Слишком сладко (ЛП)

— Это мы еще посмотрим, — щебечет она, уже на полпути в коридор. — У меня есть план.
Не сомневаюсь.
Мия шевелится, прижимаясь ко мне сильнее, как будто чувствует мое присутствие даже во сне. Она проводит рукой по моей груди, сжимая в кулак футболку, а одна ее нога согнута в колене и лежит на моих бедрах.
Я предпочитаю смотреть кино, проводя пальцами вверх и вниз по ее руке и все больше беспокоясь о своем психическом здоровье.
Не может быть нормальным, что каждый мускул в моем теле болезненно напрягается, когда Мие плохо. С каждым днем мне все труднее усмирять эту испорченную часть моего характера — контролирующую, чрезмерно опекающую… мои чувства перерастают из увлечения в нечто, опасно близкое к любви.
Половину времени я борюсь со своей паранойей, уверяя себя, что Мия не нуждается в постоянном контроле. Что она не будет вытворять глупые трюки ради внимания, не будет поощрять мужчин прикасаться к ней.
Моя челюсть сжимается, и я вспыхиваю. Я отбрасываю эту мысль и снова сосредотачиваюсь на фильме.
На полпути к Волку с Уолл-стрит кто-то входит в дом. Айша ушла на каблуках, и кто бы ни вошел, он не проследовал в гостиную.
Я крепче прижимаю Мию к себе, прислушиваясь к шагам и звукам, похожим на то, как что-то волочится по кафельному полу. Я готов перевернуть Мию и выбить все дерьмо из того, кто вошел, но пять секунд спустя я напрягаюсь совсем по другой причине.
Отец Мии останавливается в конце коридора, смотрит на меня, приподняв бровь, с небольшим чемоданом в руках.
— Привет, Джимми, — тихо говорю я.
Он осматривает комнату, наклоняя голову, как любопытная собака.
— И тебе привет. — Две глубокие морщины прочерчивают его лоб, когда он замечает тайленол на кофейном столике. Он проходит дальше, оставляя чемодан у стены. — Ей нездоровится?
— Можно и так сказать.
Он хмурится еще сильнее, но потом на его лице мелькает узнавание.
— ПМС, верно? Ее болезнь делает ситуацию еще хуже. Она ведь рассказывала тебе об этом, не так ли?
После двадцати четырёхминутного кровотечения из носа Мии я провел всестороннее исследование на эту тему. Я не спал несколько часов после того, как она уснула, читая все исследования о болезни Фон Виллебранде, доступные в Интернете, а затем задал Мие сотню вопросов за завтраком. Теперь я готов к любой ситуации.
Читая о болезни, я нашел статью, в которой упоминался ПМС, поэтому я знаю, что противозачаточный имплантат Мии уменьшает тяжесть ее менструаций. Нет нужды говорить, что я больше не против того, чтобы она пользовалась этой штукой.
— Да, — говорю я, стараясь не разбудить Мию, когда освобождаюсь от ее объятий и накрываю ее одеялом.
— Так ты ее парень… — размышляет Джимми, когда я подхожу, чтобы пожать ему руку. — Должен признаться, я бы не догадался, даже если бы у меня был миллион попыток.
— Я не знал, что она рассказала тебе обо мне.
— Нет. Она сказала, что привезет своего парня на Гран-при в следующем месяце, но не сказала мне, кто он. — Он переходит в гостиную и, стараясь не шуметь, достает из шкафа два хрустальных бокала и бутылку бурбона.
Похоже, мы пьем.
— Я ожидал Хейса… только не тебя, — продолжает он. — Я предполагал, что это один из тройняшек, и молился, чтобы это был не Коди. Без обид, но этот парень действует мне на нервы, как никто другой. — Он достает из морозилки пакет со льдом.
Я отодвигаю один барный стул к краю острова, чтобы лучше видеть Мию.
— Коди очень талантлив, когда дело доходит до того, чтобы действовать людям на нервы. Как ты думаешь, почему она не сказала тебе, кто я?
— Она знает, что мы друзья. Думаю, она хотела сделать мне сюрприз, — усмехается он, наливая бурбон со льдом и подвигая стакан ко мне через стойку. — И, черт возьми, я удивлен. Я никогда не думал, что ты в ее вкусе.
— Я тоже, — признаю я, моя защита надежно стоит на месте.
