Академия Зла, или Сын для козла

Я встала, глядя на шкафы и полки.
– Мерзость, Гнусь, Ужас, Кошмар, Ипотека, Беспроцентный займ и… – позвала я, глядя как все вокруг зашевелилось. Занавеска на окне, книги на полке и одеяло на кровати. – Так, я никого не забыла?
– Мяу!!! – наперебой закричали котики, бросаясь мне под ноги.
– Жопу забыла! – напомнил сын, прижимая котенка к груди. – Она самая маленькая! Я недавно ее принес! Ой, и Кризис тоже должен покушать! Он самый скромный!
Я наколдовала огромную миску с кормом, глядя, как ее облепили со всех сторон.
– Но ты же любишь котиков! Ты так кричала, когда я их приносил! – заметил сын, пока я разворачивала магическую почту. – Но ты их кормишь!
– Эм… – заметила я, глядя на сына. – Разумеется, я их ненавижу! Просто…
Мой голос стал мерзким, как и подобает уважающей себя демонице.
– … просто я хочу, чтобы они все растолстели! Прямо как арбузы на спичках! А потом падали со шкафов и мучились! Мучились! – ответила я, пытаясь подать пример сыну.
Счет за воздух! Я разорвала конверт, выбрасывая его. Счет за вывоз мусора! Туда же! Проклятия от знакомых! Порчу пытаются навести! И занять двести душ! Ага, нашли милосердную! Пусть сами контракты заключают! Тоже выкинуть. Реклама беспроцентного займа: «Беспроцентный период – 1 секунда! На каждую последующую – 1000%».
Я вытащила письмо из Академии, сорвала печать в виде черепа с рогами и на всякий случай хвостом подтянула себе стул. Он очень пригодился!
– Не может быть! – ужаснулась я, хватаясь за сердце и плюхаясь на стульчик
– Что мам? – встревоженно спросил сын, пока я проверяла накопленные души.
– Это список того, что нужно купить! – обмирала я, хвостом пытаясь нашарить успокоительные капельки. Так, сначала пьем, потом читаем!
– Итак, нам нужно купить… – начала я, поглядывая в кошелек. – Собирайся! Мы идем …
Я кое-что прикинула в уме.
– Покупать мне все для Академии? – спросил ребенок, заглядывая в письмо.
– Нет, сынок! Тут только… Воровать! – вздохнула я.
 
Глава первая. Демоняшка
 
Если в аду и есть ад, то это были его врата. Раньше здесь проводились торжественные казни, потом вечерние пытки. Чуть позже здесь мучились грешники, которые в свое время воровали деньги из бюджета, выделенные на дороги. Они каждый день перекладывали брусчатку. Поверьте, даже у самых стойких демонов иногда шевелилось что-то похожее на сердце, когда они слышали: «Фигня, переделывай!».
Но никогда еще центральная площадь не видела столько горя, слез, истерик и ненависти, как в тот день, когда на ней открылся школьный базар!
Вы когда-нибудь себе представляли школьный базар демонов? Если нет, то не пытайтесь! А то еще грешить перестанете, чтобы на него не попасть!
– Тетради с виселицей! Тетради с виселицей! – кричала бойкая демоница, тыча всем подряд тетради. – Так, раз в руках подержал, то плати! Трогать руками тоже платно! Вот, видите, ценник висит? Что значит, дороже, чем купить? Ну тогда покупайте!
– Сынок, – прошептала я, глядя на моего мальчика, который смотрел на все это разинув рот. Держи маму за руку!
– Тетради с виселицей! – тыкали мне в лицо. – Двадцать листов! Отличная бумага из кожи грешников! Всего десять душ за тетрадь! Женщина!
Это она мне!
– Все теперь вы обязаны купить! Вы ее потрогали! – рявкнула на меня торговка.
– Я не руками. Я хвостом. Про хвост ничего не написано! – ядовито заметила я, хвостом перебирая кучку тетрадей.
– Мам! Я хочу с котенком, – заметил сын, показывая пальцем на единственную белую тетрадку с каким-то котенком. Я прямо удивилась, как она сюда попала! – Вот эту!
– Эксклюзив! Сто тысяч душ! – гордо заметила торговка, стряхивая пыль с тетради. – Уникальное предложение! Такой ни у кого не будет!
– Фу, – скривилась я, глядя на котенка. – Вы что? Шутите? Какой котенок? Бе! Мой сын просто пошутил!
– Я очень люблю котят, – вздохнул сынок, расстроившись неимоверно.
– Мучить и измываться, – поправила я, присматриваясь к тетради с картинкой в виде адского пламени и грешников. – А вот эту можете показать? Дай-ка я присмотрюсь! Ну-ка… Тебе нравится?
  
