Лекарь безумной королевы + Бонус (СИ)

Я не прошу вашей благосклонности, я не прошу внимания к себе. Я лишь хочу, чтобы однажды, проходя мимо, вы задержались на мне взглядом без вашего обычного пренебрежения. Это и будет для меня величайшим доказательством вашего расположения.
Верю, что однажды смогу оказать вам за это услугу столь важную, что вы не поскупились бы купить ее даже ценой собственной жизни.
Но мне не нужна ваша жизнь, довольно будет лишь вашего взгляда».
***
После того, как накануне герцог ворвался в покои королевы, капитан Рендал более не рисковал оставить без личного надзора двери в комнаты ее величества надолго. После жестокой выходки Берганса Эмиль был невероятно зол на него. Но ещё более на себя за то, что его не было в этот момент рядом с Эмбер.
Поэтому, когда леди Вайолет вошла в охраняемый коридор, ведущий к покоям королевы, Эмиль стоял у дверей в качестве живого щита, как всегда весь в черном, в кирасе и с ладонью, сжимающей рукоять меча.
Стоящие рядом с капитаном четверо стражников покосились на появившуюся графиню. У них был приказ пускать только некоторых слуг, горничную Анну, леди Фалину и лекаря. Однако, вооруженные молодцы не осмелились задержать дочь канцлера, да ещё такую безобидную и хрупкую с виду, и подпустили ее к самым дверям.
Осознав, что ее опасаются останавливать, Вайолет моментально почувствовала себя уверенно.
Не спеша подошла она к Эмилю и церемонно поклонилась, словно перед ней был дворянин. Этот поклон можно было принять как за знак великого уважения, так и за насмешку.
-- Капитан Рендал, мое вам почтение.
Эмиль лишь слегка склонил голову, не удостоив графиню и тени улыбки.
-- Графиня Найтингейл, чем могу помочь?
Но девушка не торопилась раскрывать цель своего визита.
-- У меня к вам дело, капитан. Не могли бы ваши доблестные стражники оставить нас ненадолго?
-- Боюсь, что нет, графиня. Они на службе у ее величества. Охраняют ее покой.
Говоря все это, Эмиль смотрел куда-то поверх головы красавицы. Потому что знал, как коварны бывают женские чары, способные запутать, лишить ясности мысли. А графиня, капитан ради справедливости должен был признать, была весьма красива. И рядом с ней сложно было не поддаться ее влиянию. Но плох тот воин, которого легко обольстить.
А еще Эмиль был уверен, что неспроста любовница герцога нанесла ему визит. Она явно что-то задумала, какую-то каверзу. Возможно даже подослана самим герцогом.
Между тем, не добившись согласия у капитана, графиня вдруг обратилась к страже сама.
-- Эй, стража, оставьте нас с капитаном на пару минут. Можете просто отойти в конец коридора. Вы же видите, что нам нужно поговорить, но неудобно объясняться при вас!
Сказано это было таким безапелляционным тоном, что стражники в нерешительности переглянулись.
-- О чем вы, графиня? Какие могут быть объяснения? -- холодно осадил ее Рендал.
Но графиня, как хитрая кошка, притворно прикрыла рукой свои невозможные голубые глаза.
-- Бедный благородный капитан Рендал, всем сердцем преданный королеве! У него даже нет минутки, чтобы перекинуться хоть словечком с возлюбленной! Всегда только честь и долг! А до страданий влюбленного сердца никому и дела нет! Оставьте его хоть на несколько мгновений, бессердечные! -- сказано все было с таким искренним возмущением, что стражники, видимо, и правда устыдились. До глубины души уважая своего капитана, они ни на минуту не усомнились, что подобная красавица могла покорить гордое сердце их отважного командира, и, не дожидаясь его приказа, дружно отошли в конец коридора.
А красавица, глянув на Эмиля, улыбнулась и торжествующе приподняла бровь.
Капитан, едва не задохнувшись от возмущения, бросил на графиню испепеляющий взгляд. Но так и замер, пораженный ее красотой. Да, графиня готовилась к встрече!
Владелица Соловьиного замка сама сейчас напоминала птицу, но райскую. Редкую и драгоценную.
