Наедине с драконом. Поцелуй, или проиграешь
Уже лёжа в постели, я прокрутила в голове все события ночи и всё-таки признала: сработала я чисто. У декана нет и не будет причин подозревать, что кто-то пробрался к сейфу и «переписал» ответы, а значит, тест мы с девчонками сдадим.
До теста три дня. В том же, что касается шифровки и шестигранника, их нужно показать Эльвару. Ну а кому ещё? Не в родительское же поместье их везти. Поместье далеко.
На этой мысли я успокоилась и благополучно уснула. Даже дракона с его вопиющим поцелуем не вспоминала – в голове стало пусто и хорошо.
Зато утро встретило жуткими новостями: возникло подозрение, что, возвращая вещи в сейф, я всё-таки задела одну из незримых нитей и поймала проклятие. Некритичное, но страсть какое неприятное. Пустяковое для всех, кроме меня.
Силовые импульсы. Те самые, что периодически пробегают по земле или по воздуху и напоминают яркие серебристые полосы. Это сгустки, в которые собирается рассеянная в воздухе магия, и из которых черпают силу те, кто умеет так её черпать.
Обычное, совершенно безобидное явление, но я боялась этих импульсов с детства. Лекарь-мозгоправ называл это фобией.
Импульсы всегда проходили где-то в стороне, но этим утром по дороге в столовую я подверглась настоящей атаке. Сначала один, бежавший по земле, резко изменил направление и изогнулся в мою сторону. Потом, возле самого корпуса, уже воздушный тоже изогнулся и прошёл в каком-то сантиметре от меня.
Я визжала так, что могла бы посрамить любую охранную систему. Сокурсники и прочие адепты сначала пугались, потом смеялись, а я…
Нет, мне было не смешно. Когда крошечный, почти невидимый импульс задел меня на лекции, а декан Гамиус, который эту самую лекцию вёл, уставился пристальней не бывает, я поняла: нет, не совпадение.
– Девочки, я, кажется, вляпалась в одно из проклятий, – шепнула подругам.
На следующей перемене Эмилия сбегала к проклятийщикам и выяснила, что да, такое бывает. Действительно существует формула, которая привлекает силовые импульсы к конкретному человеку. И, что самое неприятное, это модный способ ловить воров.
Проклятие безобидное, за него не накажут. Зато проклятого видно за три квартала – по нетипичному поведению импульсов, которые никогда не отклоняются от линейной траектории без причины.
– В общем, я влипла. – Вывод был ужасен.
А уж если вспомнить про фобию… Мало того что импульсы отклоняются, так ещё и я ору. В данном случае это всё равно что махать флагом с надписью «Гамиус, я вскрыла ваш сейф!».
– Хайди, что делать? – прошептала Брианна.
Вариант был как бы один: идти на поклон к коллегам с проклятийного факультета. Только возьмутся ли? Захотят ли? И чем за их неоценимую услугу придется заплатить?
Свой талант к созданию дубликатов я не просто не афишировала – я его скрывала. Увы, то, что известно адептам, рано или поздно дойдёт и до преподов. А зачем тем знать, что мне, например, не обязательно писать лекции, а можно сделать очень качественный дубликат?
Впрочем, бумаги – это ещё ладно, а вот предметы… Ой, нет. О таких способностях не рассказывают. Это может быть даже опасно.
Разумеется, знай проклятийщики о моей способности, я могла бы расплатиться работой – например, дублированием некого редкого, запрещённого к выносу из библиотеки фолианта, но…
– Всё в порядке, – выдохнула я хмуро. – Разберусь.
Вариант номер… даже не два, а полтора – это брат. Я всё равно собиралась к нему сегодня, вот и озадачу заодно проклятием. Эльвар меня любит и поможет. К тому же у него предписание от родителей – мы одни в большом городе, и старший должен заботиться. Тем более он уже совсем взрослый и разумный, вон водонасосные станции строит. Я тоже как бы взрослая – совершеннолетие уже отметила, – но мне ещё учиться пару лет.
Итог – я попыталась расслабиться и запретила себе орать в случае приближения импульсов. Они безобидны, а мне нужно продержаться до вечера. Не привлекать внимание Гамиуса ни в ком случае. Потом я прыгну в экипаж, доберусь до брата, и он всё решит.
Поворчит, позанудничает, но точно не оставит в беде.
