Колыбельная виски (ЛП)

Мы встречались два года до того, как он попросил меня выйти за него замуж.
Первое время я не говорила ему «да», но спустя год поняла, что лучше быть замужем за Дином, чем жить одной. Как же я ошибалась.
Он не делал ничего непозволительного до тех пор, пока мы не поженились.
Впервые он ударил меня, когда мы проводили медовый месяц на Багамах. Такое преображение Дина с трудом укладывалось в моей голове.
Пока он спал утром, я решила насладиться отдыхом, и сходить к бассейну. Я надела новое бикини, подаренное Кристен в качестве свадебного подарка, и оставила записку о своем местонахождении рядом с его подушкой, перед тем как выйти из номера.
Примерно через час Дин вышел к бассейну. Он осматривался, пытаясь найти меня. Я поднялась с шезлонга и направилась к нему, и он тут же меня заметил. Когда наши взгляды встретились, я поняла, что он был разгневан. Он действительно был в гневе. Дин направился ко мне, буквально расталкивая людей на своем пути. Схватив меня за руку, он потащил меня обратно в комнату, а все смотрели на то, как я пыталась не отставать от его быстрого шага.
Как только мы вошли в номер, он отвесил мне такую пощечину, что я пролетела через всю комнату. Он возвышался надо мной, пока я лежала на полу. Я была так потрясена произошедшим, что даже не могла открыть рот. В голове просто не укладывалось, что это тот мужчина, за которого я вышла замуж несколько дней назад. Но это был именно тот человек, который сейчас кричал на меня из-за того, что я покинула комнату без его разрешения. Тот самый человек, который запрещал мне направляться куда-либо без его разрешения. Он кричал на меня за то, что я надела бикини. Теперь я принадлежу ему, и никто, кроме него, не имеет права смотреть на мое тело. Затем он начал избивать меня и продолжал до тех пор, пока я не потеряла сознание.
Я сбежала от него на следующий день, украдкой выбравшись из отеля, пока он спал.
Вплоть до аэропорта я шла, низко опустив голову, скрывая синяки на лице.
Я потратила большую часть своих сбережений, чтобы улететь домой, и по прибытию в Канзас сняла номер в гостинице, где пряталась на протяжении трех дней. Я пыталась придумать, как уйти от Дина, чтобы миновать разговор с моей семьей, но ничего не приходило в голову. На третью ночь Дин нашел меня.
Он силой вернул меня домой и устроил настоящий ад за то, что я сбежала. В этот раз все было гораздо хуже. Когда он закончил избивать меня, то достал свой докторский чемоданчик и подлечил меня. Я очнулась с двумя сломанными ребрами и девятью швами, с предупреждением, что будет только хуже, если попытаюсь сбежать снова. Затем он отправился на работу, будто ничего не произошло.
Дин не обещал, что этого не повторится, и даже не извинился, а просто сказал мне, что не будет наказывать, если я буду послушной женой. Но я снова и снова пыталась убежать от него. Я пыталась сбежать несчетное количество раз. Не хотела, чтобы Дженни росла в доме, полном зла и насилия. Я многократно выдвигала обвинения в суде, но единственным судьей в нашем маленьком округе был отец Дина и Бетани. Полагаю, что такие вещи, как домашнее насилие, передаются по наследству, словно коврик, особенно если твой папа — судья. Я прекратила попытки сбежать, потому что знала, побег — это еще не выход.
Я задавалась вопросом, почему Дин так сильно изменился после свадьбы, и пришла к выводу, что он не менялся, а просто раскрыл свою сущность, когда убедился в том, что я не смогу уйти.
— Бетани, подай мне телефон, пожалуйста. Мне надо позвонить семье. Они будут волноваться.
— Я уже позвонила им, дорогая. Кристен, дядя Мак и Мэтти уже в пути.
— Что? Ты ведь не стала рассказывать им обо всем?
Бетани игнорирует мои слова:
— Дженни взволнована предстоящей встречей. Она говорит, что они всегда приносят ей подарки, — улыбаясь, добавляет она.
