Под покровом тайны

– Вот любопытная! – возмутилась я про себя, – шла бы себе домой потихоньку, так нет, надо ей все выяснить, что да как. Сейчас пристанет с расспросами.
Мы втроем прошли до места, где Саша оставил свои шмотки. Я очень боялась, что их уже украли. Но, как ни странно, все было на месте. Притом, я заметила роскошное махровое полотенце и странную майку с рисунком, только когда мы подошли к ним вплотную.
Валька, схватила большие темные очки лежащие на полотенце и начала их разглядывать.
– Ух, ты, Саша, у тебя очки импортные, и надпись на наклейке – Том Форд. Они американские?
Тот пожал плечами.
– Понятия не имею, купил в ларьке, – ответил он равнодушно.
– Хотела бы я попасть в этот ларек, – завистливо протянула Валя.
– А ты откуда к нам приехал? – продолжила она свой допрос.
– Из Калининграда, – ответил собеседник.
– А, тогда все понятно, – вздохнула Валя, – там, рядом Польша, оттуда наверно что-нибудь привозят иностранцы.
Саша быстро оделся после чего мы снова поднялись в парк и направились к выходу. Там, почти у самых ворот, стоял небольшой ларек, в котором продавали мороженое.
– Хотите пломбир? – внезапно спросил наш спутник.
Я стеснительно молчала, зато Валя энергично закивала.
Саша вытащил из кармана брюк свернутые банкноты. Отделив красную бумажку, он встал в короткую очередь.
Валька поглядела на меня круглыми от удивления глазами.
– Кто он такой? – шепотом спросила она, – в жизни столько денег не видела, у него там, наверно, рублей пятьсот.
Мне пришлось признаться, что я ничего о своем новом знакомом не выяснила, а только говорила о своих радостях и заботах.
Валя укоризненно покачала головой.
– Очень подозрительный тип, – вновь шепнула она, – приемы всякие знает, денег куры не клюют. Странный парень, по виду не скажешь, что уже работает. Больше на студента похож.
– Почему ты думаешь, что он работает, – спросила я.
– Гайзер! Ты чего? У тебя с головой все в поряде? Тебе родители столько денег доверят с собой таскать? А студенты все нищие, у них вечно денег нет.
До меня дошло, конечно, никто из родителей не доверит нам таких денег, просто поносить в кармане.
– Так, что тут только два варианта, – заключила Валя, – или он работает, или эти деньги где-то стырил.
– Ты, что! – возразила я, – он не такой.
– Ох, Ленка, – хихикнула Валя, – романтик ты наш, тебе только «Алые паруса» читать. Я помню, как ты над ними ревела в прошлом году.
В это время к нам подошел Саша и протянул нам по два пломбира.
– А почему себе не купил? – удивилась я.
На Сашином лице промелькнула почти незаметная гримаса недовольства.
– Понимаешь, просто не люблю мороженое, – признался он.
– И хорошо, – сообщила Валя, – нам больше достанется.
– А что ты любишь? – не успокаивалась я.
Юноша смущенно улыбнулся.
– Только не смейтесь, я бы съел кусок копченой колбасы. У вас она такая вкусная.
– У нас это где? – удивились мы, – в нашем городе? А в Калининграде, разве такую не делают?
Саша засмеялся.
– Делают и много, только мяса в ней нет.
– Странные истории ты рассказываешь, – недоверчиво сказала Клевина, – очки вон, импортные купил, а колбаса плохая. Разве колбаса бывает не из мяса. Ведь всех, кто ее делает, ОБХСС сразу в тюрьму посадит, а может, и расстреляют за воровство.
После колбасы Валя переключилась на Сашины синие брюки, которые он назвал джинсами, пощупав материал, она сказала, что тот очень крепкий и подходит для тяжелой физической работы.
Саша рассмеялся, и сквозь смех сообщил, что мы еще не раз вспомним эти штаны в будущем.
– Слушай, – неожиданно спросила Валя, – а почему ты ушла от девочек и загорала отдельно?
Мое настроение резко упало.
– Да, так, – неохотно ответила я, – надоели они своими разговорами.
– Понятно, – нехорошо прищурилась Валя, – Гайзер, ты, когда себя как надо поставишь? Она же специально тебя обзывает. Я ведь не могу с тобой все время быть. При мне никакая сука тебе ничего бы не сказала! Почему ты, когда занимаешься комсомольскими делами, все можешь, ничего не боишься, а как тебя начинают обзывать, сразу в кусты.
