"Фантастика 2024-67". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Клинком.
И тот наверняка это знает. Потому и глядит выжидающе. Правда, никто не сказал ему, что хорошему магу клинок нужен скорее для вида. Да и вставать, чтобы заклятье кинуть, нужды нет. Сидя, оно даже удобнее.
Подали вино в тяжелом кубке, который Винченцо принял. Но пить не стал.
- Не доверяешь? – густые брови сошлись над переносицей.
- Простите, господин, но я был болен. И сила пока не стабильна. Мне нельзя вина.
- Тогда пей воду, - с легкостью согласился хозяин покоев. – Пей и рассказывай.
- О чем?
- О том, что тут творится. Моя сестра явно что-то недоговаривает. И мальчишка этот… - он скривился. – Мне сказали, у него невеста есть. Что за она? Откуда взялась? Пей, маг. Пей, говори и не вздумай солгать.
Подали воду. Тепловатую. Пахнущую болотом.
И слегка – травой.
Винченцо сделал глоток и с трудом сдержал улыбку. Все-таки, если жизнь и сталкивала Хальгрима с магами, то явно с не самыми сильными. И вправду забавно. Пытаться опоить того, кто полжизни провел в городе магов?
Да и Миара в свое время постаралась.
Так что воду Винченцо выпил.
И рассказывать начал. Отчего ж не рассказать-то?
  
Глава 7
 
Глава 7
На четвертый день Миха добрался-таки до окна и снял тяжелые створки. Теплый воздух ворвался в комнату, выметая ту тяжелую, дымно-травянистую вонь, которая в ней повисла. Он же сам, встав у окна, опершись руками на подоконник, просто дышал.
- Простудишься, - заметила Миара.
Кто бы сомневался.
Донесли.
Миха даже не разозлился. Смысл? В его комнате постоянно были люди. Слуги. Служанки. Раб, чье место было у порога, и он-то не покидал комнаты даже ночью, словно Миху панически боялись оставить одного.
Тогда, в тот самый первый день, заглянул барон.
И баронесса.
Ица, обряженная в тяжелый бархатный наряд, который она с видом презадумчивым расковыривала. Такхвар с медом и пожеланиями скорейшего выздоровления.
Снова барон.
Опять баронесса. Бледный, с трудом стоящий на ногах Винченцо, который, в отличие от прочих, не стал говорить, и вообще упал на стул там и сидел, буравя Миху взглядом.
- А что я? – сказал тогда Миха. – Сами напоролись.
- Вот уж точно.
Миара тогда выскользнула за дверь, но Миха уже успел понять, что далеко она не отойдет. И это несколько нервировало.
- Она предложила на ней жениться, - пожаловался Миха. То есть, жаловаться он не собирался, но прозвучало именно так.
Винченцо хмыкнул.
- Она всегда умела приспособиться к обстоятельствам.
И голову запрокинул. Закрыл глаза.
- И что мне делать?
- Думай. Я уже не хочу ничего и никому советовать.
- Она сказала, что есть какой-то ритуал. У магов. Что после него она уже не сможет вредить мне.
- Верно, - Винченцо не открыл глаз. – Но и пользу можно причинять так, что жить не захочется.
Он немного помолчал. Миха тоже. Говорить как-то было не о чем. А выгонять неудобно. Да и тогда Миха останется в окружении слуг, рабов и такой удушающе заботливой Миары.
- Ритуал действительно существует. Он был создан… давно создан. Очень давно. Именно с тем, чтобы связать узами мужчину и женщину. Чтобы уберечь обоих от тех, кто стоит за спиной. Его рода. Её рода. Всегда были сложности.
Миха подумал и согласился. Где их только, этих сложностей, не было.
- Сила связывалась. Судьба. Линии жизни. В исконном ритуале.
- Жили они долго и счастливо, и умерли в один день?
- Точно, - маг вяло улыбнулся. – Сейчас разделяют. Жизненные потоки. Кому охота умерать вслед за женой? Но ритуал все равно накладывает обязательства. На обоих. Знаешь…
Он определенно задумался. И думал, шевеля бледными пальцами. Долго думал. Подали ужин. Снова бульон, правда, густой и с мясом, разобранным на тончайшие волоконца. К нему – пару ломтей местного ноздреватого темного хлеба.
Кашу.
Мед.
Вареные яйца. В общем, именно то, что нужно было оголодавшему за день человеку. Жрать Михе, что характерно, хотелось постоянно.
- Я как-то прежде не задумывался, - Винченцо принесли молока. И пил его он с видом страдальческим. Но пил. – В этом ритуале много общего с тем, который использовали на тебе. Но есть и различия. Общее, полагаю, в ментальной составляющей. Он меняет разум.
 
