От звезды до звезды. Беглецы (СИ)

– Их нельзя допускать на корабль! Это угроза!
Голос киберика поднялся до тревожных частот.
– Да ну? – Рудольф вскочил с места и перехватил шокер. – Почему же? Что вы припрятали, какой еще хренов сюрприз?
– Мы… – Эал замолчала. Визор покрылся таблицами сверки. Потом динамик вновь заскрежетал. – Это соблюдение протокола безопасности. Согласно первичной программе юнитов.
Сайнжа заворчал, оттягивая плечо киберика назад. Йонге показалось, что он слышит треск серво.
– Значит этот протокол можно нарушить, – уже спокойно сказал механик.
Эал дернулась, свесила голову набок и забормотала. Голос звучал еле слышно, и все равно в этой мешанине можно было разобрать сортировку команд.
– Да, – наконец, сказала она. – Для нас первичная программа несущественна.
“Вот ты запоминай, запоминай, – Рудольф покосился на напарника. – Вот так это и случается – слишком много думать вредно! Она…”
Он запнулся и откашлялся. Йонге почувствовал дуновение сильнейшего волнения.
– Стоять, что значит п-первичная программа?
– Эти тела, – киберик хлопнула себя по груди. – Мы используем их. Но они для этого не предназначены. Они должны были управлять нами.
Сайнжа зарокотал.
– Рыба, ты говоришь, что вы стерли программы искусственных матриархов?
Эал вывернула голову так, что совершенно перестала напоминать человека.
– Да. Мы используем их с момента обновления.
Рудольф плюхнулся обратно в кресло.
Йонге стянул фуражку и обмахнулся. Ему вновь становилось жарко, а придавленный церебролином звон упорно маячил на самой грани сознания. Йонге был уверен, что сможет к этому притерпеться, но пока звон мешал. Даже слегка подташнивало.
– Мы должны улететь, – Эал повернула голову обратно. – Мы не знаем, сколько у нас времени. Мы можем быть опасны. Пожалуйста.
– Это я уже слышал, – сквозь зубы сказал Йонге. – Но если мы сейчас по-быстрому свалим, то за нами будет охотиться целый флот жаки. Понимаешь ты, рыбья голова, что вы зак-кинули нас в Метрополию?
– Синежопые усираются по соблюдению границ, – поддакнул Рудольф.
Йонге перевел дух. Сайнжа ворочал головой, поглядывая то на одного, то на другого.
– Главное, не выпендриваться, – продолжил Йонге. – Если они убедятся, что мы просто везем рыб, то отвалят. Все, хватит отсиживать задницы. Над-деюсь, у всех написано завещание?
– О господи, – Рудольф повесил шокер на место. – Успокойся и дыши ровно.
– Как я могу успокоиться с заразой на борту? И это не параноидальные фантазии!
– Мое завещание уже действует, – заметил Сайнжа.
– Ну хоть кто-то готов.
Йонге снял фуражку и бросил ее на консоль. Полюбовался на скачущие по пальцам искры и сжал кулак, раздавливая их. Рудольф поднялся и запихнул руки в карманы.
“Входящий запрос, компания «Sieg & Son», открыть?”
Иконка висела на экране, казалось, недобро подмигивая.
– Так, – зловеще сказал Рудольф.
– Открывай, – без промедления велел Йонге.
Душившая его злость распустилась в полную силу. Голограмма сформировалась, пару секунд подбирала цвета, и наконец представила Шеная во всем блеске. С красным лицом.
– Ах наконец-то! – выпалил туршк.
– Дождались! – рявкнул Йонге.
В секундной паузе Сайнжа с интересом клекотнул.
– Какого хрена, уважаемые? Вы срываете мне поставку! Это миллионная сделка!
– Шенай, вы долбанулись? Ваша гребаная рыба – это грязная бомба! Учтите, Шенай, это ваше модифицированное дерьмо отправило нас аж в чертову Метрополию! Если они докопаются — кранты вам всем!
– Какое дерьмо? – тихо, угрожающе спросил туршк. – Кто докопается? Где вы находитесь?
– В Метрополии! – повторил Йонге.
– Какого черта вы не на Сулар? – почти взвизгнул туршк, стремительно багровея до апоплексического цвета.
Йонге открыл рот, но слова встали поперек горла. Рудольф подошел ближе.
