От звезды до звезды. Беглецы (СИ)

– На что? – страшным голосом спросил Йонге.
– Не можем сказать, – так же спокойно ответила Эал. – Произвольный выбор маршрута. Когда мы приняли концепцию, предложенную вашим навигатором… – мгновение киберик молчала, почти как человек, что пугало еще сильнее. – Тогда мы осознали, что не хотим выполнять цель. Мы изменили ваш маршрут, когда вы были в состоянии…
– Когда мы спали, – осенило Йонге. – Когда ваша Саманта торчала у нас под дверью!
– Вот блядство, – с чувством сказал Рудольф.
Киберик бесстрастно смотрела на него.
– Вы находились в состоянии покоя и…
– Фелиция, карту сектора! – рявкнул Йонге.
– Спасибо, что не к пиратам… – начал Рудольф.
В воздухе развернулась система двойной звезды вместе с восемью планетами, движущимися по сложным орбитам. Крупная зеленая планета приблизилась, и сбоку всплыл пояснительный текст.
“Объединенный Протекторат жакийского блока Фузии.
Метрополия Сорбарр”.
  *
– МКР класса “Сигурни-4”, борт “Фелиция”, место приписки Найхави, поясните причину молчания по вызовам в течение последних десяти часов.
Жаки гнусил так занудно, что во рту становилось кисло. Остановить его было невозможно. Сначала он представился, затем зачитал все права и обязанности кораблей, попадающих в приграничную зону Протектората, прошелся по пунктам всех соглашений и только в самом конце перешел к чему-то, напоминающему диалог.
– Мы приносим извинения, – очень вежливо сказал Йонге. – В связи с неполадками в системе маршрутизации мы ошибочно вышли на данную точку. В настоящий момент мы производим устранение неполадки и как только восстановим маршрутизацию, сразу же покинем границы блока Жакии.
– К сожалению, при этом вами нарушены правила перемещения в границах блока жаки, закрепленные в поправке к общему порядку транспортного кодекса Фузии. Согласно протоколу…
Пока жаки начитывал протокол, Йонге перебирал варианты отступления. Рудольф сидел на консоли и нервно болтал ногой, кусая губы. В руках он крутил фуражку. Йонге еще раз поправил собственную. После всех перипетий внешний вид экипажа не просто оставлял желать лучшего, а пробуждал самые чудовищные подозрения. Поэтому единственным, что Йонге смог придумать для придания себе значимости, стала фуражка.
Вместе с напарниками в рубке находились Сайнжа и Эал. Хотя обоих Йонге предусмотрительно выпихнул за пределы голограммного обзора, такое количество свидетелей по-прежнему нервировало.
Еще больше нервировал пограничный крейсер жаки. Среди всех рас Фузии синекожие хрупкие жаки славились отчаянной ксенофобией, помноженной на паранойю, что вкупе заставляло обходить их блок стороной. Приграничные зоны охранялись, как сокровищница. А уж вторжение в звездную систему Метрополии, самого сердца блока, вполне тянуло на терроризм.
– …Предлагаем вам назвать истинную цель прибытия, в противном случае мы будем вынуждены потребовать от вас прохождения досмотра с целью убедиться в том, что вы не нарушаете…
Теперь последовал длинный список межрасовых норм экологического и транспортного контроля.
Помимо паранойи и ксенофобии жаки отличались немыслимой любовью к бюрократическим процедурам. Исключительно благодаря десятку международных протоколов и длительному аварийному состоянию “Фелиция” пока еще была кораблем с живым экипажем, а не осколками космического мусора.
Внимательно глядя на голограмму, Йонге вслепую набрал запрос и отправил его на второй экран.
“Коносамент в полном порядке?”
Эал тяжело шагнула вперед и сделала собственный слепок ввода.
“Да”.
“Киберики указаны как группа или как число?”
“Группа в количестве шести”.
Мысленно Йонге выматерился.
Рудольф беззвучно спрыгнул с консоли и подошел к экрану.