Он может вести себя круто, но давайте посмотрим правде в глаза. Я дружил с этим парнем три года. Мы не раз ходили вместе на тусовки. Я видел, как несколько женщин засовывали свои языки ему в глотку или хватали его за член через штаны, а он, несомненно, видел, как несколько цыпочек всухую трахали меня в клубе.
 
Сейчас я впервые почувствовала себя неловко…
— Я не планировал возвращаться домой, — добавляет он. — Но мне стало любопытно, когда Мия сказала, что привезет в Монако своего парня. Я хотел выпить с ним. — Он поднимает свой бокал и пристально смотрит в мои глаза. — Так давай выпьем, Нико.
— Предчувствую несколько тяжелых вопросов.
Он взмахивает рукой.
— Я знаю свою дочь. Может, я и не часто ее вижу, но я знаю все, что нужно знать. По крайней мере, знал до того, как ты появился. Она звонила мне каждый раз, когда у нее было свидание. Я знал, кто из парней ей нравится, а кто целуется как щенок.
— Щенок?
— Да, видимо, он лизал ей лицо.
— Напомни мне спросить ее, как он выглядел по ее шкале.
— Двойка, если я правильно помню. — Он допивает свой напиток и призывает меня сделать то же самое, наливая еще два пальца бурбона в свой стакан, затем в мой. — Как ты себя оцениваешь?
Аргх… Я попал прямо в точку, не так ли?
— Девятка.
Джимми хмыкает, в его глазах мелькает веселье.
— Продолжай работать. — Он крутит бокал в руках, погрузившись в раздумья.
— Спрашивай, — подбадриваю я. — Уверен, у тебя есть вопросы.
— О, у меня есть. Но не для тебя. Ты скажешь мне то, что я хочу услышать. — Он бросает взгляд на свою дочь, все еще спящую на диване. — Она скажет мне правду.
— Я никогда не лгал тебе. И сейчас не стану.
Он подносит бокал к губам и делает долгий, размеренный глоток.
— Хорошо, давай проверим эту теорию. Как давно вы встречаетесь?
— Несколько недель.
— У вас уже был секс?
Я поперхнулся бурбоном, вдохнув глоток вместо того, чтобы выпить.
— Какого хрена, Джимми?
Он похлопывает меня по спине и тихо хихикает.
— Ты знаешь, почему я спрашиваю. У тебя довольно впечатляющая репутация. Если у вас еще не было секса…
— То ты будешь считать, что я только этого и жду, прежде чем отпустить ее, — заканчиваю я за него.
— Ты уже знаком с Айшей, верно? Она нимфоманка. Я подглядывал за ее сексом больше раз, чем готов признать. Через некоторое время у тебя вырабатывается иммунитет. Тема сексуальной жизни моих дочерей не волнует меня так, как волнует большинство отцов. Ты сказал, что не будешь врать, так не ври и не увиливай.
— Ответ — да, и если мы расстанемся, можешь быть, черт возьми, уверен, что это она меня бросит, а не наоборот, — процедил я, сильнее сжимая свой стакан. — Следующий вопрос.
Он хихикает, похлопывая меня по плечу.
— Расслабься. Мне не нужны подробности. Мия всегда была одиночкой. Всегда тихая, но последние несколько недель она необычайно весела. Ты делаешь ее счастливой.
Я очень надеюсь на это. Наладить наши отношения — задача, подобной которой нет. Вместо того чтобы стать легче, становится сложнее, потому что она легко поддается влиянию. Она почти никогда не противостоит мне. Я лечу вслепую, но думаю, что у меня все получается.
— Она делает меня счастливее, — признаю я, глядя на нее, где она все еще спит, прижав одеяло к щеке. — Думаю, тебя может беспокоить, что я на десять лет старше…
— Не думай, Нико. Мия встречалась только с двумя парнями своего возраста, все остальные были как минимум на пять лет старше, так что я ожидал этого. — Он встает и открывает шкаф, чтобы достать пакет с арахисом. — Слушай, вы не так давно встречаетесь. Это все свежее, так что оставим тяжелое на потом, хорошо?
Я качаю головой, вертя стакан на стойке. Больше часа мы говорим о работе, прежде чем он спрашивает о прыжке с парашютом. Мия переворачивается на бок на полпути к моему рассказу. Я удивлен, что она еще не проснулась. Мы не очень-то и молчим.
— Она очень хорошо справилась. Она кричала секунд десять после того, как мы выпрыгнули, но перестала, когда огляделась.