Вторая жизнь доктора Лейлы (СИ)

Таким образом я рассказала про периоды протекания заболевания, их характеристики, симптомы, возрастную специфику, сделала предложение по классификации относительно степени тяжести заболевания, остановилась на диагностике, сделала отсылку к бактерии pertussis, о том, что её уже описали мне рассказал доктор Листер и даже принёс материалы французских учёных*. И к завершению доклада вдруг вспомнила, что я не записала в докладе.
  
(*На самом деле коклюш вызывается бактериями Bordetella pertussis, названных по имени учёных, описавших её в 1906.)
И посмотрев на сидящих на трибунах медиков, на принца, на доктора Листера, который мне ободряюще кивнул. На доктора Брюса, и сидящих рядом с ним других докторов, которые вместо того, чтобы выполнить поручение принца, раскрыв рот слушали мой доклад, я сказала:
— И в завершении хочу сказать, что коклЮш болеют один раз в жизни. Иммунитет вырабатывается сразу и навсегда, именно поэтому борьба с этим заболеванием должна идти путём вакцинации.
Воцарилась тишина и первым встал доктор Давид Брюс, посмотрел на Его Высочество и произнёс:
— Ваше Высочество, у меня нет сомнений в том, что мисс Лейла Кроули является автором данного доклада
И захлопал. Вслед за ним стали хлопать и остальные.
К принцу подошёл какой-то человек и что-то ему прошептал. Принц кивнул и взглянул на меня.
Его Высочество встал и обратился к аудитории:
— Господа, чтобы окончательно снять сомнения в том, что автором является мисс Кроули, я пригласил мистера Шушеля. Давайте выслушаем его и вы зададите ему вопросы.
И вдруг лицо принца повеселело, и он обратился непосредственно к сэру Уислеру, причём довольно фамильярно:
— Вильям, если выяснится, что мистер Шушель вас обманул, то вы не его возьмете к себе, а мисс Кроули.
Я пересела к доктору Листеру, с другой стороны, от которого сидел Его Высочество. А в аудиторию вошёл Пьер Шушель.
Его проводили на кафедру, и доктор Уислер попросил его рассказать «его» доклад.
Пьер попросил вернуть ему его записи, аргументируя тем, что он не спал всю ночь, и ему будет непросто вести доклад связно.
Среди профессоров прошла волна возмущения, а доктор Листер, которому явно было крайне неприятно наблюдать, как опозорится его ученик, встал и попросил:
— Пьер, скажи правду
Но Шушель стоял на своём. Исписанные листы ему отдали, и он начал читать. Спустя несколько минут встал доктор ван Эрменгем и громко сказал:
— Господа, у меня нет времени слушать плохую копию уже сделанного доклада.
Потом обратился ко мне:
— Мисс Лейла, мои поздравления, со своей стороны буду готов поддержать разработку вакцины, тестирование и саму вакцинацию
Все остальные тоже начали подниматься со своих мест. Я смотрела, как Шушель стоит на кафедре и руки его комкают исписанные листы.
Встал и главный королевский доктор и тоже обратился ко мне:
— Мисс, буду вас ждать для разговора завтра с утра.
Зачем-то наморщился и добавил:
— Не опаздывайте
Ушёл, даже не посмотрев на Шушеля.
Доктор Листер пошёл к Шушелю, а мы с Его Высочеством остались одни на скамье.
— Спасибо, Ваше Высочество, — улыбнулась я
— Я не мог этого не сделать, — ответил принц и тоже улыбнулся. И мне вдруг показалось, что мы с ним одни в этом зале.
— Что вы делаете сегодня вечером, …Лейла? — спросил принц, неожиданно обратившись ко мне по имени
— Хорошо бы съездить к доктору Тиндалю за лекарством, — сказала я, втайне надеясь, что принц именно про это и спрашивал
Но, как оказалось принц спрашивал не только про это, потому как он поставил мне условие:
— Я вас отвезу к Тиндалю, а вы за это со мной поужинаете. Как вам такое предложение?
— Я с вами и так поужинаю, Ваше Высочество, но от поездки к доктору Тиндалю не откажусь
Меня так и подмывало спросить у принца, свидание это или нет?
Но он опередил меня, очередным разом «заработав двадцатку из десятки» в моём личном рейтинге, потому как сообщил:
— У нас с вами будет деловое свидание
И неожиданно вернулись звуки. Кричал Пьер Шушель:
— Да сколько можно, сэр Листер, как появилась эта выскочка, вас словно подменили. Вот и сейчас все, даже новенький, бегают что-то делают, один я вынужден всю информацию выведывать.
Глядя на растерявшегося доктора Листера, мне захотелось что-нибудь кинуть в Шушеля, но, как назло, под рукой не было даже карандаша.
— Успокойтесь, Лейла, — сказал принц, видимо, заметив, что я в бешенстве, — берите доктора Листера и езжайте обратно в больницу. С Шушелем я разберусь, он больше вас не побеспокоит.
Принц сделал паузу и, весело взглянув на меня, сказал:
— Тем более, что вы скоро будете работать во дворце у Уислера
— Ваше Высочество, — начала я, но принц остановил меня
— Лейла, я знаю, что вы скажете, но давайте обсудим это вечером.
  
