Слишком сладко (ЛП)

— Я видел фотографии, — говорит Джимми, немного коверкая слова. Должно быть, дальняя дорога и разница во времени сказались на нем. — Полагаю, ты останешься на ночь?
— Если это не проблема. Я бы не хотел будить Мию каждые пару часов, чтобы проверить, как она.
— Все в порядке. — Он пересекает комнату, доставая еще одну бутылку из шкафа с напитками. — Тебе нужно попробовать это. Всего один стаканчик.
— Мне нужно уложить Мию спать, прежде чем мы приступим к другой бутылке.
Он отмахивается от меня.
— Да, сделай это и возвращайся.
Я готовлю кровать, прежде чем переложить Мию. К счастью, она уже в пижаме. Мы с Джимми не останавливаемся на одном напитке. Когда около двух часов ночи я наконец-то забираюсь в постель, то знаю, что проснусь со страшной головной болью.
ГЛАВА 28
Мия
Первый день в школе
— Ни хрена себе! — кричит Джейк, когда я останавливаюсь у шкафчиков. — Кто-то повзрослел за лето. Ты не толстая! Тебе нужно новое прозвище.
Я не смотрю в его сторону. Это никогда не заканчивается хорошо. Я открываю шкафчик, запихиваю внутрь сумку и беру учебники, которые нужны мне для первого урока — химии.
— Это…, — говорит он, притворяясь удивленным. — Это настоящие сиськи, или ты набила лифчик?
Ученики смеются, и этот звук словно тысячи крошечных иголочек колют мои нервные окончания.
— Ты не хочешь со мной разговаривать, да?
Я закрываю шкафчик и беру наушники, вставляю их в уши и ненавижу Айшу за то, что она накрасила меня. Я чувствую себя так, будто на мне маска. Как будто я пытаюсь вписаться в общество, хотя уже давно перестала на это надеяться.
Если такие, как Джейк, и есть те люди, с которыми я должна сходиться, то я лучше буду одиночкой.
Я включаю громкость и иду в класс, не отрывая глаз от пола, мелкими шажками. Я еще не дошла до конца, когда музыка перестала играть, и краем глаза я увидела Джейка с ножницами в руках и широкой ухмылкой.
Он перерезал шнур.
Я стискиваю зубы, не желая показывать ему, как больно мне быть лишенной единственной вещи, в которой я нахожу утешение.
— Что это? — гогочет он, размазывая большим пальцем малиновый блеск для губ по моим губам и лицу. — Твой пухлый ротик будет отлично смотреться на моем члене, — заявляет он. — Да! Чертовски шикарно! Это твое новое прозвище. Губы для минета! — он обводит взглядом толпу зрителей и начинает скандировать «минет» снова и снова, пока ни один человек в пределах слышимости не скандирует вместе с ним.
Я не могу остановить слезы, которые наворачиваются на глаза. Невозможно остановить свои инстинкты, когда я поворачиваюсь на пятках и выбегаю из здания, сбегая в свой первый день в качестве старшеклассницы.
***
Шлепок обрушивается на мою задницу, когда я уже выхожу из здания колледжа. Позади раздается смех, и я, не задумываясь, поворачиваюсь на пятках и вижу незнакомого парня, который вздергивает брови.
Мой разум вспыхивает, пульс учащается, и по нервным окончаниям пробегает чувство, которое я испытывала всего несколько раз: смелость.
Прежде чем я успеваю продумать свой следующий шаг, моя рука проносится по воздуху и приземляется на лицо парня. У меня не хватает сил, чтобы заставить его повернуть голову, но пощечина должна быть очень сильной, потому что он держится за щеку, глаза расширены.
— Никогда больше не прикасайся ко мне, — говорю я, подавляя панику, грозящую умерить мое мужество, когда узнаю двух парней, гогочущих неподалеку.
Джесси и Майкл. Лучшие друзья Джейка Грея. В школе они превращали мою жизнь в ад, и один только вид их смеха навевает воспоминания, которые я изо всех сил старалась похоронить.
Парень, который шлепнул меня, бросается вперед, прижимая меня к стене так сильно, что моя голова отскакивает от бетона, а он стоит рядом, возвышаясь надо мной, в его глазах мелькают безумие и смущение.
