"Фантастика 2024-67". Компиляция. Книги 1-22 (СИ)

А ведь смех у нее красивый.
И сама.
Нет, Миха невсерьез. Миха не собирается совершать такую глупость, как эта женитьба.
Ни в жизни.
Но узнать-то стоит.
  
Глава 6
 
Глава 6
Сумерки. Блеклые пока. Солнце зависло над дальним лесом, того и гляди упадет в колючие его сети. Распаренный воздух остывает, и камни крепости с благодарностью отдают ему свой жар. Дышится еще тяжело. Пахнет навозом, скотом, людьми и всем сразу. Над кузницами поднимается дым, мешаясь с едкой вонью от бочек, что выстроились перед кожевенной мастерской.
Это все там, за спиной, скрытое от взглядов гостей.
Да и нет им дела ни до кожевенной мастерской, ни до кузниц, ни до скотного двора.
Винченцо поежился.
Холодно.
В последние дни он мерз, несмотря на то, что дни эти выдались на диво жаркими. И вот теперь с трудом удерживался, чтобы не сунуть заледеневшие пальцы в подмышки. И чувствуя его слабость, баронесса обернулась. На лице её бледном читалось беспокойство, и еще неуверенность.
Раздражение.
Она считала Винченцо виноватым, и будь её воля, избавилась бы. К счастью, баронесса соблюдала правила игры. Хотя бы прилюдно. А потому подчинилась воле сына.
Винченцо склонил голову, и улыбку изобразил. Вряд ли получилось обмануть. Баронесса показала себя женщиной умной и проницательной, но на них смотрели.
Стража.
Слуги.
И гости тоже смотреть станут. Винченцо поднял руки и подул. Дыхание ненадолго, но согрело пальцы.
В этот миг затрубили рога. И баронесса отвернулась. Теперь взгляд её был устремлен на гостей. Она выпрямилась, вытянулась, стараясь казаться немного выше. В белом вдовьем платье она походила на призрака, а рогатый чепец с вуалью делал её голову несуразно огромной.
Винченцо поежился.
Все-таки холодно. Или это просто длительная потеря сил сказалась? Миара не могла ответить ничего внятного, да и он не спрашивал.
Как-то… изменилось все.
К лучшему? К худшему? Нет, им не запрещали видеться. Даже не заперли, не говоря уже о большем, что само по себе настораживало. И встречи были. Какие-то неловкие, неудобные.
Были и разговоры.
Ни о чем.
И смутное недоумение, раздражение, которое крепло с каждой минутой, а еще желание оказаться как можно дальше. Чувство вины.
Тоска непонятная.
Стоило уйти, и чувство вины разрасталось до невероятных пределов. Стоило вернуться, и вновь же появлялось желание сбежать. Не только у него. Миаре тоже в тягость были эти встречи. Винченцо чувствовал.
И к гостям она не вышла.
Она вовсе стала избегать людей. Может, и к лучшему. С гостями так точно.
- Рада приветствовать тебя, дорогой брат, - голос баронессы был полон сил и уверенности. – И благодарю тебя, что отринул ты заботы, дабы разделить со мной печаль и помочь слабой женщине, оказавшейся в обстоятельствах столь затруднительных.
Она шагнула навстречу мужчине, который спешился первым. От прочих его отличал, пожалуй, богатый плащ, наброшенный поверх кирасы. И сам доспех был непростым. Винченцо издали ощущал флер силы, над ним витавший.
- И я несказанно счастлив, что боги судили нам встретиться! – громовой голос гостя заполнил двор. – Позволь заключить тебя в объятья, сестра…
И не дожидаясь позволения, сгреб баронессу.
Он был высок. И широк в плечах. Полон сил и жизни. А еще Винченцо ощутил слабую искру дара. Интересно. Об этом баронесса не упоминала. Не знала? Не сочла важным?
- А это твой сын? – взгляд гостя остановился на юном бароне, который пусть и пытался держаться с видом независимым, но совершенно терялся рядом с рыцарем. – Вижу! Боги подарили тебе сильного сына.
Сказано эти было задумчиво.
- Его приняла корона, - а теперь в голосе баронессы послышалось предупреждение.
- Я рад встрече, - сухо ответил мальчишка, и взгляда не отвел. Напротив, шагнул и протянул руку. – Жаль, что не случилась она ранее.
- И мне, - руку сгребли и сдавили.
Но на лице мальчишки не дрогнул и мускул.
- Но теперь-то мы все исправим! – гость выпустил руку и хлопнул барона по плечу. – Ты потерял отца, и я не сумею заменить его. Но я постараюсь научить тебя всему, что знаю.
 
