Короли карантина (ЛП)

Внезапно к нему присоединились другие голоса, и на мгновение я была уверена, что слышу, как Ночные Стражи тоже выкрикивают мое имя. Но вместо того, чтобы бояться новых монстров, приближающихся ко мне, мысль о том, что они придут за мной, придавала мне яростную силу.
Мое горло сжалось, разум затуманился, но я сосредоточилась на одном. Одно правило, которому я следовала всю свою жизнь. Дар, который дал мне отец, вшитый в мою проклятую душу. Выжить любой ценой. Любой ценой.
Я кричала в лицо нападавшему, вкладывая в каждую ноту свою ненависть, свою ярость, свою потребность жить, затем я выдернула охотничий нож из штанов и вогнала его на всю длину в его бок. Он рассек плоть и кость, отдача от удара эхом отозвалась в моей руке. В моей душе.
Он дернулся, застонав от шока, когда мои мысли вернулись воедино, и я уставилась на мужчину, который смотрел поверх меня, когда кровь капала из его рта мне на лицо, заставляя мои конечности застыть в ужасе.
Мерла оторвали от меня, и я выпустила нож из рук, когда его швырнули на землю. Мои губы приоткрылись, когда я уставилась на Монро справа от меня и Ночных Стражей слева от меня с умирающим человеком у их ног.
Они были похожи на четырех демонов, их мрачные выражения лиц были полны такой чистой ярости, что я чувствовала ее в воздухе. Но в них было нечто большее. Что-то не менее ужасающее было в том, как они смотрели на меня. Мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что это был страх. Настоящий, чистый страх за меня. Эти жестокие существа прибежали ко мне на помощь, когда я больше всего в них нуждалась, и, несмотря на все, что произошло между нами, в тот момент я чувствовала себя по-настоящему в безопасности, когда они окружали меня. Защищая меня.
Блейк шагнул вперед, взял меня за руку и потянул вверх. Он смотрел на меня так же, как в ту ночь, когда мы были вместе, тогда, когда он не испытывал ко мне ненависти, когда я была просто девушкой, плотью, которую он боготворил.
Мое дыхание внезапно стало таким громким, что отдавалось в ушах. Все было слишком тихо, и я с ужасом осознала, что натворила. Я вцепилась руками в волосы и почувствовала липкость крови нападавшего на своей коже. Я чувствовала ее запах, вкус. Она была повсюду. И Мерл стонал и ругался по мере того, как все больше и больше этого скапливалось вокруг него.
— Нет…нет… нет, нет, — говорила я себе, не в силах смотреть ни на кого вокруг. — Я ударила его ножом. Моя жизнь — полный пиздец. Я так облажалась. — Меня начало трясти от нового вида страха. Я не могла найти в себе сил сожалеть об этом. Он напал на меня. Но я сильно ударила его ножом. Он должен был умереть. Я видела это в его глазах, в луже крови, которая все росла и росла и…
— Татум, — Сэйнт произнес мое имя властным тоном, и я резко подняла глаза, чтобы найти его в темноте, когда это единственное слово прорезало туман моей паники.
Телефон умирающего лежал рядом с ним, фонарик на нем был измазан кровью, так что все мы были освещены зловещими красными тонами.
Сэйнт наклонился, взялся за рукоять ножа в боку мужчины и вырвал его одним резким движением, заставив того закричать от боли. Молниеносным движением, настолько внезапным, что у меня перехватило дыхание, Сэйнт безжалостным ударом вонзил нож в грудь Мерла.
Мерл вздрогнул и потерял сознание, все еще каким-то образом цепляясь за жизнь, но с каждой секундой его тело становилось все неподвижней.
— Ты не убивала его, — прорычал Сэйнт тоном, пронизанным теплотой, когда посмотрел на меня. — Я это сделал.
Тишина повисла в воздухе так надолго, что показалось вечностью. Затем Блейк выхватил клинок, опрокинул Мерла ногой и вонзил его ему в спину. У меня перехватило горло, когда он посмотрел на меня, стиснув зубы.
— Я сделал это, — выдохнул Блейк, и я покачала головой, не понимая, что происходит.
Киан вырвал лезвие из руки Блейка, схватил парня за волосы и полоснул ножом по его горлу. Полилось еще больше крови, и я поморщилась, отползая назад, пока мой позвоночник не коснулся ног Монро.