— Ты, тупая сука, думаешь… — дыхание вырывается из его груди, когда мое колено врезается ему в пах.
 
Я отталкиваю его, сердце колотится о ребра. Адреналин подстегивает меня к действию, и я бегу. Несколько студентов оборачиваются, чтобы посмотреть, как я бегу по коридору, но никто не останавливает меня, чтобы проверить, все ли со мной в порядке, хотя они видели, что произошло.
Кроме демонстративных неуместных комментариев, до сегодняшнего дня никто не трогал меня против моей воли. Несколько парней приглашали меня на свидания, некоторые оставляли записки, которые я могла найти, но в целом план Брэндона провалился.
Должно быть, он думал, что все такие же дети, как и он…
Похоже, некоторые такие и есть. Малолетние и ненормальные. Этот парень даже не пытался спрятаться. Он загнал меня в угол, пока другие люди смотрели, словно ему было наплевать на последствия.
— Куда? — спрашивает папа, когда я перебираюсь на пассажирское сиденье две минуты спустя, мои руки все еще трясутся. Он забирает меня из колледжа и отвозит поесть каждый день с тех пор, как приземлился четыре дня назад. — Мы можем вернуться в Оливковое дерево?
— Конечно, я не против.
— Хорошо, позвони Нико, может, он… — он прервал себя, когда из динамиков полилась мелодия моего звонка, телефон был подключен к системе громкой связи.
— Упомяни о дьяволе. — Я улыбаюсь, показывая папе экран. — Эй, я как раз собиралась тебе позвонить.
— А я уже готов посадить тебя к себе на колени, — говорит он, заставляя мои щеки пылать. — Детка, я рад, что ты проводишь время с отцом, но сегодня вечером ты должна найти два часа для меня.
— Нико…
— Два часа. — Его тон не терпит возражений. — Сделай это. Я не прикасался к тебе четыре дня, и я скучаю по тебе так, будто прошло целое чертово столетие. Если ты не хочешь, чтобы я пристегнул тебя наручниками к кровати, пока твой отец сидит в соседней комнате, советую тебе делать то, что тебе говорят.
Я опускаюсь на свое место и впиваюсь в кожу, когда отец прочищает горло.
— Привет, Нико. Это не должно быть проблемой. Я встречаюсь с другом, чтобы выпить немного позже, так что вы двое будете предоставлены сами себе.
— О Боже. — Я уверена, что я цвета спелого помидора. — Почему? Почему ты так легкомысленно относишься к этому?!
Мой отец хихикает, качая головой, как будто имеет дело с несмышленым ребенком.
— Это просто секс, Мия. Почему ты краснеешь? Не веди себя так, будто это в новинку.
— Это так! — восклицаю я, в ужасе от того, что он решил, будто я переспала с одним из тех, о ком я ему рассказывала. — Это очень даже в новинку.
— Ты хочешь сказать, что Нико у тебя первый?
— Ладно, оставлю вас наедине, — вклинился Нико, выглядя забавно. — Увидимся вечером, Мия.
— Не смей вешать трубку!
— Что я тебе говорил? Секс — это естественно. Это нормально.
— Согласен, — говорит папа, энергично кивая. — Я все еще в шоке от того, что у тебя только сейчас был первый раз, но не могу сказать, что не рад. Некоторые из тех свиданий, о которых ты мне рассказывала…
— Джимми, — предупреждает Нико, в его голосе отчетливо слышна ревность. — Оставь прошлое там, где оно должно быть.
Мой отец вскидывает бровь и бросает на меня забавный взгляд.
— Виноват. Надеюсь, у тебя ничего не запланировано на завтрашнее утро, потому что у меня есть бутылка лучшего бурбона, который можно купить за деньги, и как только я вернусь домой, мы будем пить.
— Конечно. Завтра у меня выходной.
— Хорошо. Увидимся около восьми?
— Тогда увидимся, — подтверждает Нико. — Мия? Будь умницей, детка.
— Всегда.
***
Нико врывается в мой дом без четверти шесть вечера, бросает ключи на стойку и сметает меня с ног, остановив на полпути к приготовлению сэндвичей. Его губы ловят мои, поцелуй жаднее, чем обычно. Он излучает беспокойную энергию, словно готов взорваться. Каждый мускул на его теле тверже камня, а в глазах светится какой-то необузданный гнев.