Наедине с драконом. Поцелуй, или проиграешь

– Ещё и проклятие?
Я пожала плечами. Было неловко из-за вчерашнего, а Джур, словно нарочно, уставился так же пристально, как на минувшей вечеринке. Будто из реальности выпал! Брату даже пришлось кашлянуть, возвращая дракона в «здесь и сейчас».
– Так. Ладно, – деловито произнёс тот. – Давайте по порядку.
Тут уже было не отвертеться, взять слово пришлось мне. Я стеснялась, но всё же объяснила про декана с его угрозами и неприязнью, кое-как, без подробностей, описала своё проникновение в кабинет и всё, что происходило дальше. Как и в случае с Эльваром, опустила момент с созданием дубликата ключа.
Про сам талант к созданию дубликатов не сказать было невозможно. Я очень недобро покосилась на брата – надеюсь он не ошибся, и этому дракону действительно можно доверять.
Джур моей способности, конечно, удивился, но не так чтоб сильно. Он слушал внимательно, а в итоге попросил:
– Нарисовать тот ключ сможешь?
А вот тут увы. Художник из меня, мягко говоря, никакой. Объяснить словами проще и точней.
– М-да, интересно, – протянул Джур и вновь уставился на шифровку.
Эльвар не выдержал и вклинился, блеснув знаниями:
– Полагаю, расшифровать нереально. Ключом к шифру может быть что угодно.
Ну да. Любая фраза или слово, и они нам неизвестны. Впрочем, если обыскать кабинет ещё раз…
– Уровень дубликата, как понимаю, очень высокий? – спросил вдруг дракон.
Я дрогнула, а брат опять расфуфырился, аж треснуть его захотелось. Зачем так выпячивать мой талант? Пусть выпятит свой.
– Не высокий, а высочайший. Хайди дублирует так, что сама тайная канцелярия позавидует.
Дракон насмешливо фыркнул.
Теперь мой скрытый гнев направился на его беловолосую макушку – что этот нелюдь себе позволяет? Ему приоткрыли такую важную правду, а он сомневается! Ну, знаете…
– Эльвар, – перебил мои мысли Джур. – А у тебя случайно нет фонаря со смещённым спектром?
Мы с братом замерли. Не знаю как Эльвару, а мне захотелось хлопнуть себя ладонью по лбу. Смещённый спектр, ну конечно! Уровень моих дубликатов действительно наивысший, а состав простейших тайных чернил, которые проявляются лишь в особом спектре, мало отличается от обычных. В этом случае в момент создания дубликата от обычных чернил просто «отсеивается» некоторое количество частиц.
То есть если на оригинале действительно было дополнительное послание, оставленное простейшими чернилами, оно проявится и здесь.
Брат кивнул и умчался в комнату, а я втянула голову в плечи. Со стороны ситуация выглядела подозрительно: вот откуда, спрашивается, у нормального человека такой фонарь? Зачем он ему?
В итоге я брякнула:
– Мы с Эльваром когда-то увлекались…
– Знаю, – перебил дракон. – Я тоже. На этой почве мы с Эльваром и сдружились, хотя дружба с подчинёнными у нас не очень-то поощряется.
Я не поняла и нахмурилась.
– Эльвар ваш начальник? – Вот так новость. Брат даже не упоминал о том, что у него есть подчинённые. Да ещё такие!
Дракон беззлобно рассмеялся:
– Да нет. Наоборот.
А-а-а! Второй раз за вечер захотелось спрятаться под стол – первый был при его появлении. Я вроде понимаю, что начальник тоже как бы коллега, но Эльвар мог предупредить?
В момент этого мысленного стона на кухню вернулся брат с тем самым фонарём, и после недолгого исследования мы нашли на листке скрытую фразу.
Я вообще не поняла! Эльвар тоже. Зато дракон…
– Томик стихов Браймарна есть?
Спустя пять минут наши семейные навыки дешифровщиков были жёстко посрамлены. Скрытая фраза оказалась названием стихотворения Браймарна – известнейшего поэта. Ещё там были цифры и, немного повозившись, Джур разобрался с ключом к шифровке. А после и с её содержанием.
Тут стало до того неловко, что захотелось зажмуриться. Шифровка оказалась обыкновенным любовным письмом.
Да-да, таким извращённым способом наш Гамиус общался с некой Полин, и в послании не было ни намёка на какие-то важные секреты. Намёков на место, где может находиться отпираемый «воровским» ключом тайник, тоже не наблюдалось, что подводило к выводу: шифровка и ключ никак не связаны.