Яркие голубые глаза ее сияли как звезды. Платье состояло из нескольких слоев полностью прозрачной ткани, густо затканной золотым шитьем и жемчугом. А черные волосы были уложены на плечи аккуратными локонами, увитыми нитями сияющих бусин. Довершением прически было драгоценное бальцо, усыпанное алмазами (подарок герцога). Отливающая золотом прозрачная ткань незаметно переходила в области декольте в белизну кожи, а в тонких пальцах девушка вертела небольшое письмо, такое маленькое, что его легко можно было спрятать в ее миниатюрной ладошке.
 
Возмущение Эмиля так и не сорвалось с его языка. Он только смотрел на эту неземную красоту, краем сознания отмечая, что поддался-таки ее чарам. В его родном замке Виго женщинам не разрешалось украшать себя. И капитан, скажем честно, был ошеломлен красавицами Мунстоуна, и главной звездой замка являлась, безусловно, леди Вайолет.
-- Ну вот, теперь я могу спокойно поговорить с вами.
-- О чем нам говорить? -- Эмиль все ещё не до конца пришел в себя.
-- Видите ли, капитан. Одна очарованная вами девушка написала для вас письмо. И поручила мне передать его с условием, что вы обязательно прочтете его.
-- Что за письмо?
-- Вот, -- девушка повертела перед ним маленькой записочкой.
-- Что в нем?
-- Прочтите и узнаете.
-- Какой-нибудь вздор.
-- Как знать! Бедняжка писала его всю ночь, обливаясь слезами!
-- И не подумаю читать!
-- Ну, тогда я вам прочту… -- графиня раскрыла листок и наморщила лоб.
-- Ах, как здесь темно! Ничего не могу разобрать! Но я обещала…
-- Дайте сюда! – капитан вырвал листок из рук графини и уставился в него, -- а впрочем… сейчас мне некогда, прочту после, -- он сложил листок и заложил его за металлическую плечевую накладку.
-- Хм, -- графиня разочарованно закусила губы, -- могли бы прочесть если не из уважения к несчастной девушке, то хотя бы из вежливости.
-- Для моих глаз тоже темно, -- Эмиль отвел взгляд, но, заметив снисходительную улыбку на лице графини, вдруг с вызовом сказал:
-- Наверняка считаете, что я прочесть не умею?
Вайолет перестала улыбаться.
-- А даже если и так? Вы бы не стали при этом для меня хуже.
Она резко развернулась и пошла к лестнице, досадуя, что он ее раскусил.
И услышала брошенное в спину:
-- Вы снитесь мне каждую ночь! – капитан, не подумав, озвучил первую строчку письма, которую успел прочесть. Ему очень хотелось доказать, что он не настолько жалок, как о нем думают.
Леди Вайолет обернулась и послала ему очаровательную улыбку:
-- Даже так?!
И Эмиль с досадой прикусил себе язык. Ведь графиня могла и не знать содержания письма, если его действительно писала ее подруга. И что она теперь о нем подумает?!
А стражники снова вернулись к своему капитану, деликатно не подавая виду, что слышали его последние слова. И каждый из них от души желал, чтобы их командиру повезло с этой красавицей.
***
Он не хотел читать это письмо. Правда не хотел. Но даже сам не заметил, когда и как раскрыл листок и с волнением прочёл послание несколько раз.
Боги, да это же признание в любви!
И писала письмо вовсе не ее подруга. Стала бы графиня утруждаться и передавать чужое послание! Она сама писала это письмо. Вон, шрифт какой витиеватый, подстать ей самой. Но тогда получается… Нет, не может быть. Что-то здесь не так. Она слишком знатна, чтобы увлечься простым телохранителем. Это наверняка ловкий ход, а письмо - наживка, на которую он должен клюнуть.
В этих аккуратных, каллиграфически выписанных строчках определенно нет ни грамма искренности. Наверняка лишь обман и коварство. И потом, она скорее всего ведьма. Точно ведьма! Не может обычная женщина быть так хороша. Не бывает у добропорядочных женщин таких искрящихся голубых глаз, таких алых губ, такой фарфоровой белой кожи. И такого дурманящего запаха. Как учил его духовный наставник, женская красота всегда не к добру и влечет за собой погибель для честного человека.
А теперь он должен собраться с мыслями и хорошенько подумать, что нужно от него этой соблазнительнице, фаворитке герцога, хозяйке Соловьиного замка? Брат короля Рагнар Берганса ненавидит Эмбер. Наверняка руками любовницы, используя Эмиля как слепое орудие, герцог хочет погубить королеву.