***– Куда-куда ты влезла? – прошептал Эльвар, готовый упасть в обморок.
Мы сидели на кухне его просторной квартиры, и я делала самые честные глаза.
– В сейф.
– Хайди! – воскликнул он.
– Ты не понимаешь. – Я не раскаивалась, но всё-таки потупилась. – Тест очень сложный, а Гамиус зверствует. Да он всех адептов, даже отличников, ненавидит. Вообще не понимаю, как его в академии держат. Он…
– Хайди, это не повод, – перебил брат.
Он смотрел так, так… Короче, зануда. Испортили его водонасосные станции и столичная жизнь. Раньше, до переезда сюда, был лучше.
Но деваться было некуда, и я продолжила рассказ о своих приключениях. От ответов на тест плавно перешла к увиденному в сейфе «воровскому» ключу. Про дубликат не сказала, просто упомянула сам ключ и символику очень недружественного государства (тут Эльвар всё же перестал строить из себя истеричку).
Затем я выложила на стол шифровку и упомянула о своей беде.
На лист с шифровкой Эльвар посмотрел жадно, а услышав про проклятие, простонал:
– Хайди, я ведь сто раз говорил: если уж полезла, нельзя попадаться.
– Знаешь, как страшно было? Я в кабинете, кругом ночь, темнота, и тут они под дверью со своим метеоризмом. Я чуть не спятила.
Брат помолчал, меряя меня взглядом. Он пребывал в замешательстве, но тайна, очевидно, манила. К тому же Атаравия… Мы вне политики, но всё-таки патриоты. Если декан Гамиус связан с врагами империи, необходимо принять меры.
После очень долгой паузы Эльвар сказал:
– Может, в тайную канцелярию?
– С ума сошёл? – Я вздрогнула. – Улики добыты незаконно! А за проникновение в кабинет и взлом сейфа меня и отчислить могут!
Новая пауза и печальное:
– Ну, это да…
На кухне повисла очень неприятная тишина. Что делать мы не знали. Эльвар крутил в пальцах дубликат шифровки, а я сидела и думала о ключе.
Может, не сдавать в тайную канцелярию, а подбросить? Снабдив добычу запиской, что всё найдено в сейфе декана. Только где гарантия, что спецы не отмахнутся? Тем более Гамиус – уважаемый человек.
Наконец Эльвар поднялся и озвучил свой вывод:
– Сами не разберёмся. Нужно посоветоваться. Дело неоднозначное, кому попало не расскажешь. Но есть тот, кому я доверяю как себе.
– Кто? – воспрянула я.
Ответом стало короткое «жди», и Эльвар ушёл – вот прямо как был, в домашних штанах и тапках.
Но и вернулся быстро. Не прошло и пяти минут, как послышался хлопок входной двери, а потом в кухонном проёме возник тот самый дракон. Джур.
При виде него у меня снова жгуче заалели щёки, а Эльвар бодро заявил:
– Мой сосед. Ну и коллега, конечно.
– Сосед? Вы что, арендуете квартиры в одном доме? – изумилась я.
– А что не так? – белозубо улыбнулся дракон.
Белозубый, зеленоглазый, с белоснежными волосами… Джур тоже был одет по-домашнему и держался как обыкновенный человек. Но ведь с драконами так не бывает! Они особенные! Они…
– И что у вас за проблема?
Я ответить не могла, горло сковало смущением. Зато брат распушился, как боевой воробей.
– Даже не знаю, с чего начать! – иронично заявил он.
Врал. Всё он знал. И начал с того, что предложил гостю табуретку.
Пока Джур садился, а Эльвар наливал третью чашку чаю, сосед-коллега заметил лежавший на столе листок.
– Так, а это у нас что? – произнёс он и потянул руку к шифровке.
– Предположительно вражеская записка, – объяснил Эльвар. – Она прилагалась к «воровскому» ключу с символикой Атаравии.
Дракон такого поворота не ожидал и поперхнулся. Даже переспросил:
– Что-что?
– Джур, ты только не пугайся, но Хайди у нас с особенностями. Очень любит чужие сейфы, всякие тайны, а в итоге приходит с проклятиями.
Дракон поперхнулся во второй раз. Он посмотрел на меня очень внимательно, и пусть лицо было более-менее спокойным, глаза посерьёзнели.