“Нельзя пускать на борт посторонних!” – уверенно набрала Эал.
 
“Нельзя корабли хакать! – яростно настрочил Рудольф. – Не рыпайтесь, пока из вас шпрот не навертели! Мы сами разберемся и все уладим!”
– Конечно, мы согласны, – вежливо сказал Йонге, дождавшись паузы в бесконечном перечне правил и предписаний, которые они теоретически могли нарушить. – Мы по-прежнему уверяем вас, что выход в вашу зону случаен, и вы лично можете убедиться, что мы являемся транспортным судном. Выполняем рейс на Сулар.
“Нет, – тут же отписалась киберик. – Отмените маршрут”.
“Уймитесь, шпроты, это ложь во спасение!” – отбил Рудольф.
– Предварительно вам необходимо выслать документы, подтверждающие порт назначения и описывающие характер грузоперевозки, – заскрипел жаки.
– Пожалуйста. Погрузочный ордер, коносамент, грузовая накладная, страховочный пакет, лицензия на осуществление грузоперевозки, копия разрешения на использование грип-технологий…
Йонге незаметно для себя тоже перешел на занудный тон. Оборвав монолог, он махнул рукой.
Добрых полминуты жаки изучал документы.
– Вы согласны с тем, что несанкционированный выход в пределах внутренней зоны Протектората с генно-вариативным грузом на борту может быть расценен как акт терроризма?
Йонге заморгал. Рудольф напротив него вытаращил глаза и приподнялся в кресле. Единственным вопросом пограничник жаки сразу же угодил в цель.
– Простите?
– В ваши намерения входила попытка проникновения на закрытую территорию с целью использовать груз для причинения вреда биосфере любой из планет, входящих в состав внутренней системы?
– Что? Нет, – Йонге едва удержался от крика. – Конечно нет! С чего это? Это рыба для разведывательной деятельности на колонизируемых территориях. У нас есть пункт назначения.
– Однако вы находитесь на территории Протектората, и ваше появление не одобрено…
– Да мы уйти хотим отсюда! – перебил его Йонге. – И в мыслях не было к вам заходить. Ошибка это, понимаете? Сбой маршрутной карты. Случайно выпали на ваш маяк!
Рудольф уставился на киберика со зверской рожей, делая обеими руками такое движение, словно сворачивал чью-то пластиковую шею. Сайнжа немедленно шагнул Эал за спину и положил обе руки ей на плечи. Киберик шевельнула антеннами.
Жаки, словно жутковатое зеркало, пошевелил подиями.
– Вы готовы подвергнуться досмотру и, при необходимости, карантину?
– Конечно, – спокойно сказал Йонге, пряча руки за спину. По пальцам скакали искры. – Можете провести досмотр и убедиться, что у нас все по документам.
Эал яростно замотала головой. Йонге стиснул пальцы так, что заболели фаланги мизинцев. С таким выдающимся грузом любой карантин был для них смерти подобен.
Жаки опустил взгляд. Его руки видно не было, но он явно формировал какой-то запрос.
– К вам будет выслан представитель досмотра таможенной службы, – сухо сказал он. – Любая попытка препятствовать досмотру, либо скрыть факты, касающиеся груза, будет расцениваться как правонарушение. Любая попытка оказать воздействие на представителя досмотра таможенной службы будет рассматриваться в качестве военного преступления. Доводим до вашего сведения, что пограничная служба имеет безусловное право открывать огонь. В случае отсутствия на борту грузов, могущих нести в себе угрозу благополучию граждан Протектората, вас не будут задерживать. В этом случае вам будет предписано покинуть границы Протектора наиболее удобным для вас способом в ближайшее время.
– Добро пожаловать, – совершенно искренне сказал Йонге.
Вместо синей физиономии появилась голограмма Протектората.
Йонге шумно выдохнул.
– Лишь бы в аквариум не полезли, – резюмировал Рудольф.
Валькирия дернулась, пытаясь вывернуться из хватки. Сайнжа заворчал, мышцы на плечах вздулись буграми.