– Эй, але, уважаемый, – сказал он. – Вы подсунули нам какую-то мыслящую дрянь, которая буквально разваливается на ходу и утверждает, что она опасна!
 
– Что? Вы в своем уме? – Шенай оскалился, но тут же зримо взял себя в руки. – Ну все, уважаемые, теперь я добьюсь, чтобы вас вычеркнули из всех реестров…
– Сначала вашу контору отовсюду вычеркнут, – парировал Йонге, тоже приходя в себя. – Расследование проведем – и вычеркнут. Вы в колонию заразу послали! За наш счет!
– Кто вычеркнет, идиот? Вы не представляете, кто спонсирует этот проект…
Шенай запнулся. Йонге стряхнул искры с кулаков. Краснота на лице туршка стремительно сменялась бледностью, словно кто-то откачивал из него кровь.
– Кто выдавал груз? – почти придушенным шепотом спросил он.
“Ой-ей”, – обеспокоенно заметил Рудольф.
– Высокий такой тощий, – Йонге показал ладонью. – Сокером представился.
Туршк молчал целых несколько секунд. Йонге инстинктивно всмотрелся, пытаясь понять, о чем думает туршк, но бледное лицо оставалось неподвижным. Шенай даже не моргал.
– Я разберусь, – наконец сказал он. – Не вздумайте дать кому-либо забраться в этот контейнер. Делайте что хотите, но содержимое должно остаться внутри.
– Мать вашу, Шенай, что вы подсунули? – сквозь зубы поинтересовался Йонге.
– Не я, – поправил туршк. – Кто подсунул. А что – я разберусь. Сидите тихо.
Связь оборвалась.
Йонге тут же послал ответный вызов, но наткнулся на абонента вне зоны линка.
Сайнжа пошевелился за спиной киберика.
– Я не вижу причин, но чувствую запах страха, – протянул он. – Умансоо, что у вас случилось?
– Вкратце – мы влипли, – вежливо разъяснил Рудольф. – У нас на борту какой-то левак.
Сайнжа облокотился киберику на плечо и подпер нижнюю челюсть кулаком. Выглядело это так нелепо, что Йонге вынырнул из болота душной паники. Сайнжа щелкнул клыками.
– Продолжай, умансоо.
– Да это очевидно! – не выдержал Йонге. – Генетическая мафия!
– Почему генетическая? – растерянно спросил Рудольф.
– Потому что он упомянул про спонсора проекта. Кто-то ему эти материалы сначала выдал!
Киберик чуть повернула голову, визор начал лихорадочно мигать. Сайнжа заворчал и подвигал плечом. Словно собирался тут же вступать в бой с генетической мафией и всеми остальными преступниками галактики.
– Я, – торжественно сказал Рудольф, – намерен тут же встать и эвакуироваться.
– Ты и так стоишь, – заметил Сайнжа.
– Тогда я побегу!
Сайнжа грозно зарокотал, растягивая челюстные перепонки.
– Господи боже, – Йонге молитвенно сложил ладони, не глядя на тут же побежавшую по пальцам сетку разрядов. – Лишь бы нас не обвинили в биотерроризме!
  *
Легкий заградитель “Эскобаррель” грозно смотрел на них сразу двумя установками.
– Узнаю модели, передовые разработки, – проворчал Рудольф, глядя на обзорный экран. – Оружия-то! Тьфу, чтоб их. Фелиция, активируй все заслоны.
– Принято, первый механик, – мгновенно отозвался искин. – Щиты с первого по пятый, заслоны с первого по третий, перевести максимальную энергоподдержку со стержня на оборонный контур?
– Переводи.
Йонге не стал вмешиваться. Против крейсера щиты долго не продержались бы в случае чего, но он прекрасно понимал и разделял чувства Рудольфа. Висеть голышом, в одном слое противометеоритной брони было невыносимо.
– Ну что, господа, я в мастерскую, – Рудольф поднял фуражку и подул на белую поверхность. – С меня декорации ремонта, с вас – жареный лосось.
Эал заскрипела, вырываясь. Сайнжа наконец-то разжал когти. На пластиковом плече остались глубокие вмятины.
– Это проявление эмоции под названием “юмор”? Мы уже знакомы с ней, но плохо понимаем.
– Да, это плоский юмор умансоо, – довольно сказал Сайнжа. – А что буду делать я? Ант-ту-раж?
– Кого ты спрятал в морозилке? – с подозрением осведомился Йонге, сворачивая экраны.