  
Но…
– Но зачем так сложно? – возмутилась я. – Почему нельзя было написать эту записку обычным образом?
– Просто мы с вами не единственные, кто увлекается такой ерундой, – пожал плечами дракон.
Он улыбался, а брат, как и я, выглядел разочарованным. Мы уже нацелились на разгадку страшной тайны, а тут – пустышка. Касаемо «ерунды» тоже, между прочим, обидно. Хотя согласна, шифрованием увлекаются многие.
Только не все хранят в сейфе отмеченный вражеской символикой «воровской» ключ.
– Записка, может, и пустышка, – вслух согласилась я, – но что скажете о ключе?
– Это двести лет назад такие ключи были чем-то уникальным, – парировал дракон. – Сейчас их полно. Зайди в любую лавку, там этих шестигранников – на любой вкус, фантазию и кошелёк.
– Но герб! – попыталась напомнить я.
Меня не восприняли всерьёз.
То есть Эльвар как бы хмурился, а Джур, не скрываясь, улыбался. Забавлялся, но тактично держал при себе мнение о моих умственных способностях. У меня аж рука зачесалась достать и продемонстрировать дубликат, но нет.
Вздохнув, я сказала:
– Ну, допустим. Но проклятие-то точно настоящее. – К слову, за последние полчаса меня странным образом не побеспокоил ни один импульс, что, с одной стороны, радовало, а с другой – напрягало: уж не сочтут ли и это выдумкой?
К счастью, не сочли. Но опять-таки было «но»:
– Проклятие – это неприятно, – произнёс Эльвар. – Но охранные проклятия недолговечны. Через неделю, ну максимум две, оно само пройдёт.
Угу.
– Только за эту неделю Гамиус догадается, что я забиралась его сейф. Либо я сама чокнусь.
Брат погрустнел и спросил:
– Что предлагаешь?
Опять-таки к счастью, тут всё было более-менее просто:
– Одолжи мне немного денег, чтобы я смогла обратиться к нашим проклятийщикам. Они снимут.
Миг – и Эльвар уставился на Джура.
– А я что? – удивился тот. – Зарплату выдаю не я, а бухгалтерия. Как и аванс.
Закралось нехорошее подозрение, которое быстро подтвердилось:
– Хайди, понимаешь, я немного поиздержался с этой вечеринкой…
И он опять уставился на дракона, который очень тяжело вздохнул. Ситуация явно возникала не в первый раз, и лимит доверия был на грани. Но дальше – хуже:
– Тебе не одолжу. Но, так и быть, одолжу Хайди.
Я молчаливо заёрзала. Одно дело одалживать у родного брата, и совсем другое – у малознакомого дракона. Может, действительно не чокнусь? Может, в самом деле само пройдёт?
Пока я думала, мужчины тихо обсуждали этот момент и в итоге договорились, что должником будет всё-таки Эльвар. Показалось, что дракона такой поворот немного расстроил. В том же, что касалось меня, мысли снова вернулись к воровскому ключу с символикой Атаравии. Внутри словно гарпии скребли.
Все четыре курса, что я училась в столичной академии, декан Гамиус пил мою (и не только мою!) кровь. Он часто вёл себя странно. Постоянно вызывал какое-то сумрачное, неприятное ощущение.
Но даже будь он милым и прекрасным, есть живая улика. Отмахнуться от неё – просто преступно. Поэтому, допив чай, я объявила:
– Про Гамиуса нужно всё-таки выяснить.
– Что выяснить? – практически хором ответили мужчины. Касательно декана оба уже успокоились и точно не обрадовались, услышав его имя в очередной раз.
– Про ключ. Это не просто так. Клянусь, у меня чутьё. Я чувствую, что это важно.
И Эльвар, и Джур чуть скривились, но я была непреклонна и обращалась исключительно к брату. Требовать помощи от дракона я, разумеется, не могла:
– За деканом нужно хотя бы последить. Понаблюдать!
– Хайди, – простонал Эльвар.
– Если не поможешь, найду кого-нибудь другого, – сказала я просто.
Брат опять застонал, а дракон скис, явно считая моё чутьё очередным идиотизмом. Но от Джура, повторюсь, я ничего и не ждала. С шифром помог и спасибо, ну и за деньги, разумеется, которые одолжит.