Секреты, которые мы храним (ЛП)

Звонит мой телефон, выводя меня из состояния легкого нервного срыва, и я улыбаюсь, когда вижу имя Томми на экране.
— Привет, Том!
— Привет, девочка Куинн. Как там дела? Давненько о тебе ничего не слышал, поэтому хотел проведать.
Я тихо смеюсь и качаю головой.
— Ты хочешь сказать, что Мейер не держал тебя в курсе моих передвижений?
— О, нет. Он это делал. Вот почему я спрашиваю, как у тебя дела. Честно говоря, я уже ожидал услышать тебя и начал немного волноваться. — Я хмурюсь, услышав беспокойство в его голосе. Неужели он ожидал, что я вызову кавалерию?
— Я собиралась позвонить, но не хотела ставить тебя в неловкое положение. К тому же ты вообще можешь вытащить меня отсюда?
Он выдыхает, и я слышу, как он делает большой глоток из своего стакана.
— Наверное, нет, но если ты действительно хочешь уйти, я могу попробовать.
Я сжимаю губы и падаю обратно на кровать, уставившись в потолок. — Честно, Томми? — Мой голос тих. Не совсем шепот, но едва ли больше. — Я понятия не имею, чего я хочу.
— Прости, Куинн. Возможно, отправить тебя к ним было не лучшей идеей, просто… Я полагал, что они будут более чем оснащены, чтобы держать тебя вне поля зрения Трента, а если нет, то у них будет достаточно сил, чтобы разобраться с ним, если он все-таки появится. Я никогда не ожидал этого.
— Тебе не нужно извиняться, Томми, — пытаюсь я успокоить его. — Я согласилась на этот план, и это отчасти моя собственная вина в том, что я проявила небрежность. Если бы я не была пьяна, я бы не зашла не в ту дверь и не увидела то, что увидела. Все, что произошло, — это всего лишь последствия моих действий.
— Что ты видела? — спрашивает он, и я закусываю губу.
Черт.
— Эмм, да. Причина, по которой Мейер вообще привел меня в этот дом.
Он ругается себе под нос, этого достаточно, чтобы заставить моряка покраснеть.
— Что случилось, Куинн?
Я замираю на секунду, но решаю, что Томми никогда меня не подводил. Я могу доверять ему. Поэтому я рассказываю ему обо всем, что произошло с тех пор, как я переехала в этот дом, стараясь не упоминать подробности моей сексуальной жизни, но упоминая все остальное. Это немного похоже на исповедь.
— Черт возьми, Куинн, девочка. Теперь это приобретает немного больше смысла. Ты уверена, что с тобой все в порядке?
Я киваю, затем понимаю, что он меня не видит. Это не FaceTime.
— Думаю, да. Они сделали все возможное, чтобы обеспечить мою безопасность. Эти угрозы кажутся правдивыми, и я не думаю, что они стали бы лгать мне об этом. Не так ли?
— Нет, я не думаю, что они стали бы. Ты хочешь, чтобы я приехал туда?
Я закусываю губу, обдумывая его вопрос. Было бы неплохо, если бы он был здесь? Было бы. В эти дни Томми — как мое защитное одеяло. Но действительно ли это что-нибудь изменит? Вероятно, нет.
— Все в порядке. Я справлюсь с этим, но спасибо тебе. Если ты мне понадобишься, я обещаю, что попрошу.
— До тех пор, пока ты этого хочешь, я рядом.
Я улыбаюсь. Приятно знать, что кому-то не все равно. У меня в жизни было не так уж много подобного.
— Я уверена, Томми. Я придумаю, как заставить это работать на меня.
— О, я в этом не сомневаюсь, Куинн. Ты уже познакомилась с Анджелой? — Что-то в том, как он произносит ее имя, возбуждает мое любопытство.
— Ты знаешь Анджелу? — Лукаво спрашиваю я.
— Можно и так сказать, — вот и все, что он отвечает. В этом определенно есть история, и когда-нибудь я ее узнаю.
— Нет, я с ней еще не встречалась. Она сказала мне, что хочет устроить сегодня большой семейный ужин, потому что все наконец-то будут дома в одно и то же время, но я пыталась придумать, как этого избежать.
Он разражается смехом.
— О, милая девочка, у тебя нет ни единого шанса отказаться от этого ужина. Ты можешь быть на смертном одре, а она все равно потащит тебя за свой стол, чтобы поесть. Но с тобой все будет в порядке, лай Энджи намного хуже, чем ее укус.
— Не думаю, что мне стоит беспокоиться о ее укусе, — бормочу я, и он снова смеется.