 
— Нет, я сделал это, — прорычал Киан, и я посмотрела на него снизу вверх, моя нижняя губа дрожала, обнаружив бурлящее море тьмы в его глазах. Я чувствовала ту же тьму внутри себя, как будто наши существа были сделаны из тени. Как и все мы.
Киан поднял окровавленный нож, протягивая его Монро, и я запрокинула голову, чтобы посмотреть на него, отрицательно качая головой. Я понятия не имела, что он собирался делать. Он только что видел, как мы все кого-то убивали. Он мог побежать в полицию. Он мог выдать нас всех. А почему бы и нет? Это было именно то, что ему нужно, чтобы уничтожить Сэйнта.
— Теперь ты один из нас, Нэш, — тихо сказал Киан. — Пришло время доказать это.
Монро наклонился, помогая мне подняться на ноги и взяв меня за подбородок, когда посмотрел на меня. Я не знала, что он собирался сказать или сделать, но буря ненависти в его глазах заставила меня испугаться.
Я догадалась, что он нашел то, за чем охотился, в моих глазах, когда он отпустил меня, шагнул к Киану и взял нож из его протянутой руки.
— Не надо, — выдохнула я, зная, что если он сделает это, то не сможет вернуться. Он действительно был бы связан с Ночными Стражами. Он был бы привязан к ним так же яростно, как и я.
Он проигнорировал меня, навалившись на мужчину и вонзив лезвие ему между ребер, и этот момент врезался мне в память, чтобы никогда не покинуть меня.
— Я убил его, — прорычал он, как будто был горд, как будто он действительно сделал бы это для меня, если бы добрался до него первым. И я с ужасающей ясностью осознала, что так сделал бы каждый из них.
Я не знала, почему они спасали меня, но это было так. Эти существа, которые использовали и мучили меня, объединились, чтобы защитить меня от этого. Мы были связаны кровью, эта тайна жила между нами и навсегда связала нас вместе. Они могли избавиться от меня, рассказать копам, что я натворила, и позволить им запереть меня. Но вместо этого они сделали для меня больше, чем кто-либо когда-либо делал. Все четверо.
Они были чудовищами, которые ненавидели меня, ломали и мучили. И теперь по причинам, которые я не могла понять… они защитили меня.
Мои глаза были прикованы к Татум, пока мы стояли вокруг нее, всем нам потребовалось время, чтобы осознать то, что мы сделали, прежде чем кто-либо смог заговорить снова.
— Теперь мы связаны кровью, мы пятеро, — мрачно сказал Киан. — Эти узы такие же крепкие, как семейные. Даже сильнее.
Моя губа отвисла, когда мой взгляд упал на Сэйнта. Сын человека, чья семья разрушила мою. Причина, побудившая меня добиваться всего, что я имею в жизни. Мужчина, которого я возненавидел с первого взгляда, даже если он никогда об этом не знал. Семья? Это было немыслимо.
Но когда мой взгляд снова встретился с взглядом Татум, я почти почувствовал это. Желание защитить ее все еще яростно гудит во мне.
Я сделал это ради нее. Для девушки, которая ворвалась в мою жизнь и перевернула ее с ног на голову, заставила меня сомневаться во всем и заставила думать и чувствовать то, на что, как я начал верить, даже не был способен.
Была одна-единственная причина, по которой я только что всадил лезвие между ребер того насильника. И это была она.
Потому что, как бы безумно это ни звучало даже для меня. Я был готов убить ради нее.
Я просто не знал, что это значит в моем будущем.
Блейк внезапно подался вперед, обхватив голову Татум руками и прижавшись ее лбом к своему, когда он прерывисто вздохнул. Она протянула руку, чтобы схватить его за предплечья, ее глаза затрепетали, закрываясь, и на самый странный момент мне показалось, что она черпает утешение в этом существе, которое, как я знал, неустанно работало, чтобы уничтожить ее.
— Спасибо вам, — сказала Татум грубым голосом. — Всем вам.
Никто из нас ничего не сказал на это, и я задался вопросом, могли ли их молчаливые ответы совпадать с моими. Что ей не нужно меня благодарить. Что я бы сделал это тысячу раз и даже больше ради нее. Убью ради нее. Нарисую свою душу кровью ради нее. Для меня это не имело смысла, но это было правдой. Я только что доказал это. Хотели ли они сказать то же самое? И было ли их молчание пронизано чувством вины, как и мое? Проклинали ли они себя за то, что не оказались быстрее. За то, что не помогли ей раньше. За то, что позволили этому мерзкому существу, которое лежало мертвым рядом с нами, прикоснуться к ней хоть на одну секунду?