Беды с любовью (ЛП)

В конце концов, Эмма решила, что лучше всего будет действовать по шаблону:
Отправить каждому мужчине электронное или текстовое сообщение.
Спросить, есть ли у него время поговорить.
Приглашать их по очереди к Камилле.
Всё было не так плохо, как казалось.
В квартире Камиллы царила суетливая формальность, не позволяющая ничему казаться слишком интимным, и таким образом Эмма могла держать их всех в равных условиях.
Эмма начала с самого простого из них. Куропаткой в грушевом дереве8 её «Двенадцати дней бывших» был Клинт Макинтош, руководитель издательства, чьим самым большим преступлением в области отношений было то, что он был самым милым парнем на свете.
И Эмме потребовалось всего пять минут в его присутствии, чтобы вспомнить, почему их отношения продлились всего три месяца. Есть такая вещь, как слишком милый. Слишком улыбчивый. Слишком жизнерадостный.
А, может быть, дело было в ней. Да, вероятно, так и было. Тем не менее, Милый Клинт был раздражающе хорош.
— Так как это будет происходить? — спросил Клинт, после того как они обменялись обычными любезностями, и после того как Эмма намеренно проигнорировала пять упоминаний Клинта о том, что в данный момент он ни с кем не встречается.
— Ну, — сказала Эмма, заглядывая в свой блокнот. — По сути, я придумала три вопроса, которые задам каждому парню, а потом буду искать закономерности, совпадения и так далее. Но ты должен знать, что это делается не для того, чтобы критиковать своих бывших парней, — сказала она, сохраняя любезный тон. — Речь идёт обо мне. И я не буду упоминать ваши имена, поэтому я призываю тебя быть максимально честным, даже если это ранит мои чувства.
— Я никогда не раню твои чувства, дорогая, — сказал Клинт с широкой улыбкой.
Она заставила себя улыбнуться в ответ. — Хорошо, ты готов?
Он отставил чашку с кофе и откинулся в кресле в гостиной Камиллы. — Задавай.
Эмма сделала глубокий вдох. Даже при том, что это был всего лишь Клинт, даже при том, что она думала, что сможет полностью эмоционально отстраниться от всего этого, задать первый вопрос оказалось сложнее чем она думала.
Она не ожидала, что почувствует себя такой… уязвимой.
Но отказ от этой статьи означал бы позволить Кэссиди победить.
И какими бы вежливыми они ни были за бокалом вина в тот вечер, она ни за что на свете не позволит ему повлиять на её настоящее и будущее.
Он уже причинил достаточно вреда её прошлому. А она — его.
— Хорошо, первый вопрос, — сказала Эмма. — Какой была твоя первая реакция, когда ты получил от меня сообщение? Мы говорим о интуитивной реакции. Выкладывай.
— Счастлив, — сказал Клинт.
Эмма чуть ли не закатила глаза. Насколько она помнила, парень всегда был счастлив. Опять же, это была хорошая черта, даже отличная. Но после нескольких месяцев, проведённых с Клинтом, она начала скучать по нюансам настроения.
Клинт никогда не считал, что стакан наполовину полон или наполовину пуст. В его понимании стакан всегда был переполнен, всё время.
— Удивлён, конечно, — добавил Клинт к своему первоначальному заявлению. — Прошло сколько… четыре года? Но я был рад, что ты написала мне. Я рад сообщению от любого, кто оказал значительное влияние на мою жизнь.
Эмма записала это. Его ответ был немного слащавым, но кто знает? Может быть, это будет хорошим бальзамом для её самолюбия, когда она доберётся до парней, которые будут не так счастливы получить от неё сообщение.
— Хорошо, второй вопрос, — сказала она. — Когда ты думаешь о нашем совместном времяпрепровождении, что тебе больше всего запомнилось? Это может быть либо конкретный момент, либо общая атмосфера, либо просто… всё, что приходит на ум.
— Я помню, как сильно ты заставляла меня улыбаться, — сказал Клинт.
Она прикусила губу, чтобы не спросить, было ли время, когда он не улыбался.
— Но в основном, — продолжил он, — я помню, как сильно я хотел заставить тебя улыбнуться.
Это застало её врасплох. Эмма сделала паузу в своих записях и подняла взгляд.