Я знаю, что Бетани считает себя виноватой. Она миллион раз рассказывала, как плохо чувствует себя из-за того, что не рассказала мне о Дине до нашей свадьбы. Я пыталась объяснить, что в произошедшем нет ее вины, и, что она действительно пыталась предупредить меня. Бетани увязла в мире своей боли из-за Дина и равнодушия родителей. Сейчас Дин причинял боль мне, но Бетани он доставал на протяжении всей жизни, и я не уверена, сможет ли она с этим бороться.
 
Бетани никогда не говорила мне, что конкретно сделал с ней Дин, но догадываюсь, что ничего хорошего. Сама не раз видела, как он замахивался рукой на нее и каким взглядом смотрел на нее. Ни один брат не должен так смотреть на свою сестру. Я пыталась держать Бетани на расстоянии от него, но она продолжала возвращаться назад.
Бетани не оставит меня одну.
— У меня есть кое-какие новости, — Бетани тянет меня за руку.
У меня сильно болит горло, поэтому я просто киваю головой, чтобы она продолжила говорить.
— Что ж, помнишь, как я рассказывала тебе о Синтии Кук?
Конечно, я помнила. Она первоклассный адвокат по бракоразводным делам в городе. Люди сравнивают ее с питбулем: она хватает мужчин за яйца и не отпускает до тех пор, пока от них ничего не останется. Она будет прекрасным выходом, но у меня нет суммы в двадцать пять тысяч долларов. Да, я жена врача, но у меня нет денег. Совсем ничего! У меня нет доступа ни к одному центу. Я даже не могу купить шоколадный батончик без разрешения.
До свадьбы я два года работала секретарем в юридической фирме и получала удовольствие от своей работы. Дин заставил меня уволиться сразу же после того, как мы поженились. Тогда я наивно полагала, что он сделал это, чтобы обеспечивать меня, и, что этот контроль был его обязанностью. Но сейчас я понимаю — его беспокоило то, что мои коллеги увидят результаты регулярных побоев.
Мы с Бетани уже неоднократно обсуждали необходимость нанять хорошего адвоката. Бетани говорит, что как-нибудь достанет деньги, а я точно знаю, что этого не случится, так как она работает учителем, и ей с трудом хватает средств, чтобы оплатить свои счета.
Я всегда могу обратиться к семье или отцу Джейса, даже Мэтти и Шейн мне бы помогли, но тогда придется объяснять им, для чего мне понадобились деньги. А я не могу этого сделать. Я знаю моих парней, и знаю, как они могут избить Дина. Это закончится для них тюрьмой, а это слишком высокая цена за мои ошибки.
— Итак, мисс Кук взяла твое дело, — говорит Бетани с настоящей улыбкой, которую я так редко вижу.
— Что? Каким образом?
— Полагаю, что мисс Кук не нравится, когда муж избивает жену, и, к тому же, она ненавидит моего отца, — Бетани снова улыбается. — Ее сестра попала в небольшую аварию, и она находилась в комнате ожидания в то же время, что и я. Мне посчастливилось познакомиться с ней возле кофейного автомата, и я подумала: а почему бы не рассказать ей все? Она захотела увидеть тебя. После этого она была готова броситься следом за Дином, а когда узнала, кто наш отец и что он сделал для защиты Дина, буквально брызгала слюной, — хихикая, Бетани смотрит на меня.
— Да уж. Что случилось потом? — мне нужно было знать, что происходит.
— Она сказала, что у нее есть дела и ушла, даже не взяв мой номер сотового, так что я боялась, что больше ее не увижу. Но она вернулась менее чем через три часа. С документами о разводе! — она выкрикивает последнюю фразу, одновременно размахивая бумагами перед моим лицом.
Я заливаюсь слезами.
Глава 2
Джейс
Я теряю дар речи, узнав, через что пришлось пройти Джули из-за мужа. Мне хочется убить этого подонка за то, что он причинил ей столько боли.
— Джули возвращается домой, Джейс, но она больше не имеет к тебе никакого отношения. Запомни это, сынок, — говорит Мак.
Мне трудно вынести то, что он общается со мной, как с ребенком.
— К черту. Я ждал ее возвращения много лет, и мои намерения не изменятся.
Мэтти смеется над словами Мака и добавляет:
— Она не хочет тебя, мужик. Особенно, если в комплекте с тобой прилагается Бек.