– Нет, хочу котенка, – вздохнул сынок.
– Никаких котят! Да чтобы я купила сыну тетрадь с котенком! Да вы с ума сошли! – рассмеялась я дьявольским смехом. – Бросьте!
И утерла кисточкой хвоста скупые слезы. «Насмешили!», – вздохнула я.
– Там еще со щенком я видел, – тихонько вздохнул ребенок, роняя слезы. – Я не хочу с оторванной рукой, с инквизиций я тоже не хочу!
Я низко наклонилась к тетради с костром инквизиции, повертела ее хвостом. Она лежала на самой вершине горки из тетрадей. Я наклонялась очень низко, словно плохо вижу, что на обложке.
– Устрой истерику, катайся по полу, – умоляла я, видя, как поступают другие демонята. Они визжали так, что было слышно даже на других кругах ада: «Купи!!! Хочу!!!».
Мой стоял, опустив голову.
– Ну, хорошо, мам, – вздохнул он, не пытаясь пнуть меня ногой. Родители пронесли мимо нас девочку. Она визжала так, что даже у меня заложило уши. Отец гордо смотрел на мать. Мать гордо смотрела на отца. Мол, смотрите, какое исчадье мы воспитали!
– Берем инквизицию! Просто мой сын очень увлекается историками! Помнишь, я тебе говорил: «А в кого ты вселишься, когда вырастешь?». И ты мне сказал, что в историка! – вздохнула я, платя деньги.
Мы отошли, а я выдохнула, глядя в глаза ребенку.
– На, держи своего котенка! – усмехнулась я, осторожно вытаскивая из-за пазухи вожделенную тетрадь. – Щенка я не успела! Вот если бы ты устроил истерику, как все нормальные дети…
– Спасибо! Мама! Можно я тебя поцелую? – на глазах ребенка выступили счастливые слезы. Я подставила щеку, аккуратно стягивая хвостом с прилавка зазевавшегося демона леденец.
– Черт! – закусила я губу, листая тетрадь. – Двадцать листов, говорила она! Четырнадцать! Эх! Кругом обман!
– Мам, а я хорошо капризничал? – спросил сынок, которому в руки упал леденец. – У меня получается?
Я смотрела на визгливого демоненка, который проклинал всех вокруг за то, что ему не купили пенал с мертвой головой.
– Да, ты молодец, – кисло заметила я. Ой! Что это? Так, я не поняла!
Я остановилась.
– Не может быть!
Рядом с огромной вывеской «Жаркие цены» толпился народ. Просто толпа без каких-то намеков на просвет. Я приложила хвост козырьком, пытаясь понять, что же там. Я решила попробовать протиснуться, но нас просто отпихнули. Я встала на цыпочки, пытаясь понять, на что тут налетели всем скопом!
Внезапно толпа отхлынула, а на прилавке осталась одна единственная книга: «Детишкам про души». И азбука для совсем крошек. «А – алчность, Б – безалаберность, В – властолюбие…».
И тут нам наперерез устремилась мамаша с дочуркой. Дочурка визжала и требовала купить ей тот пенал! Но мать держала ее хвостом, изредка гладя по маленьким рожкам.
– Последняя! – обрадовалась мать, пока я смотрела на ценник. И тут же схватила книгу.
– Ой, а можно я посмотрю, – заметила я, глядя демонице через плечо. – Ого! Ничего себе они тут заломили! За углом дешевле! Пойдем, сынок! Купим за углом! Там на тридцать пять душ дешевле! Пойдем!
Демоница повертела книгу и схватила дочку за руку, устремляясь за угол.
– Ой, а у тебя что? Шнурок развязался? – спросила я нарочито громко, начиная магией завязывать шнурки. Когда прилавок опустел, я уже расплачивалась за заветную книгу. Такой старый фокус, а еще действует! Кто бы мог подумать! И ведь кто-то на это ведется!
Два ноль в пользу мамы!
– Мам, а ты что? Украла тетрадку? – внезапно спросил сынок, пока я складывала в сумку книгу. Сумка открыла свою зубастую и хищную пасть, пропуская мою руку. Стоило мне только убрать руку, как хищная пасть сомкнулась.
– Погоди, тут между зубов что-то застряло! А нечего по сумкам лазить, – полезла я вытаскивать кусок чьей-то одежды между внушительных клыков. – А я –то думаю, почему сумка не закрывается? Ой, а тут что? Кариес? Да? Надо будет почистить зубы!