Сгусток Отроков (СИ)

Очередной из отчаянных безумцев достал пистолет. Обычный классический черный глок.
Прежде чем я успел крикнуть: «Пригнись!», рука с зажатым оружием уже болталась, обвитая цепью, рядом со Стражем, ничуть не изменившимся в лице, сохраняющем спокойствие и невозмутимость.
— Аааа!
Выпучив глаза, ранее целящийся в Хиро вопил.
— Помогите ему, быстрее!
Хиро продолжал смеяться, жонглируя головешкой, словно мячом.
— Чего нельзя сказать о тебе, Гарри! Рука — совсем иное дело! Жизнь не прекратится мгновенно. Рука не содержит важных органов, поэтому тело может продолжать функционировать и без нее.
Хиро остановился, подкинул головешку в воздух и с размаху пнул кровавый снаряд в сторону мечущихся в панике конвоиров.
— Однако отсечение руки приведет к обильному кровотечению, которое может стать опасным для жизни, если его не остановить.
Смекаете?
Еще один, самый здоровый бугай из «Ковбоев Конвоя», ростом почти со Стража — стиснул огромный тесак и рванулся на Хиро.
Почти так же быстро, как Страж, здоровяк очутился вблизи нас. Почти так же смертельно, как копье с цепью, тесак отправился в полет и устремился в лицо японца.
Почти.
Почти — потому как лезвие замерло в милиметрах от глаз абсолютно спокойного, улыбающегося Хиро.
Голой татуированной рукой Страж двумя пальцами сжал успевший раскрутиться в бешеном вихре острейший тесак. Капельки багровой крови — единственная реакция на застывшей руке Стража.
Нападавший также замер. Страж стоял к нему спиной где-то в метре.
В глазах верзилы затаился испуг.
Шаг назад…
— Ааа! Дулп! Ааа!
Больше шага — он сделать не смог.
Хиро харкнул в сторону покосившегося ковбоя-великана.
— Бишоп? Или Жопыш? Не помню… Прости, но это, видимо, последние сигналы ты подал своим ногам. Хотя — чего я извиняюсь.
У швырявшего тесак больше не было ступней. Их просто фактически не было. Только сейчас заметил. И нигде их не наблюдаю…
— Также стоит отметить, что отсечение конечности может привести к другим осложнениям, таким как инфекция или повреждение нервов.
Так что, ребята, вот вам совет! Хотите сохранить жизнь Гарри и Бишопа — спешите!
Отсечение конечности является серьезной травмой, и важно как можно скорее обратиться за медицинской помощью, чтобы остановить кровотечение и предотвратить возникновение осложнений. Хотя что я это вам все рассказываю. Вы ж все равно тупые и агрессивные, будете биться, как об стенку горох. Как горошек и сдохнете — тупо и бесславно, как жили.
— Сука!
С этими словами и выпученными глазами оставшийся с кровоточащей культей замолчал навсегда.
Только что стоявший рядом с нами Страж уже по рукоять вонзил тесак под ребра выбежавшего культяпова. Любое враждебное движение в сторону Хиро или нас — имеет последствия. Смертельные последствия. Теперь можно не сомневаться.
Со Стражами шутки плохи. Всегда мне это по одному их грозному виду было понятно.
Правда, я думал их лишь для вида ставят для назидания Ритуала и в предостережении, что Избранные — «неприкосновенны».
А вот в действии доселе лишь угрюмо блистающих кубиками пресса трехметровых гигантов — никогда еще не видел. Они не только для вида здесь. Что за скорость… И что за оружие? Что это было?
Остальные сопровождающие нынешнего мертвяка бандюки поубавили пыл и отступили с поднятыми руками.
— Выкусите, козлы! Я вне вашей игры.
— Гун-гун!
— Ах вы, заразы…
Один из мужчин в ковбойских шляпах медленно потянулся за пазуху.
— Фрэнки, нет. Хватит. Он выиграл.
— Но, мистер Джорджи…
— Хватит. Этот выродок Йори того не стоит.
— Я бы не назвал себя выродком, Джордан!
— Вали, чтоб тебя больше не видел даже близко у Бахчисарая! И за сотни километров вокруг.
— Иначе опять одурманишь, в рабство попытаешься сдать или убьешь?
— Хуже. Узнаешь, если вернешься.
— Не волнуйся, мне путь заказан. Я вот с Неллеем, сыном Посейдона, отправляюсь через пару часов!