А стало быть, надеяться на скорый отъезд не стоит.
Винченцо вновь подул на руки, раздумывая, сколь еще продлится нынешнее представление.
- Поверь, ты можешь быть уверен, что владения твои в надежных руках. Девочки! – рыцарь обернулся к людям, его сопровождавшим.
Десяток.
Десяток чужаков, не связанных клятвой. Опасно. Слишком опасно. Но и повода выказать недоверие нет. Винченцо пошевелил пальцами, выплетая нить заклинания. Сила слушалась, хотя и с трудом.
А за стенами еще сотня лагерем становится.
Гость пока готов соблюдать неписанные правила, но как долго продлится эта игра? И когда та сотня наемников окажется по эту сторону стен? А главное, что делать самому Винченцо?
- Вы не знакомы, но я решил исправить это упущение… дорогая, ты помнишь Алисию? Это моя младшая жена.
Она была юна и прекрасна, что вряд ли понравилось баронессе.
И почтительна.
Леди Алисия склонилась, выказывая уважение хозяйке дома.
- Несказанно рада знакомству, - прозвенел тонкий голосок. – Я много слышала о вас, леди Бригитта. И благодарю богов, что в милости своей позволили они увидеть вас.
Тошно.
Почему-то ложь сейчас чувствуется особенно остро. Как песок в туфлях.
- Я тоже очень рада, - сухо ответила баронесса, протягивая руки. – Мой дом – ваш дом. Девочки, вы выросли.
- Леди Арианна, леди Мирианна, - леди Алисия отступила, позволяя падчерицам подойти. А ведь она немногим их старше.
И девицы хороши.
- Мне показалось, что нашим семьям стоит сблизиться, - пророкотал рыцарь. – И как знать, вдруг дети глянутся друг другу.
Тонкие. Изящные.
И в нарядах роскошных. Золото волос скрыто сеткой.
На головах чепцы, не такие рогатые, но высокие, словно башни.
На шеях – жемчуга. Пальцы переливаются драгоценными камнями, как и наряды. Хорошие девушки из хороших семей. Вот только юный барон смотрит без должного восторга.
Скажет?
Нет, не здесь. Не стоит сеять в сердцах слуг сомнения. А ведь за встречей многие наблюдают.
- Это будет просто замечательно, - баронесса мягко улыбнулась. – Но уже поздно. Прошу вас. Ваши покои готовы.
Позже, в той самой зале, которая многое успела повидать, ныне убранной и наряженной к приходу гостей, разговор продолжился.
Обо всем.
Только не о том, что важно.
Рыцаря звали Хальгрим. Второй сын, надежная опора для брата и отца, владелец замка и земель, которые весьма богаты, но не настолько, чтобы не желать большего. Его желания были видны, как на ладони. И не только Винченцо. Они проскальзывали во взгляде, которым Хальгрим окинул зал, задержавшись на гербе рода де Варрен. В движениях. В голосе. В том, сколь спокойно и уверенно отдавал он приказы слугам. И те спешили исполнить.
Хальгрим занял место по правую руку барона.
- Надеюсь, ты не возражаешь, мальчик, - прогудел он. Даже избавившись от доспеха, он производил впечатление. Огромный, полный жизненной силы человек. И рядом с ним баронесса гляделась слабой, да и мальчишка тоже. – Все-таки я твой наставник.
- Еще нет, - сухо ответил Джеррайя де Варрен.
По правую его руку села баронесса.
И уже рядом с нею – юная невеста барона.
- Это дело недолгое, - Хальгрим махнул рукой. – Эй вы там, чего заснули! Что-то твоя дворня, сестра, совсем от рук отбилась. Запустила ты хозяйство.
- Я болела.
- Да, да, слышал. Ничего, Алисия поможет. Так вот, завтра прилюдно принесешь клятву. Сила в тебе есть.
Откуда знает?
Видит? Или скорее ощутил эхо её, пусть собственный источник юного барона лишь пробудился. И значит, о собственном даре Хальгрим знает, более того, худо-бедно, но умеет пользоваться.
- Боюсь, не выйдет, - Джеррайя махнул рукой, и слуги засуетились. На столах, и без того заставленных едой, появились запеченные целиком поросята. С кухни несли жареных фазанов, горки перепелов, фаршированного травами лебедя.