Демон, дракон и другие личные проблемы (СИ)

  
Глава 14
 
Сессия в самом деле прошла легко. У нас к преподавателям было куда больше вопросов, чем у них к нам. Самым сложным заданием оказалось следующее: учитель выложил два предмета и предложил угадать, что из этого артефакт. Цельный деревянный кубик сразу отпадал, ведь составляющих всегда больше одного, поэтому я уверенно ткнула на какую-то изящную поделку, тройняшки без колебаний повторили мой жест, за ними и Мирта с Аленсой. У остальных студентов сомнений не осталось – они просто сделали то же самое, раз профессор принял наши ответы. Как и было обещано, на этом этапе никого не отчисляют, ведь деньги за учебу платятся ежемесячно, а вот в конце года наша группа уже будет не нужна – придет пора набирать таких же искателей личного счастья и связей.
Я не радовалась ни концу семестра, ни недельным каникулам. Вообще все выходные провела бы в библиотеке или бывшей спальне – работы у меня всегда было выше крыши. Артефакты копирования я освоила великолепно, перебрав все купленные экземпляры и найдя лучшую комбинацию. Серая ольха – основа, ручным сверлом полагается сделать отверстие и засыпать туда смесь трав. Запечатать специальным клеем, в который и можно добавить медной стружки. Конечно, если бы у меня было плавильное оборудование, то получилось бы изготовить амулет гораздо красивее. Но зачем красиво, если надо дешево и сердито?
Расстраивали меня вовсе не мелкие заботы и увлекательный труд, а время. Однажды я по глупости обозначила Гранту Абелю срок – и теперь сама удивилась, насколько быстро он наступил. И как-то так совпало, что дракон мне нравился еще сильнее, я с удовольствием гуляла с ним за руку часами, благодарила за любую помощь и мечтала, чтобы у моих будущих детей был именно такой папа… но становиться его любовницей до сих пор почему-то не хотелось. Но ведь это просто секс, да еще и с таким красавчиком – мне точно понравится! Именно с этой мыслью я и наведалась впервые в его спальню.
Грант удивился и скрыл радость. Он пригласил меня войти и предложил бокал вина. Отказываться не стала, осушила залпом. Но, наверное, местный алкоголь какой-то неправильный, поскольку вместо полного смирения я вдруг выдала нервным тоном:
– Я хочу родить тебе сына! Или дочку, тут уж как получится. Честное слово, так и задумала! Но только после учебы. Вот до тех пор предлагаю и отложить мое наложничество. Ты такой умный и хороший, любой разговор с тобой приносит удовольствие, постоянно мне помогаешь, а я жутко устала от всего, что на меня свалилось. Я хочу лечь с тобой в постель от искреннего желания, а не за какие-нибудь заговоренные артефакты или за то, что в трудный момент ты оказался рядом.
– Мне без разницы, – флегматично ответил Абель. – Мужчина обязан заботиться о своей женщине, а женщина должна расплачиваться с ним за это своей лаской. На этом мир держится.
Меня перекосило от очередной дикой формулировки. Но я все же постаралась терпеливо объяснить:
– Зато для меня разница есть. Если женщина принимает подарки мужчины и занимается с ним любовью от искренних чувств, то это здоровые отношения. Если же она спит с ним исключительно за эти подарки, то это проституция. Грант, я не перепутаю благодарность с настоящей любовью. Но если я и полюблю тебя всем сердцем, для начала мне нужно познакомиться с твоей будущей женой. Я даже не знаю ту девушку, но уже по какой-то причине обязана плюнуть ей в душу. Если ваш брак исключительно договорной, то мне действительно станет проще.
– Не слишком ли много условий? – его голос знакомо заледенел. – И опять тот же вопрос – ты кем себя возомнила? Предлагаешь мне ждать больше трех лет, пока ты наиграешься в свои артефакты?
– Грант, ну зачем ты так? – отчаялась я. – Оцени хотя бы то, что я пытаюсь быть с тобой честной, а не цинично использую! Я, может, для этого мира и дурная, но я ведь и с твоей точки зрения смотрю. Чего ты хочешь от женщины больше: ее сердце и все мысли или подмахивания – тысяча золотых за движение?
Подумав, он все-таки ответил:
  
