил Си, чтобы найти деньги там, где их нет.