— Туда вам и дорога.
Костлявый, покрытый морщинами и шрамами старикан со слепым бесцветным глазом сплюнул в сторону Хиро.
  
Страж повернул голову, угрожающе намекая, что Джорджи ходит по краю.
Без сомнения. Тот самый Джорджи. У которого я в свое время увел Кристину из злосчастного салуна. Тот самый, что заставил раздеться меня до гола и выставил на посмешище. Тот самый Джорджи. Та тварь, что торгует людьми и не считает Дурных за личности, а относится к ним от силы, как к питомцам без прав.
Я не узнал его. Забыл за эти годы лицо. Но сейчас…
Ногти Кристины впились в руку еще сильнее. Так вот почему…
Она сразу поняла, кто этот трухлявый старик. Угнетатель, насильник, убийца.
— Не надо!
Кристина… Прости, но не врезать ублюдку — не могу. На бегу кулак сжимается и импульсивно направляется к роже паскуды.
— Твою ж!
Костяшки вмазались в открытую ладонь Стража, возникшего из ниоткуда.
Старик ехидно засмеялся.
— Похоже, забота о Вас работает в обе стороны, сынок! А то еще повредишь хрупкую ручку, верно?
— Гун-гун!
Страж смотрит на меня спокойно и мотает головой.
— Ясно. У нас пат. Валите отсюда.
— Нэл, что ж ты так? Стручок подрос, и тут же размахивать им вознамерился? Я Кристинку-то отпускал с тобой, совсем мелкий был еще.
— Я что, еще спасибо должен сказать, и в ножки еще раз покланяться?
— Ничего личного, просто бизнес, мальчик.
— Вертел я твой бизнес на одном месте. То, чем ты там занимаешься в салуне и здесь, продавая людей…
— И вроде мы с твоим отцом договорились: я не лезу в его дела, он в мои. Таков этот суровый мир, парень.
— Договорились? Впервые слышу про какой-то там договор.
— А, так Посейдон тебе не рассказывал, смотрю, о прошлом особо… Я думал, раз Катьку с Магой под руку ведет, то поделился былыми деньками с сыном.
Отца не видно, он вдалеке на платформе в толпе. Но чую, ему где-то ёкнулось.
— Мир такой, тут не поспоришь. Джорджи… Мы уходим с рассветом. И с концами. Давай разойдемся по тихому. Я не знал, что Стражи такие…
— Никто не знал. Иначе б мы даже не сунулись за баррикаду за этим мелким мерзавцем.
— Кажется, этот мерзавец все знал и вас переиграл, что за историю бы вы с ним не делили.
— Что ж… В расчете. Скатертью дорожка. Скорее всего, вниз по течению и передохнете. Или по пути. Меня это устроит.
Хиро громко рассмеялся, так, что аж понтон, на котором стоим, задрожал.
— Меня устроит, чтоб ваши рожи исчезли! Чао, Джорджиньо!
— Чао, чао… Идем, ребята.
— Буйвола своего безного захватите?
— Захватим. Мы же не звери… Помогите Бишопу. Если Страж не против?
Чего ожидать от непредсказуемого гиганта в ритуальных нарядах, уже и не знаю. Поэтому опаска в выражении лица Джорджи понятна, наверняка и в моем взгляде сейчас отображается. Головы к Стражу мы повернули одновременно. Медленно.
— Гуп-Гуп!
— Гуп-гуп и правда. Что бы это не значило, но вроде не против… Ребят, забираем! К медботам его, быстро!
— Прощай, милый Джорджи! Не буду скучать по тебе и твоим мальчикам!
— Прощай, Хиро. Удачи с новыми друзьями. И я даже не иронизирую. То, что ждет вас внизу… Я надеюсь, что все у вас будет благополучно. Кристина — мне как родная. Если и не вовсе родная.
— Что?
Последнего пассажа я что-то не понял.
— Лучше б остался в продажных рабах. Хотя… Так будет шансов, наверно, поболее у вашей группы отважных идиотов. Прощай, Нэл. Кристина — прощай. Кайл — крепись, сынок! Приглядывай за ними, Хиро. Ребята хорошие. Не чета тебе. Считай это своим искуплением за грехи отца и свои.
— Чего? Что ты имеешь ввиду…
— Мы уходим.
Старик поддел ковбойскую шляпу, сделал прощальный жест и ушел в темную ночь вместе с подбитым товарищем.