  
Саша шел рядом и внимательно слушал наш разговор. Мне было ужасно стыдно, но я знала, что Валька теперь не отцепится, пока не выяснит, кто на этот раз меня обзывал. А завтра побежит колотить Климову, раз я сама не могу этого сделать.
Все это было неприятно слушать, поэтому, когда мы подошли к Валиному дому, я даже обрадовалась. Валя, явно не хотела с нами расставаться, но ей надо было сидеть с младшей сестрой, поэтому она с печальным выражением лица рассталась с нами.
– Ленка, – шепнула она мне напоследок, – не теряйся, но будь начеку.
Саша вежливо попрощался с ней и ловко взял меня под руку.
– Лена, ты знаешь, мне совсем не хочется домой, может, в кино сходим, – предложил он.
Я долго не раздумывала. Уже несколько дней у нас шел американский фильм приключения Сингбада – морехода. Все, кто смотрел, были в восторге. Мне ходить на него было некогда, но вчера последний экзамен был сдан, и сегодня я была свободна, как птица.
У кинотеатра, как всегда толпился народ, но к кассе стояло всего три человека. Мы встали в очередь и через пять минут держали в руках две небольших синих бумажки. Саша с интересом их разглядывал.
Я не преминула спросить.
– Ты так на билеты смотришь, как будто никогда их не видел.
Мой спутник почему-то смутился и начал сбивчиво объяснять, что у них билеты немножко другие. Попав в фойе, мы сразу прошли в буфет, где Саша купил бутылку крюшона и эклеры. Признаться, его щедрость начинала меня пугать. Никто и никогда на меня так не тратился, кроме папы.
– Саша, – сказала я серьезным голосом, – пожалуйста, больше ничего не покупай мне.
– Почему, – взглянул он на меня.
– Потому, что я так хочу, – был мой ответ.
Он улыбнулся и сказал:
– Не переживай, я слышал, что говорила твоя подружка, эти деньги не краденые и не родителей, я сам их заработал. Поэтому могу тратить, как хочу.
Мои щеки снова вспыхнули пожаром, и тут спасительно прозвучал первый звонок.
У нас оказался последний ряд и места в самой середине. Поэтому пришлось пробираться мимо уже усевшихся зрителей. Однако, когда мы сели, оказалось, что на соседних с нами креслах никого нет.
Я молча подивилась такой ситуации, но ничего не говорила.
Увидев, как верчу головой, Саша усмехнулся.
– Ты разве не заметила, я купил восемь билетов. Рядом с нами никого не будет.
Услышав эти слова, я даже не знала, как поступить. Нашим мальчишкам такое даже бы в голову не пришло.
Вскоре начался фильм, и минут через двадцать я вместе с другими зрителями охала, когда увидела первого рыжего циклопа. В один из моментов, когда я схватила Сашу за руку, он обнял меня за плечи и привлек к себе.
Его губы мягко коснулись моей шеи, от неожиданного поцелуя, я чуть не вскочила.
– Саша, ты с ума сошел, – зашептала я, – не надо целоваться, я не хочу, и вообще, чем это ты колешься?
– Ничего я не колюсь, – сообщил мой спутник и демонстративно снял руку с моего плеча. Однако через минуту та вновь вернулась на место, когда жуткий циклоп, дрался с драконом колдуна. Я тронула шею, где что-то недавно кололось, но там ничего не обнаружила.
– Наверно показалось, – решила я и выбросила это событие из головы.
Когда кино закончилось, было около четырех часов дня. Я сообщила Саше, что мне пора домой, он с сожалением вздохнул и предложил проводить.
Я жутко застеснялась и попросила дойти со мной только до перекрестка, а дальше не ходить. Почему-то не хотелось, чтобы его видели мои родители. Скажут еще, что не делом занялась.
Однако провожание затянулось надолго. Саша без умолку что-то рассказывал, читал неизвестные стихи, и почему-то мы вновь оказались у реки. Там уселись в круглую, открытую всем ветрам беседку, и продолжили болтать ни о чем. Идти домой, совсем не хотелось. Однако время шло неумолимо и пришлось заканчивать нашу прогулку. Мы шли в лучах закатного солнца, с реки дул прохладный ветерок, но от Саши несло теплом, как от печки и мне не было зябко.