"Фантастика 2024-67". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

Это не прозвучало похвалой.
- И мною можно будет манипулировать.
- Всеми можно манипулировать, - Винченцо пожал плечами. – И люди этим пользуются. Родители манипулируют детьми. Дети – родителями. Мужья женами и наоборот. Так что… разве что Миара будет делать это куда более умело. Ты и не почувствуешь.
- Это-то меня и пугает.
Винченцо рассмеялся, показалось, вымученно. Хотя и сам Миха устал от этого разговора.
Решение он принял. Давно уже принял. Наверное, даже сразу.
- Если я откажу, она обидится.
- Да. Она все-таки женщина. А женщин ранят мужские отказы.
- И будет пакостить?
- Всенепременно. Убить не убьет. Более того, ты рискуешь быть самым здоровым человеком в округе, она все же не самоубийца. Но…
- Жизнь испортить сумеет.
- Точно. Видишь, стоило умереть, и мы стали хорошо понимать друг друга, - он потер шею и пожаловался. – Когда я засыпаю, я умираю снова. Каждую ночь. Это неприятно. Маковое молоко и то не помогает.
- Маковым молоком не увлекайся, - предупредил Миха.
Ему только наркомана глубоко одаренного не хватает для полноты ощущений.
- Знаю. На нас многое или не действует, или действует иначе, чем на обыкновенных людей. Тем более все равно не помогает. Поганые ощущения.
- Я могу чем помочь?
- Вряд ли. Это как-то связано с сакхемскими барабанщицами. И вообще всем. Надо разбираться, но пока сил нет. Извини. И я скажу ей сам, ладно?
- Спасибо.
- Все-таки она моя сестра.
- У вас вроде братья имеются, - не то, чтобы Михе было так уж интересно, но отвлечься хотелось. Да и не мешало бы побольше узнать об этих самых братьях, которые могут заявиться и потребовать магичку.
Что Михе тогда делать?
Разумно было бы отдать, но, кажется, разумность – это не про него. Во всяком случае мысль о таком вот компромиссе и невмешательстве в дела семейные показалась отвратительной.
- И сестры.
- О сестрах она не упоминала.
- Они не стоят упоминаний, - отмахнулся Винченцо. – Из законных лишь одна, да и ту года два отдали в другую семью. Это была весьма выгодная сделка. Во всяком случае отец остался доволен.
Нет, все-таки долбанутый тут мирок.
На редкость.
- Братьев тоже много. Точно не скажу, сколько. Каждый год появлялся кто-то, но от рабынь и… город – поганое место, - он прикрыл глаза. – Моя мать была рабыней. Красивой. Её отец долго держал. Даже позволил оставить меня.
- Любил?
- Не уверен, что мы в принципе способны на любовь. Сила, она ведь дается не просто так. Ничего не бывает даром. А когда начинают учить, то любовь и прочее… это все быстро уходит. Не важно. Я помню её. И это больше, чем есть у многих, кому не повезло родиться одной со мной крови.
Дышит он спокойно. А Михе вот опять есть хочется. После пробуждения ему постоянно хочется или жрать, или спать. И остается верить, что это – временно.
Что отойдет он.
Поправится.
И станет нормальным человеком. Относительно нормальным. В рамках, так сказать, окружающего трэша.
- Дети бывают от законных жен и прочие. Мой брат Теон рожден второй женой отца. Старшая как раз произвела на свет девочку, ту, которую отдали в другой род. Она оказалась не слишком талантлива, что отца разочаровало. Впрочем, жену свою он не обидел. У нее свой этаж в башне, прислуга, двор. Она получает подарки и все то, что должна получать законная супруга. Но вторая родила Теона. Третья оказалась бесплодной. Как ни странно, но такое тоже часто случается. Миара полагает, что дело в силе, что не всякая женщина способна выносить одаренного ребенка. Четвертая родила Алефа.
Миху передернуло.
Бедный мужик, этот покойный ныне маг. Тут с одной бабой хрен сладишь, а тут четыре.
- Теон старший. Боги щедро наделили его силой, хотя Миара полагает, что ему не помешало бы и немного ума. Но она предвзята. Законные дети… живут. Даже если случится им появиться на свет обыкновенными, им находят дело. И долю в наследстве. Они – часть рода. Слава его. Сила его.
- А ты?
- А я… когда-то мне казалось, что я сделаю все, лишь бы меня однажды признали частью этого рода. И я сделал.
 