Вот уж не было печали.
- Не столь радикально, но появляется привязанность. Обоюдная. Мой отец любит… любил своих жен. И братья тоже. В определенной мере. Заботятся. Защищают. Хотя нет, любовь – не то слово. Сложно подобрать. Знаешь, теперь многое видится иным. Для этого надо было умереть. Но не жалею. Обряд… по городу ходили упорные слухи, что во время обряда более сильный маг может выпить более слабого. Что порой маги из числа великих брали в жены простолюдинок. Одаренных. По обряду. Но ни одна обряда не пережила. А маг прибавлял сил.
И почему Миху это не удивляет?
Но он молчит.
Ест суп.
- Только насколько это правда, не скажу. Слухов всегда ходит много. Факты… то, что творится в башне рода, остается в ней. И вряд ли Миара рискнула бы вновь. Сейчас она слаба.
Вот уж слабой она не выглядела. Уставшей – это да, но не слабой.
- Тогда зачем?
- Говорю же. Обряд меняет. Мой брат не слишком рад был женитьбе на женщине из рода Хаммас. Она была не слишком красива, да и умом не отличалась, как и силой. Но он подчинился воле отца. Тот сам проводил ритуал. И когда брат вышел, он смотрел на жену иначе. Это и вправду крайне сложно объяснить. Не было восторга, нет. Или восхищения. Этой вот безграничной любви, которая появляется после использования «Верного рыцаря». Скорее уж он её принял, как родного человека.
Понятно, что ни хрена не понятно.
- Возможно, Миара на это и рассчитывает. Кстати, Айя Хаммас тоже стала относится к брату иначе. Больше никто не видел слез на её лице. И не слышал дурных слов о нем, хотя характер у него сложный.
- Я не маг.
- Именно. Но сила в тебе имеется. В теории её хватит на проведение ритуала.
- А на практике?
Винченцо пожал плечами.
- На практике все сложнее. Во-первых, ритуал проводит старший в роду.
- Отец?
- Отец умер. Мой брат далеко. Да и не согласился бы он. Но у нас есть малая Печать, в которой хранится эхо силы рода. Её должно хватить.
- В теории.
- Именно. Ты хорошо все понимаешь, - склонил голову Винченцо. – Добавь, что ни я, ни Миара не знаем тонкостей ритуала. В общих чертах – да. Допускаю, что у нее есть записи отца или еще кого-то, но опять же, сколь можно им верить?
Именно.
Им.
И самой Миаре.
- Зачем ей это надо? – пожалуй, именно этот вопрос волновал Миху сильнее прочих. Потому что, как ни крути, стоило признать, что она могла найти и партию получше.
Тот же Арвис.
И при бароне. И при оружии. И состояние худо-бедно имеется. Правда, он может оказаться женат, но что-то подсказывало, что Миару, появись у нее столь странное желание, это не остановило бы.
- Сложно сказать. На самом деле я плохо понимаю её. Никто, наверное, не понимает. Целители… они все самую малость свихнувшиеся. Не их вина, конечно. Скорее уж беда. Их учат так, что остаться нормальным шансов нет. Да и… там нет нормальных. Не выживают.
- И ты?
- И я, - Винченцо заглянул на дно кубка с молоком. – Сейчас я слаб. Вот и не думаю, что говорю. Не слушай. Или слушай. Как тебе хочется. А что до Миары, может, она и вправду защиты ищет.
- Ей и защита?
- Да. Она может убить. Способна. Без метаний. Сомнений. Угрызений совести. Она и убивала. Нет убийц более искусных, чем целители. Это все знают. И боятся подобных ей. Но и она бывает беззащитна.
- Она могла бы найти кого-то получше.
- Вряд ли, - он встал, пусть и движения давались ему тяжело. – Кого? Кого-то из людей? Они не рискнут связываться с магом, тем более таким, как Миара. Маги? Они потребуют провести обряд, и поверь, будут использовать его по полной. Ты же довольно мягок. И жалостлив.