Девочка, я тебя присвою. Книга 2 (СИ)

И запереть ее дома мог, если не вообще упечь куда-то подальше. Очевидно, мать за нее никак не заступается — я это еще на свадьбе понял. А значит, она даст отправить Кристину и в далекие дали.
Динка действительно наблюдает за мной и ходит по пятам. Она все еще надеется, что я перестану злиться на нее и вернусь.
Но я не злюсь. Я просто не люблю ее, но девушка меня не слышит. Она слишком привыкла ко мне и к мысли, что мы суженые друг для друга из-за навязывания этого брака с самого детства нашими отцами.
Пока не было в моей жизни Крис, пока я не достиг уже осознанного возраста и не испытал первое серьезное чувство к соверешенно другой девочке, я реагировал на это спокойнее.
Теперь же я готов был пожертвовать многим, чтобы иметь право любить того, кого выбрало мое сердце. Даже отказаться от благ, от денег отца.
У меня все в порядке с мозгами и руками, я смогу учиться и работать и сам себе на жизнь заработаю. Если цена благополучной жизни — моя поверженная голова и разрушенная судьба, то я — пас.
Но если я буду действовать напропалую, то Владимир в самом деле способен Кристине устроить несладкую жизнь.
Владимир — вторая причина, почему Крис открещивается от меня.
Он способен на многое. Он еще более жесткий и беспринципный, чем мой отец.
Отец Динки может заставить Кристину исчезнуть. И останется только надеяться, что не навсегда…
Этого нельзя допустить. Я сам себе этого не прощу.
Но отказаться от Крис?
Совсем?
Навсегда?
Никогда больше не посмеяться с ней и не услышать сарказма и подколок в мою сторону?
Никогда больше не смотреть в ее нереально красивые глаза с белыми ресницами?
Никогда больше не касаться шелка ее волос?
Никогда больше не чувствовать ее поцелуи и ласку?
Нет, это выше моих сил. Это сильнее меня.
Но что же нам делать?
Достал телефон и поискал в диалогах ее — все еще в черном списке.
Вырвал лист из тетради.
«Вынь меня из чс. Это важно! А то опять подойду так к тебе» — написал я, свернул листок и перекинул через плечо Кристины на ее парту.
Она обернулась на меня, а я указал головой на записку.
Она развернула лист, прочла. Потом скомкала его и сунула в рюкзак подальше.
А затем вынула свой смартфон и спустя еще минуту я увидел, что могу писать ей сообщения.
«Ну что опять?» — пришло от нее.
Я улыбнулся сам себе. Да, она опять ругается на меня, но все равно это маленький шанс наладить хоть какое-то общение. Пусть хотя бы так, по проводам… Совсем без нее я теперь просто не смогу.
«Ты помнишь про занятия химией? Мы обещали учителю выполненные упражнения. Я же тебе с алгеброй помог» — написал я, отправил и стал ждать ответа как приговора. Или помилования…
  
10
 
КРИСТИНА
«Архип, ты дурак, что ли? Я тебе только что объяснила, что контакты нам следует ограничить. А ты про химию… Придется тебе найти себе другого учителя»— написала я ему и отправила.
Мне казалось, он понял меня. Ну за что меня так мучить-то?
«Я не дурак. Я не могу отказаться от тебя, Крис. Фигово мне от одной мысли об этом, понимаешь?»
Я прочла и не ответила ничего. Снова в горле встал противный ком.
Снова плакать захотелось.
Понимаю, конечно, мне точно также фигово, но делать-то что?
Насладимся парой поцелуев, а потом расстанемся навсегда, потому что Владмир меня упечет в закрытый монастырь? Так себе перспектива.
Но отказаться в самом деле непросто. Между нами ничего толком и не было, но выкинуть из памяти эти поцелуи, объятия и ощущение, что ты встретил кого-то родного уже не просто.
Я почувствовала, как слезы снова побежали по щекам.
— Эй, что с тобой? — негромко спросила Катя, увидев, что я плачу прямо на уроке, уткнувшись носом в парту.
— Ниче-го… — хлюпала я носом, ощущая, как на меня накатывает самая настоящая истерика.
Тихо встала и вышла из класса. Мне нужно успокоиться. Я не хочу плакать при всем классе.
Дошла до уборной и закрылась в одной из кабинок. Закрыла лицо руками и заплакала.
 