- Признали?
- Да.
- И как?
- Оказалось, что ничего-то это не изменило. Может, для посторонних я и стал одним из Ульграх, но для Теона и его жен, как и жен моего отца, я так и остался перспективным ублюдком. Таким, который улучшит кровь и породу. Если, конечно, позволят.
- А…
- Это лучше, чем стать рабочим материалом, как случилось с иными.
- В смысле?
- Быть магом непросто. Иногда случается, что сила меняет тело. И не всегда эти изменения на пользу. Как-то после неудачного эксперимента у Теона сердце стало сбоить. Пришлось менять. А легче приживается орган родственной крови, чем взятый у рабов. Вот и… бывают проклятья, несмотря на все предосторожности. Яды. И многое иное, что можно излечить, но и у лечения есть своя цена.
- То есть, - уточнил Миха. – Тебя твой брат на органы пустит?
- Скорее уж на ритуалы. Есть способ забрать силу. Крайне неприятный. Не хотелось бы, - эта улыбка походила на оскал. – Но не думай. Я давно нашел способ избежать подобной участи. Есть яды, с которыми и целители не справятся.
- Суицидник хренов, - проворчал Миха.
А маг рассмеялся.
И встал.
- Иногда смерть – это самый разумный выбор.
  
Глава 8
 
Глава 8
Он ушел.
А Миара вернулась. И Миха напрягся, ожидая разговора. Ему и там было сложно разговаривать с женщинами на такие вот темы. Тут и подавно.
Но она ничего не сказала.
И сделала вид, что все именно так, как должно быть. Убрала со стола. Поставила кувшин с травяным отваром. Травы были горькими, и мед, которым их приправляли, мало спасал от этой горечи. Зато она прогоняла туман в голове, и слабость тоже. И ноющие мышцы успокаивались.
Миара ушла.
А Миха остался. Следующие дни так и потекли, до отвращения одинаковые и тоскливые, потому как разговорами его отвлекать было некому. В тишине же в голову лезло всякое. В том числе и память.
Дом.
Родители.
Братья, которые встретятся на его, Михи, похоронах. Порой вялая надежда, что на самом деле он не умер. В какой-то момент она даже сменилась желанием проверить. Может, если он помрет здесь, то вернется? Домой? И желание росло, сделалось почти невыносимым, тогда-то Миха и открыл окно. Нет, конкретных планов у него не было, просто понял, что еще немного и задохнется. Но стоило выбить ставни, глотнуть воздуха, и это желание умереть исчезло.
А потом появилась магичка с вопросом и все окончательно вернулось на круги своя.
- Злишься? – Миха все-таки не выдержал.
- Нет. Скорее думаю, что делать дальше, - Миара опустилась на стул. – Пока есть еще время что-то сделать.
- И много его? Времени?
- Понятия не имею. Как дела пойдут. В городе у меня остались знакомые, но я не уверена, что это только мои знакомые. Отец не доверял Теону. Никому не доверял. Возможно, когда понял, что происходит, то попытался ввести в курс дела, но времени ему бы не хватило. Понять он должен был бы уже после моего отъезда, иначе я бы тут не сидела. А за пару дней, даже недель всего не успеть. Следовательно, до многого Теону придется доходить самому. Это его займет. Как надолго? Полгода? Год? В идеальном варианте и на несколько лет затянет, но я бы не рассчитывала. Он сильный. И Алеф его поддержит. Еще придется разбираться с союзниками и малыми кланами, завершать проекты, выполнять обязательства. Совет вновь же не упустит случая потеснить Ульграх. А грызня в нем затягивает.
Внизу царило какое-то нездоровое оживление. Люди суетились. И пусть Михе видна была лишь часть двора, но то, что происходило там, не могло не привлечь внимания.
Кто-то приехал?
Гости?
- Однако рано или поздно Теон восстановится настолько, чтобы попытаться вернуть нас.
- На кой вы ему сдались?
Что-то в столь горячую родственную любовь, которая не позволяет отпустить сестру, не верилось.