– Что-то в этом есть… Твое сердце и все мысли должны быть моими по умолчанию. Но ты неправильная – сломанная детством и воспитанием. Хорошо, я готов тебя ждать! – От последнего обещания я едва радостно не завизжала, однако дракон разочаровал продолжением: – Я пойду на твои условия, если ты пойдешь на мои. Во-первых, ты должна остаться девственницей. Раз я тебе пока не нужен, значит, и другие мужчины не нужны.
– Справедливо, – согласилась я, хотя попутно подумала, точно ли Элея девственница. Скорее всего, она же была баронессой. А если и согрешила, то это уже не мои действия.
– Во-вторых, – продолжил Грант список требований, – ты прекращаешь отрицать, что являешься моей наложницей. А если представляешься новым людям, то говоришь об этом раньше имени. Твою метку восстановим при первом же визите в замок Абель. Не знаю, как вы со своим дружком это провернули, но теперь я тщательно проверю наличие посторонних заклинаний.
– Ну, можно, – менее уверенно приняла я и этот пункт. В конце концов, дракона больше всего раздражают удары по гордости, а раз я сама предложила ему договор, то обязана и на какие-то уступки пойти. Он же идет, хотя ему явно моя просьба крайне не понравилась.
– И в-третьих, – дракон заканчивал уже совсем тихим и спокойным голосом: – Ты больше не общаешься с Кьяром Ремером. Вообще. Никогда. Ни при каких обстоятельствах. Без споров и оправданий – просто не говоришь ему ни единого слова, а находиться можешь с ним в одном помещении только в моем присутствии. Я не глуп, Элея, и хорошо понимаю: не будь его поблизости, ты уже давно полюбила бы меня. Страсть к демону – это тяжелая болезнь разума, и я видел, как ты пыталась от нее излечиться. Но теперь вы снова постоянно третесь рядом, так выздоровление никогда не наступит.
Несмотря на то, что я сама видела в его словах логику, осторожно уточнила:
– Но благодаря Кьяру я сейчас могу с тобой говорить… Он успел остановить этих животных за секунду до пыток.
– Знаю, – Грант кивнул. – И выразил ему признательность, в том числе золотыми монетами. Тот случай – это мои отношения с ним, не твои. Итак, ты согласна?
А куда мне деваться? Он же и силой принудить может, а изнасилование собственной наложницы в этом безумном царстве явно не считается преступлением. Сейчас к месту будет вставить, что у нас с демоном уже запущен общий бизнес? Или что я получаю от этого сотрудничества больше, чем собиралась когда-нибудь заработать на артефактах? А Грант от злости не разлетится на тысячу черноглазых пузырьков?
– Согласна! – твердо соврала я, благополучно спрятав от него взгляд.
Это не совсем ложь… Вернее, ложь, конечно, но у которой есть объективное оправдание. У нас с Кьяром останутся чисто деловые отношения, при чем тут страсть? Грант ведь только одного и опасается – что желание рано или поздно перерастет во влюбленность. То есть если этого не случится – а этого совершенно точно не случится – выйдет, что слово я не нарушила.
Абель вмиг смягчился:
– Тогда согласен и я. Надеюсь, что ты стоишь каждой минуты ожидания. Иди ко мне, возлюбленная Элея, я собираюсь заставить тебя захотеть ускорить события.
Он усадил меня к себе на колени и долго целовал, да и ласки его можно было назвать откровенными, если бы мы оба не оставались в одежде. Видимо, решил меня таким образом окончательно приручить или разогреть кровь юной девы, не познавшей еще настоящего вожделения. Вообще-то, со своей точки зрения, он поступал верно – будь на моем месте настоящая Элея, она наверняка в очень скором времени потянула бы его в спальню. У меня опыта было все-таки побольше – потому я технично подыгрывала, а сама соображала, как теперь убедить Кьяра переселиться в подпольный кружок.
Обещаний-то я надавала с три короба. Именно поэтому той же ночью очень тихо вышла из своей комнаты и спустилась на нужный этаж. Стукнула два раза, боясь привлечь хоть чье-то внимание. Демоны, видимо, спят чутко, поскольку Кьяр все-таки открыл – снова заспанный, недовольный и полуголый. Странно все-таки, что умелые поцелуи Гранта меня так не заводят, как эта платиновая прядь, небрежно упавшая на гладкую грудь.