  
Улыбка Клинта стала немного грустной, и внезапно Эмму поразило осознание того, что, возможно, Клинт не всегда был счастлив. Может быть, он просто очень хорошо умеет притворяться.
— Что ты имеешь в виду? — спросила Эмма. Она улыбалась. Разве нет?
— Не пойми меня неправильно, ты не была унылой или что-то в этом роде, — поспешил объяснить Клинт. — Просто… твои улыбки нужно было заслужить. И это была чертовски тяжёлая работа.
Он улыбнулся, чтобы смягчить удар, но Эмма почувствовала странную неловкость.
Она знала, что может быть… сдержанной. Но она любила смеяться не меньше, чем любая другая девушка. Она могла быть счастливой, весёлой и всё такое. Верно? Верно?!
— Хорошо, последний вопрос, — сказала она, внезапно загоревшись желанием поскорее закончить с первым интервью. — С твоей точки зрения, почему мы расстались?
Клинт наклонился вперёд с озорной улыбкой на лице. — Ах, хотел бы я знать. Видишь ли, Эмма, дорогая, ты бросила меня. И я, кажется, помню классическое "дело не в тебе, а во мне" прям как наяву.
Эмма постучала ручкой по блокноту. Она предвидела это. Во всех своих прошлых отношениях Эмма часто уходила первая, поэтому она знала, что это произойдёт.
Но сценарий, который она отрепетировала в своей голове, не казался ей адекватным, когда она смотрела на человека, о котором когда-то заботилась. Который когда-то заботился о ней, даже если это длилось всего пару месяцев.
— Не волнуйся, — сказал Клинт, подмигнув. — Я не таю обиду из-за этого.
Эмма улыбнулась в ответ. — Как будто для тебя это вообще возможно. Ты когда-нибудь таил обиду?
Он засмеялся. — Хорошее замечание. И нет. Думаю, я очень стараюсь не обращать внимания на то, что происходит. Так легче жить.
Эмма немного откинулась на спинку кресла и задумалась. Возможно, они с Клинтом не такие уж разные, как она думала раньше. Они оба делали всё возможное, чтобы справиться с не очень приятными моментами в жизни. Он придавал всему нарочито счастливый оттенок.
Эмма же решила держаться на расстоянии.
— Ты помнишь что-нибудь ещё о нашем расставании? — спросила она. — Что-нибудь интересненькое для моей статьи?
Он пожал плечами. — Ты была мила. Я оценил это. Сказала, что ты просто не в том состоянии, чтобы строить отношения, а я заслуживаю того, кто может выложиться на сто процентов.
Эмма записала это, хотя ей не нужно было этого делать. Так или иначе, это была та фраза, которую она произносила каждому парню, с которым расставалась.
— Ладно, Клинт, на этом мои вопросы закончены. Как я уже сказала, я обещала, что эта встреча не отнимет у тебя много времени, верно? Но если ты хочешь что-то изменить или добавить — это твой шанс. Помни, никаких имён, так что это не приведёт к тебе.
Он засмеялся. — Ты понимаешь, что ты либо невероятно сумасшедшая, либо невероятно храбрая, раз взялась за это?
Она улыбнулась. — Знаю. Я уверена, что первый вариант.
Он потянулся за чашкой кофе, выражение его лица стало задумчивым. — Знаешь, мне нечего добавить. Может, было бы что, если бы мы встречались дольше, чем пару месяцев, но у меня нет никаких обид, понимаешь?
Эмма наклонилась через журнальный столик и коснулась его руки. — Я рада это слышать, Клинт. Правда. У меня такое чувство, что эта статья расскажет обо мне гораздо больше, чем о каждом из вас.
— Возможно, — сказал он, изучая её. — Или, возможно, о тебе… и об одном из парней.
Она моргнула. — Что ты имеешь в виду?
Он по-доброму улыбнулся. — Просто я думаю, что в какой-то момент один парень должно быть, смог заставить тебя улыбнуться. И мне всегда было интересно, был ли это тот же парень, который заставил тебя перестать это делать.
Глава 11
— Ты могла бы упомянуть, что твой "спонтанный ужин" на самом деле был запланированным званым ужином на восемь персон, — сказала Эмма, обходя обеденный стол Джули и расставляя тарелки с салатом.