Перчинка для мажора (СИ)

— Зачем это? — смущённо спрашиваю я.
— Ты когда-нибудь изучала звёздное небо? — хитро прищуривается он, беря меня за руки.
— Нет, — улыбаюсь я.
— Думаю, сегодня у нас будет такая возможность.
Вейн подводит меня к тому месту, где крыша дома кажется особенно низкой. Потом забирается на бортики балкона и подтягивается наверх.
— Давай руку, Перчинка, — он свешивается вниз, протягивая мне ладонь.
Оглядываюсь по сторонам. Тут никого. Только мы.
Смотрю наверх и хватаюсь за его руку.
Карабкаюсь по ограждению балкона и залезаю на пологую крышу дома.
Вейн помогает мне встать на ноги, а потом тянет вверх — туда, где крыша становится ровной.
Добравшись до нужного места, он расстилает плед и жестом предлагает мне присесть.
Сажусь, продолжая неотрывно смотреть на любимого.
Он опускается рядом и обнимает меня за плечи.
— Я тоже хочу тебе кое-что сказать, — выдыхает он мне в ухо.
— Что?
— Ты у меня тоже первая, — его слова заставляют меня удивлённо поднять брови. Я знаю, что это неправда… ведь я видела девушек, с которыми он был…
— Вейн, не надо…
Но он не слушает меня, продолжая упрямо шептать:
— Первая из тех, кого я люблю.
  
Глава 17
 
Карен
Пальцы Вейна ласкают кожу. Вся трепещу от его близости.
Я не помню, было ли мне когда-нибудь в жизни так хорошо…
Кладу голову ему на плечо и вдыхаю запах его тела. Аромат кажется родным и хорошо знакомым. Вспоминаю, как воровала его футболки, когда мне было четырнадцать…
Ждала, пока он уснёт и прокрадывалась в гостевую спальню… Тихо сидела возле него и просто смотрела, как он спит. Во сне его красивое лицо казалось таким безмятежным… словно все то, что не давало покоя его буйной душе при бодрствовании, во сне разом отступало. Тогда я бы отдала всё на свете ради того, чтобы узнать, что ему снится…
— Такие яркие! — с восхищением говорит он, глядя в бездонную тёмную пропасть, что блестит на нас сверху яркими звёздными переливами.
— Да, — соглашаюсь я, тоже глядя наверх.
Моя ладонь ложится ему на грудь. Господи… я слышу, как бьётся его сердце… Прямо тут, под моей ладонью.
Ткань футболки кажется ненужной преградой, и я быстро запускаю руку в вырез, дотрагиваясь до пышущей жаром кожи.
Отчего-то эта близость кажется мне слишком быстротечной… Чудится, что времени у нас мало, что я не успею как следует насладиться…
Я снова прикладываю ладонь к твёрдым мышцам и слегка поглаживаю их.
Вейн рвано выдыхает.
— Подожди, Кари, — он накрывает своей рукой мою. — Постой…
— Что такое? — пересохшими от волнения губами спрашиваю я.
— Я не хочу, чтобы ты… — он запинается. — Чтобы ты пожалела…
Еле сдерживаюсь, чтобы не рассмеяться ему в лицо. Ха! Пожалела… Боги… он и правда не догадывается, как долго я об этом мечтала?
— Почему ты улыбаешься? — Вейн поворачивается ко мне в пол оборота. Заглядывает в глаза.
Смотрит так серьёзно, внимательно…
— Удивляюсь тому, какой ты глупый, — я запускаю руку в его волнистые волосы и слегка царапаю кожу головы. — Я очень давно хочу этого, Вейн, — тихо шепчу я, приближаясь губами к его уху. Тому, на котором поблёскивает серебряная серёжка в форме крестика.
Быстро провожу языком по мочке его уха, посасываю прохладный металл…
— Чёрт возьми, — Вейн прикрывает глаза от удовольствия.
А потом, вдруг резко разворачивается и вдавливает меня спиной в плед.
— Когда ты рядом, мне сложно себя контролировать, — горячий шёпот щекочет ухо. — И ты не представляешь, чего мне стоило держать себя в руках все эти годы. Ты особенная, Кари. Я никогда не встречал таких девушек, как ты. Все те, с кем я был, они… — он запинается. — Они были лишь суррогатом. Бездушной подделкой. Когда я был с ними, я всегда представлял только тебя, понимаешь…
Моё сердце бьётся так часто, что, кажется, вот-вот вырвется из груди!
О, Исусе! Как долго я мечтала услышать это от него…
Его ладони задирают коротенький топик. Жадно впиваются в рёбра, не давая мне сделать глубокий вдох.
 