Ну за что мне это все? Почему я должна отталкивать его, когда он говорит такие слова, говорит о любви, о том, как я нужна ему. Он мне тоже! Но разве я могу сказать, что все взаимно? Это все равно закончится ничем… Нет у нас будущего, и не будет.
Как мне с ним учиться теперь?
Это будет боль и мука изо дня в день.
Видеть его, но не иметь возможности ни коснуться, ни поцеловать, не иметь на это право, заставлять себя отказываться.
Это пытка, хуже инквизиторских.
Я не знаю, где я возьму столько сил, чтобы просто пережить это время до выпускного…
Потом я уеду и все забуду. Но сейчас мне нужно как-то жить.
Но как ему донести, что все очень серьезно? Он словно не понимает, опять лезет.
Он нас раскроет, и мне тогда конец.
Может быть, стоит все же рассказать как есть на самом деле? Что если он продолжит за мной ходить, то меня отправят очень далеко отсюда, и тогда он вообще меня больше не увидит? Зря я, наверное, решила показать себя сильной и самодостаточной личностью… В этом вопросе мне в одиночку никак не справиться. И Архип, пожалуй, должен знать правду, чем мне грозит его внимание.
Только я не уверена, что он и тогда оставит меня в покое, а я очень боюсь.
О своих чувствах нельзя говорить ни в коем случае.
Он не должен знать о том, что его тяга ко мне взаимная, иначе никогда не отступится.
Упертый… Наглый, привыкший получать свое. Он очень хотел бы меня присвоить, я это ощущаю. И что уж там скрывать, мне становится жарко от мысли о том, что я могла бы стать его. А он стал бы моим первым…
Но это абсолютно точно нас погубит.
И его, и меня.
Нужно что-то срочно еще придумать, чтобы Архипа от себя отвадить.
Если он не верит, что я его не люблю, надо найти того, кто сыграет роль моего любимого.
Скажу, что у меня вообще-то есть парень, и поэтому для него места нет в моем сердце.
Задумчиво постучала ногтями по двери кабинки. Слезы высохли, я смогла немного успокоиться. Кажется, я нашла единственно верное здесь решение — внушить ему, что его место занято и он мне не нужен. Тогда он успокоится и переключится на кого-то другого.
Парень рядом в роли моего не даст возможности подойти Архипу. Динка, мама, Владимир успокоятся тоже, решив, что я не общаюсь с их дрожайшим сыном Ветровых.
Есть у меня один старый знакомый, который мог бы мне помочь в этом вопросе. Мой бывший одноклассник. Мы неплохо общались, когда я ходила в свою старую школу. Может, он не откажет мне, если я попрошу его подыграть мне какое-то время. А потом мы «расстанемся». В большей части времени я могу просто врать, что гуляю с ним, а с самим «парнем» просто появиться пару раз на глазах Архипа.
Я судорожно втянула воздуха в легкие.
Решение принято. Теперь надо где-то найти силы, чтобы отыграть этот спектакль так, чтобы Архип поверил. Не прогибаться. Не поддаваться его губам и словам.
Я должна быть твердой как кремень.
Прости, родной, я делаю это для тебя…
Вынула телефон из кармана джинсов, куда запихнула его по дороге в уборную и нашла контакт Вити Соколова. Он даже был онлайн.
«Привет! Как ты? У меня к тебе есть дело. Мне нужна твоя помощь, Вить» — набрала я сообщение и отправила ему.
Ну вот, пути назад не будет.
Открыла кабинку и угодила из нее прямо в объятия Ветрова…
— Архип? — вздрогнула я от неожиданности, ощущая его горячие руки у себя на талии. — Ты что в женском туалете забыл?!
— Тише, — шикнул он на меня и втолкнул меня в кабинку школьного туалета.
Он закрыл ее на шпингалет и повернулся ко мне.
— Ты обалдел, Ветров? Ты чего творишь?
— Сейчас ты расскажешь мне, Кристина, и расскажешь правду: почему ты плакала сейчас на уроке?
  
11
 
— Потому что ты меня задолбал, Ветров! — заявила я ему и толкнула. — Ты даже в туалет за мной пришел. Совсем рехнулся уже? Выходи отсюда.