— Нет, наверное, нет. Нет, если Мейер держит тебя дома. Может, Анджела и его мама, но она уважает то, что он глава семьи. Всегда так было. Есть идеи, кто еще будет на ужине?
 
— Понятия не имею, — честно отвечаю я ему, пожимая плечами. — Даже если бы у меня были имена, я все равно понятия не имею, кто они.
— Что ж, передавай Энджи привет от меня, и я желаю тебе удачи. Не то чтобы она тебе понадобилась, конечно.
— Ты вселяешь в меня столько уверенности, Томми.
Он снова смеется, и я со стоном поднимаюсь с кровати и сажусь, поджав под себя ноги.
— С тобой все будет в порядке, Кью, девочка. Мне нужно идти, но звони этому старику почаще, ладно?
— Конечно, старина, — поддразниваю я.
— Будь осторожна, Куинн.
— Ты тоже, — бормочу я, прежде чем линия отключается.
Разговор с Томми заставил меня почувствовать себя немного лучше, и, на самом деле, мне, наверное, следовало просто позвонить ему в начале моих грустных девчачьих дней. Разговоры с ним обычно помогают мне прояснить голову — по крайней мере, последние несколько лет.
Раздается стук в дверь, привлекающий мое внимание, поэтому я перепрыгиваю через комнату и приоткрываю дверь, обнаруживая стоящего там Хантера.
— Ты вернулся.
— Скучала по мне, Ангел? — спрашивает он, когда я полностью открываю дверь.
Я усмехнулся.
— Как пожелаешь.
— О, ты понятия не имеешь, чего я хочу, — говорит он, его глаза темнеют, когда он наклоняется ко мне. — Но прямо сейчас я здесь, чтобы быть твоей компаньоном.
— Компаньоном? — Спрашиваю я, сбитая с толку.
— Да, Ангел, — говорит он с ухмылкой. — Анджела созвала нас всех.
ГЛАВА ДВАДЦАТЬЧЕТВЕРТАЯ
После того, как я носилась вокруг, как безголовый цыпленок, пытаясь найти одежду, достойную рубашки и брюк, которые были на Хантере, решив, что ничего недостаточно хорошего нет, и достав из своего шкафа летящее зеленое платье, которое я определенно не помню, чтобы покупала, а затем сочетая его с какими-то черными балетками, я делаю глубокий вдох. Я уже выпрямить волосы и нанесла слой туши на ресницы.
— Так пойдет? — Я снова спрашиваю Хантера, когда мы выходим из моей комнаты, и он усмехается, качая головой.
— Бог знает, сколько раз, это идеально, Ангел. Ты прекрасно выглядишь.
То, как он смотрит на меня, протягивая руку, когда мы достигаем верха лестницы, заставляет меня усомниться в этом, но теперь уже слишком поздно. Я и так потратила на одевание больше времени, чем следовало.
Из кухни доносится смех, поэтому я предлагаю Хантеру руку, потому что он, кажется, отказывается двигаться без нее, и мы вместе спускаемся по лестнице.
— Глубокий вдох. Мейер пригласил еще несколько человек, чтобы ты меньше чувствовала себя выставленной напоказ, — шепчет он, когда мы спускаемся на половину лестницы, и облегчение немного расслабляет мои плечи.
Слава Богу.
— Кто еще здесь? — Тихо спрашиваю я, когда мы спускаемся по лестнице.
Он улыбается мне сверху вниз, но не так отчужденно и высокомерно, как обычно, а скорее тепло, пытаясь заставить меня почувствовать себя лучше.
— Ты скоро узнаешь.
Мы заходим на кухню, которая гудит от людей, и пока мы идем, мой желудок переворачивается. Мысль о том, что Трент может проникнуть в эту толпу, всплывает у меня в голове, но я пытаюсь избавиться от нее. Ему это ни за что не удалось бы.
Верно?
— Наконец-то! — Шай кричит, приближаясь, прежде чем обнять меня. — Я думала, ты убедила его сбежать с тобой.
— Даже не подумала об этом. Черт возьми! — бормочу я, и она смеется, отстраняясь.
— Ну, хорошо, — говорит она, и от ее улыбки она кажется легче, чем когда-либо за все время, что я здесь. — А теперь позволь мне украсть хорошенькую девушку, Хантер. Я гораздо больше разбираюсь в людях, чем ты.
— Мы оба знаем, что это ложь, — говорит Хантер со смешком. — Только не напои ее до того, как она познакомится с твоей мамой. Мейер убьет нас обоих.