Чувственные губы целуют шею. Язык пробегается по ключицам и спускается в ложбинку между грудей.
Всё тело горит огнём. Я начинаю часто дышать, приоткрываю рот, чтобы схватить немного воздуха, но он совсем не насыщает… Голова идёт кругом…
Вейн сминает груди, слегка приподнимая их, а потом тянет вверх топик, стаскивая его с моей головы. Торопливо расстёгивает лифчик. На секунду зависает надо мной, любуясь моей наготой. Так странно, но мне совсем не стыдно!
Наоборот, кажется, что сейчас всё происходит так, как нужно!
Его зрачки расширяются от желания.
Я призывно выгибаюсь в спине и дотрагиваюсь пальчиком до своего соска.
С губ срывается блаженный стон…
Ох… как часто я ласкала себя вот так… трогала в тех местах, где жаждала его прикосновений больше всего… Представляла, что это его руки гладят меня в самых интимных частях своего тела.
Я сжимаю затвердевший сосок сильнее. Почти до боли. И закрываю глаза, продолжая сладко постанывать.
— Господи, Кари… — поражённо хрипит Вейн. — Что ты творишь, девочка…
— Я так хочу тебя… — отчаянно шепчу я. — Я давно так делаю… сама с собой… представляю, что это ты…
Кажется, я слышу, как он рычит!
Вейн рывком стаскивает с себя футболку и накрывает меня своим жарким и твёрдым телом. Его рот накрывает торчащую вершинку.
— Ааах… — громко выдыхаю я, чувствуя, как по телу разносятся миллионы острых стрел. Кажется их острия впиваются в низ живота, заставляя всё внутри сладко сжиматься.
Его язык продолжает забавляться с моими сосочками — он нежно ласкает вершинки, потом, вдруг, дует на них, заставляя влажную от поцелуев кожу покрываться пупырышками, слегка прикусывает ареолу, и меня постреливает мощным током.
Между ног уже давно до неприличия влажно.
Хочется свести ноги плотнее, чтобы усилить мощную пульсацию.
Пытаюсь сделать это, но Вейн берёт меня за бёдра и резко разводит их в стороны, устраиваясь посередине.
— Не так быстро, Кари, — порочно шепчет он. — Сперва я хочу тебя слегка помучить…
Он подтаскивает меня к себе за бёдра.
Юбочка тут же задирается до талии, и я чувствую, как нечто твёрдое упирается в мои промокшие трусики.
Слегка приподнимаюсь и трусь промежностью о его стояк.
Вейн сдавленно хрипит и фиксирует мои бёдра, заставляя лежать спокойно.
Его пальцы преступно медленно чертят дорожку по моей коже… Обводят рельеф и подбираются к резинке трусиков.
Какое-то время они дразнят меня, не прикасаясь к заветному местечку.
Кладу руки ему на грудь и впиваюсь в выпуклые кубики пресса. Смотрю на него во все глаза… Боже… я хочу, чтобы этот момент никогда не кончался…
— У тебя всё мокрое, — голос Вейна кажется до незнакомого хриплым.
— Дааа, — стону я, когда он накрывает пальцем мой клитор прямо так, через ткань.
Он вдавливает в него подушечкой пальцев, а у меня чуть ли не искры из глаз выбивает. Дрожу от нетерпения.
Вейн внимательно смотрит на меня, ловя каждое движение моего тела. Нетерпеливо приподнимаю бёдра, напрашиваясь на продолжение.
Тогда парень, резко дёргает вниз моё бельё. Я охаю, когда чувствую прохладу на покрытых скользкой смазкой складках…
И тут же, следом я ощущаю там его горячее дыхание.
Его пальцы требовательно разводят в стороны нижние губки. Какое-то время он застывает, глядя на мою распахнутую киску, а потом быстро накрывает её своим ртом…
Мои глаза закатываются от неземного наслаждения, когда его губы всасывают в себя набухший желанием клитор.
Ладони сжимают плед до побелевших костяшек.
Я громко кричу, чувствуя, как от каждого движения его опытного языка, меня колет тысяча острых игл. О, боже… это невыносимо…
Закусываю губы, чтобы не сорваться на визг. Вейн прижимается ещё плотнее, его язык оттягивает чувствительную кожу клитора.