Глава 42
 
Принц кому-то кивнул и Шушеля вывели из аудитории. Я подошла к доктору Джозефу. На пожилого доктора было страшно смотреть. Он никак не ожидал такого от своего ученика.
А вот мне стало понятно, почему человек, который в общем-то помог медицине сделать огромный шаг вперёд, мучился от того, что его учение порицали всякие псевдомедики. Доктор Листер просто не мог себе представить, что так можно.
— Доктор Джозеф, поедем в больницу, — взяла под руку мужчину.
— Да-да, мисс Лейла, — пробормотал он
Мне не понравилась странная бледность кожи на лице доктора Джозефа, и я взяла его за руку, чтобы измерить пульс. Пульс был учащённым. Ещё доктор Джозеф прижимал руку к груди. Со стороны могла показаться, что он просто держит руку, но не мне.
— У вас боль в груди? — встревоженно спросила я
— Не беспокойтесь, мисс Лейла, сейчас пройдёт — попытался успокоить меня доктор Джозеф
Но пульс и весь вид доктора указывали на то, что у него явно был сердечный приступ и, как бы вообще не предынфарктное состояние.
У меня с собой ничего не было. Но здесь собрался весь цвет медицины.
Найдут же они аспирин и нитроглицерин. Да, эти лекарства были дорогими, потому как не так давно появились, но они были.
Усадив доктора на кресло, я побежала искать у кого можно было попросить препараты.
Схватила какого-то мужчину:
— Скорее-скорее, у доктора Листера сердечный приступ
У мужчины в руках был саквояж. Мельком пришла мысль, что и мне пора вместо сумочки носить медицинский саквояж, мало ли что может произойти.
Мужчина стал спускаться вместе со мной вниз.
— Вы знаете, что надо делать? — строго посмотрел на меня мужчина
— Да, — сказала я, — что у вас есть? Есть ли у вас аспирин* и нитроглицерин?
(*По одной из версий в 1897 году немецкий химик Феликс Хоффманн впервые получил образцы ацетилсалициловой кислоты в форме, возможной для медицинского применения. Bayer зарегистрировала новое лекарство под торговой маркой аспирин.)
— Вы уверены, что их можно совмещать? — спросил он меня, — всё-таки нитроглицерин больше от повышенного кровяного давления
Что интересно в саквояже неизвестного мне доктора нитроглицерин* был в форме… шоколада, это совсем недавнее усовершенствование, весьма дорогое, но гораздо более эффективное.
(*Уильям Мюррелл впервые использовал нитроглицерин при стенокардии в 1876 году; год спустя была разработана твёрдая форма препарата нитроглицерина в шоколаде)
Мужчина наблюдал, как я заставила доктора Джозефа сначала разжевать аспирин, потом засекла время, и минут через пять дала ему кусочек нитроглицеринового шоколада. Спустя несколько минут вид у доктора Листера стал получше, но так как на мой вопрос о том, есть ли ещё боли в груди он ответил утвердительно, то я дала ему ещё кусочек шоколада и попросила мужчину открыть окно.
Доктор Листер так и сидел на кресле, куда я его усадила. Кресло было удобным с подлокотниками. Шейный платок доктору я ослабила в самом начале и теперь, когда из окна потянуло свежим воздухом, а пульс уже не был таким частым, боль в груди тоже стихла.